Мы часто попадаем в ситуации, где решение, нелогичное с точки зрения арифметики, кажется нам естественным. Представьте, что вы нашли на улице 1000 рублей. Приятно, но это не переворачивает день. А теперь представьте, что вы потеряли 1000 рублей. Ощущение совсем иное — досада и раздражение, вы возвращаетесь к потере часами. При этом если сказать, что есть шанс найти 1500, вы не станете тратить время на поиски, но потеря 1000 будет беспокоить сильнее потенциальной находки полутора тысяч. Холодно рассуждая, 1500 — это больше, но мы ведём себя так, будто потеря важнее. Мы не хотим признавать иррациональность, и наша жизнь полна таких примеров.
У этого поведения есть научная основа. В конце 1970-х психологи Даниэль Канеман и Амос Тверски опубликовали работу, перевернувшую представление о принятии решений в условиях риска (за которую Канеман получил Нобелевскую премию). Их модель — теория перспектив (1979, Econometrica) — объясняет странное отношение к деньгам. Оценка выгоды или потери происходит не в абсолютных цифрах, а относительно текущего состояния. Мы сравниваем деньги с тем, что уже имеем. И главное открытие: эмоциональная реакция на потерю значительно сильнее, чем на приобретение.
Часто FOMO связывают с жадностью — будто захотела больше и не смогла вовремя остановиться. Но на самом деле, для меня важнее видеть другую сторону: FOMO — это чувство одиночества в принятии решения. Ты остаёшься один на один с графиком, и внутри звучит только твой голос.
Цена пошла без тебя. Движение набирает скорость. Новости шумят. И в этот момент некому задать самый простой вопрос: по какому алгоритму ты сейчас собираешься войти?
0️⃣ «Один на один с рынком»
Ты вне позиции, цена растёт, а план не предполагал вход именно сейчас. Но эмоции берут верх над логикой.
Входишь «по ходу», а рынок тут же делает откат. Стоп
Появляется злость — не на рынок, а на себя.
0️⃣ «Есть команда»
Та же ситуация: цена ушла без тебя. Но здесь действует правило:
📌 вход только по подтверждённому сценарию
📌 вне зоны риска — сделки нет
📌 пропуск — это часть системы
И самое важное — есть с кем это проговорить. В команде пропуск не воспринимается как слабость, напротив, это проявлен
Мы все знаем, как надо поступать правильно — не причиняй боль другому, отвечай за свои поступки, не перекладывай ответственность. Но жизнь устроена так, что в реальной ситуации, особенно когда на нас морально давят, эти знания куда-то исчезают. Самый яркий пример — знаменитые эксперименты Стэнли Милгрэма, которые он начал проводить в начале 1960-х годов в Йельском университете. Милгрэм хотел понять, как обычные люди могли участвовать в жутких вещах вроде уничтожения миллионов людей в нацистской Германии, просто потому что «так приказали».
Он пригласил обычных мужчин и женщин, и предложил им поучаствовать в якобы исследовании памяти. Человека назначали «учителем», сажали за пульт с кучей переключателей и говорили, что за каждую ошибку другого человека — «ученика», он должен бить того током, каждый раз повышая напряжение от 15 до 450 вольт. «Ученик» был ненастоящий, он просто кричал, стонал и жаловался на сердце, а потом и вовсе замолкал, как будто его хватил удар.
Довольно часто мы сталкиваемся с ситуацией, в которой человек годами держится за то, что приносит только боль и потери. Работа, которая высасывает все силы, или отношения, где давно ничего не осталось кроме лжи, разочарования и раздражения. Или бизнес, который уже десять раз доказал свою несостоятельность. Вроде бы включи голову, посмотри на факты и уходи. Но нет, человек не уходит, а вкладывает ещё, терпит ещё, надеется на чудо. Со стороны это выглядит как глупость, но на самом деле работает мощный механизм, который называется теория когнитивного диссонанса. Придумал эту теорию Леон Фестингер в пятидесятые годы, и она объясняет, почему мы ведём себя не как роботы, а как странные нелогичные существа.
Суть простая. Психика не выносит противоречия между мыслями в голове. Когда существует разрыв между тем, во что мы верим и тем, что получаем на деле, внутри возникает неприятное напряжение, которое хочется снять. Логичный путь — признать ошибку, сказать «я ошибся, это не работает, выхожу», и тогда диссонанс исчезнет. Но признать, что ты потратил кучу времени, денег и нервов на пустоту — это больно, это удар по самооценке. И мозг выбирает обходной путь — не изменить поведение, а поменять отношение к происходящему.
Каждый трейдер знаком с этим гнетущим чувством. Вы идеально проанализировали рынок утром, выделили фаворитов и наметили точки входа. Сделки в итоге не открыли, а они показали отличный результат. Знакомо?
