Treasuries

Китай только что сделал то, о чём экономисты шептались последние пять лет: официально рекомендовал своим банкам сократить вложения в казначейские облигации США.

Доходность 10-летних трежерис выросла на 4 базисных пункта до 4,25%, индекс доллара просел на 0,2%. Звучит безобидно? На самом деле это тихая финансовая революция, которая изменит расклад сил в мировой экономике.

Давайте разберёмся, что происходит и почему это касается каждого из нас.

Для начала простым языком: казначейские облигации США (Treasury bonds, или трежерис) — это долговые расписки американского правительства. США занимают деньги у других стран, обещая вернуть их с процентами.

Почему весь мир покупает американский долг?

1. Доллар — мировая резервная валюта

С 1944 года, после Бреттон-Вудских соглашений, доллар стал главной валютой для международной торговли. Хочешь купить нефть? Плати в долларах. Импортируешь товары? Доллары. Международные расчёты? Снова доллары.

По словам источников,этот шаг был связан с диверсификацией рыночных рисков, а не с геополитическими маневрами или фундаментальной утратой доверия к кредитоспособности США. Они добавили, что официальные лица не ставили перед собой каких-либо конкретных целей по объёму или срокам. Несмотря на сохраняющуюся напряжённость в отношениях между Пекином и Вашингтоном, после заключения торгового соглашения в прошлом году ситуация стабилизировалась.

По данным Государственного валютного управления, на сентябрь в китайских банках хранилось долларовых облигаций на сумму около $298 млрд. Неясно, какая часть из них приходилась на казначейские облигации.

Госдолг США ≈ $38,5 трлн и продолжает расти, примерно +6,5%/год.

Если динамика сохранится:
$50 трлн – уже в ближайшие годы
$100 трлн – вполне реальный уровень в следующем десятилетии

Чтобы понять масштаб:
Весь ВВП мира ≈ $105–110 трлн
Долг США в $100 трлн = почти вся экономика планеты за год
Весь рынок акций США ≈ $55–60 трлн
$100 трлн = почти 2 рынка S&P + Nasdaq вместе взятых
Весь мировой рынок недвижимости ≈ $300 трлн
→ $100 трлн = около 1/3 всей недвижимости на планете

Это не проблема только Америки. Это проблема всей мировой финансовой системы.

Даже если вы вообще не работаете с рынком США – это всё равно вас касается.

Потому что доллар – это база мировой финансовой системы:

резервы, торговля, долги, расчёты, фонды, банки, сырьё, ставки.

Если в этой системе что-то ломается – удар идёт по всем экономикам, по всем рынкам и по всем валютам.Почему это важно для рынков:

1. Инфляция становится структурной
Такой долг сложно обслуживать без постоянной эмиссии и заимствований.

Как-то незаметно вышло, но в данный период времени стоимость американских долговых бумаг в балансе мировых ЦБ опустилась ниже стоимости золота. Естественно, что этот дисбаланс в первую очередь связан с тем, что цена на золото выросла, а цены на облигации упали. Однако мировые ЦБ уже долго не увеличивали экспозицию по долгам (зеленая линия на иллюстрации) США, а значит и в реальном выражении баланс сокращается.

Формально это переворачивает порядок резервирования в мировой финансовой системе. Основой доллара всегда было доверие, и это доверие базировалось на трастовом соглашении -Бреттон-Вудская система.

Суть того соглашения, США финансирует свои дефициты путем экспорта долговых суверенных обязательств в долларах, и поддерживает глобальную финансовую систему с помощью своего военного и монетарного превосходства.

С учетом произошедших изменений в резервных балансах мировых ЦБ можно сказать, что трастовое соглашение, если уже и не рухнуло, то готово рухнуть.

Когда мировые ЦБ незаметно, но очень настойчиво совершают подобный сдвиг, это намекает на то, что они де-факто уже снижают зависимость от $ финансовой системы не заявляя об этом официально, и вероятно проектируют сценарий мира где ценовая волатильность валют и риск всяческих санкций важнее доходности.

Трамп также заявил в эфире Fox Business Network, что он примет «серьёзные ответные меры» против европейских стран, если они распродадут свои казначейские облигации США, чтобы оказать давление на Вашингтон и заставить его отказаться от территориальных притязаний на Гренландию.

«Если это произойдёт, мы примем серьёзные ответные меры, и у нас есть все козыри», — сказал он.