Поток

В пятницу (10 апреля) прошла StormConf26 — ежегодная конференция StormBPMN (вендора ПО для моделирования и управления бизнес-процессами). В этом году доклады были посвящены вопросам, связанным с ИИ в процессном управлении: ускорение моделирования с помощью генеративного ИИ, компьютерное зрение для оптимизации производства, схемы процессов как «мозг» для систем из множества ИИ‑агентов и т. п.
На фоне общего оптимизма спикеров, особый эффект на аудиторию произвел доклад Давида Хабулиани (руководителя процессного офиса Московской Биржи). Он рассказал о подходе, который позволяет «приземлить» ожидания от внедрения ИИ и приблизиться к суровой реальности.

В новой рубрике продолжаю искать на долговом рынке бумаги с хорошим потенциалом роста. Посты будут чередоваться: с одной стороны — эмитенты, у которых есть риски дефолта, с другой — те, кто способен приятно удивить доходностью благодаря свежим отчётам или пересмотру кредитного рейтинга.
Речь сегодня пойдёт о компании Глоракс — девелопер из Санкт-Петербурга, основанный в 2014 году. За довольно короткий срок компания вошла в топ-10 застройщиков своего региона.
Главный драйвер для этого эмитента — это возможность перехода в более высокую рейтинговую категорию (A-) благодаря «Позитивному» прогнозу. Этот потенциальный апгрейд делает бумагу интересной на фоне конкурентов.
📍 Предпосылки для этого имеются: 10 апреля 2026 года НКР подтвердило рейтинг на уровне BBB+, но что важнее — изменило прогноз со «стабильного» на «позитивный».
Похожий сценарий мы уже видели на примере выпуска Софтлайн 002Р-02 $RU000A10EA08 Ещё в начале февраля 2026 года я в обзорах указывал на этот потенциал. И прогноз оправдался: 26 марта АКРА присвоило его облигациям рейтинг А-(RU) со «стабильным» прогнозом.

Инвесторы SOFL в последнее время часто обращают внимание на сущфакты о сделках РЕПО и мы видим, что не всегда есть понимание смысла таких сделок.
❓ Сделки РЕПО — что это вообще такое? Если очень коротко, то это сделка по продаже актива с обязательством через определённый срок выкупить его обратно по оговорённой цене.
❓ Для чего Софтлайн совершает такие сделки? В нашем случае РЕПО сделка — это хороший инструмент краткосрочного финансирования под залог акций. Компания привлекает ликвидность, используя акции как обеспечение, но не продаёт их.
Бизнес Софтлайн предполагает большое количество контрактов с разным таймингом поступлений и платежей. Это создаёт естественную неравномерность денежных потоков.
Сделки РЕПО позволяют:
— гибко управлять ликвидностью;
— привлекать финансирование дешевле банковских кредитов;
— снижать стоимость кредитного портфеля.
📌Вывод. РЕПО — это операционный инструмент управления ликвидностью. Для компании это способ снизить стоимость фондирования и повысить эффективность работы с денежными потоками в интересах, в том числе, всех групп акционеров Софтлайн.
согласно отчётам за 2024 и 2025
https://bo.nalog.gov.ru/organizations-card/7622478

Германская энергетическая компания Eon прогнозирует сохранение высоких цен на электроэнергию и газ в долгосрочной перспективе в связи с конфликтом вокруг Ирана.
«Общий уровень цен, который был у нас до конфликта вокруг Ирана, вернется нескоро», — заявил глава сбытового подразделения Eon Energie Deutschland Филип Тон. Он считает, что цены на энергетических биржах будут оставаться выше докризисного уровня «еще некоторое время». Причиной этого является значительный рост затрат на закупку энергоносителей.
«Закупочные цены на энергобиржах на текущий год за это время выросли на 75% на газ и на 35% — на электроэнергию. На следующий год мы уже наблюдаем рост оптовых цен на энергоносители: на 60% на газ и на 20% на электричество», — отметил Тон. Хотя краткосрочные колебания «не переносятся напрямую на тарифы для конечных потребителей», как подчеркнул он, «общая тенденция очевидна».
Eon является крупнейшим поставщиком энергии в Германии: на его счету 12 млн контрактов на поставку электроэнергии и около 2 млн — на поставку газа. Кроме того, через многочисленные дочерние компании предприятие является крупнейшим оператором распределительных электросетей в Германии, контролируя около трети их общей протяженности.