Поток

Математика ломается. В кризис мы берем ковариационную матрицу за прошлый год, скармливаем ее алгоритмам и наивно ждем, что этот исторический багаж защитит капитал во время рыночной паники. Проблема в самих данных. Матрица оценена на спокойном отрезке. Применять ее приходится прямо в шторм.
В отчете BlackRidge Research мы прогнали эту логику через отраслевые портфели Кеннета Френча с 1973 года. Выделили 33 самых волатильных месяца. Для них реальный риск оказался примерно в 1,6 раза выше прогноза. У всех четырех методов отношение фактической волатильности к прогнозу составило от 1,63 до 1,68.
Разрыв огромный. В эти периоды классический оптимизатор прогнозировал волатильность около 9,6 процента годовых, хотя по факту рынок показал жесткие колебания на уровне 21,6 процента. Сложность формул не спасает. Классический подход ошибся в каждом из 33 стрессовых периодов. Сжатие оценки Ледуа и Вольфа тоже промахнулось. Иерархический паритет риска Лопеса де Прадо дал схожий результат, и равные веса ошиблись точно так же.
С конца сентября широкий американский фондовый рынок ушел в коррекцию на фоне роста цен на дизель и доходностей 10-летних гособлигаций выше уровней 2007 года. На этом фоне мои длинные позиции в акциях #FIVN, #HLNE и #WLDN, которые я держал с августа, закрылись по стопам.

Пока остальные 75% акций рынка снижались, индексы S&P 500 и Nasdaq оставались вблизи исторических максимумов, а их фьючерсы даже обновляли их. Американские индексы маскировали слабость рынка, удерживаясь за счет акций ИИ и других бигтехов, в то время как абсолютное большинство акций США находится в глубоком медвежьем тренде.
По этой причине логичнее сравнивать результаты с равновесным индексом Invesco S&P 500 Equal Weight (#RSP), который упал за сентябрь на -5,20%. Мой портфель снизился на -0,87% против -0,45% по S&P 500.