Сегодня утром в моём торговом плане, который публикую каждое утро, были только две акции:
#AFKS – ожидал возврат и ретест уровня 12–12,15 руб. с целью 13 руб. Акции остаются в числе лидеров роста и объемов торгов. Несмотря на официальные опровержения, участники рынка продолжают активно покупать бумаги Системы. Напомню, в конце мая СМИ сообщили, что структуры Сбера ведут переговоры о покупке 31,8% доли АФК «Система» в Ozon примерно за 300 млрд руб. для покрытия долга холдинга.
#ALRS – планировал шорт, если индекс после обеда развернётся в сторону основного тренда. Акции АЛРОСА могли стать хорошим кандидатом на продажу при формировании ретеста с ложным пробоем уровня около 25 руб. и целью 24 руб. Соотношение риска к прибыли в этом сетапе составляло 1 к 3,44.
Давайте сразу к делу. В науке нет диагноза «лень». Вы не найдете этого термина в серьезных классификаторах, потому что лень — это не причина, а следствие, ширма для других процессов. Когда мы называем человека ленивым, мы закрываем вопрос, хотя на самом деле только открываем его.
С точки зрения науки, то что мы привыкли называть ленью — это комбинация из трех вещей: истощение, страх перед действием и потеря связи с желанием. Организм не бывает «просто ленивым», у него всегда есть причина не двигаться. Если вы не идете делать дело, значит подсознание считает его опасным, бессмысленным или слишком затратным. И перед тем как навалится та самая вязкая лень, всегда есть звоночки. Первый симптом — раздражение на само дело, внутри поднимается глухое «да ну нафиг». Второй — вы начинаете бесконечно искать информацию, как сделать дело идеально. Третий — переключаетесь на мелочи с ложной занятостью: помыть кружку, проверить почту. А четвертый, главный — вы начинаете себя стыдить. Включается голос: «Ты опять ленишься, соберись». И с этого момента лень окончательно оформляется, потому что теперь у вас есть не просто нежелание, а сверху накладывается стыд и тревога, которая парализует еще сильнее.
Вы когда-нибудь замечали, как много вокруг людей, которые что-то предсказывают? Экономисты предсказывают курс доллара, эксперты говорят, что будет с недвижимостью или с ценами на нефть, и многие из этих прогнозов звучат очень уверенно и убедительно. Но если честно посчитать, сколько из этих предсказаний сбылись, окажется, что результат не сильно лучше случайного угадывания. И тем не менее, люди продолжают верить в предсказания, продолжают их смотреть и даже принимать на их основе серьёзные решения. Почему так происходит, очень хорошо объяснил писатель и философ Нассим Талеб в своей книге «Чёрный лебедь».
Талеб говорит, что человеческая психика плохо приспособлена к тому миру, в котором мы на самом деле живём. Нам кажется, что мир устроен предсказуемо и линейно: если сегодня было солнечно, то завтра тоже будет солнечно, если я нажал на кнопку, лампа зажглась. В таком мире предсказания работают отлично, и наш мозг за многие тысячелетия привык именно к простым повторяющимся сценариям.
Я, как психоаналитик, много раз слышала от трейдеров: «Мне не надо в себе копаться. Мне надо лучше торговать», «Это для тех, у кого всё совсем плохо. А у меня пока нормально», «Я и так всё про себя понимаю. Что там ещё разбирать?», «Это для слабаков. Сильный человек сам справится».
Эти фразы звучат вполне разумно, в них есть логика, прагматика, даже некоторая гордость. И совершенно не хочется с ними спорить. А спорить не хочется потому, что это лишь удобные объяснения.
У каждого из этих объяснений есть своя защитная функция, своя скрытая выгода. И чем дольше человек в них верит, тем надёжнее они удерживают его ровно там, где он есть.
«Это нужно только когда всё совсем плохо»
Логика простая: пока нет катастрофы — нет повода что-то менять. Если человек функционирует, зарабатывает, не развалился — значит повода нет.
Это представление превращает работу с собой в аварийную помощь. Вызывают пожарных, когда уже горит. А как же профилактика? Неужели надо «сгореть», чтобы потом долго и мучительно восстанавливать себя, свое здоровье, свою психику и депозит?
Трейдинг часто воспринимается как отдельная техническая зона: есть рынок, стратегия, риск, дисциплина, а сам человек как будто остаётся снаружи — со своим характером, своими страхами, своим способом жить и выдерживать жизнь вообще. Это ощущение держится до тех пор, пока в рынке не становится по-настоящему тяжело. В этот момент уже трудно делать вид, что речь идёт только о навыке.
Когда внутри поднимается тревога, спешка или жгучее желание срочно вернуть потерянное, в терминал заходит не только трейдер, туда заходит весь человек целиком. И тогда начинает проступать то, что в обычной жизни ещё можно прикрыть, сгладить или объяснить обстоятельствами. В трейдинге это видно быстрее и жёстче, потому что здесь почти нет расстояния между человеком и реальностью.
Рынок не приносит в человека ничего нового. Он просто быстрее показывает то, что уже есть. Поэтому одни и те же сценарии так упорно повторяются. Можно менять инструменты, режим, подход, но снова и снова приходить в одну и ту же точку, потому что в рынок человек приносит не только решение, а свой способ быть.