Избранное трейдера Олег
Сытый начинает думать…
Большинство людей не то чтобы не понимают, что происходит вокруг. У них просто нет на это сил и времени. Вскочил утром с постели, поехал на работу, заработал, купил продукты, заплатил за квартиру, решил вопросы с детьми, вечером немного полистал интернет, посмотрел что-то для отключения головы и лёг спать. Завтра то же самое. Послезавтра тоже. И так день за днём, год за годом.
Такой человек очень удобен, потому что он постоянно занят, он всё время занят выживанием. Ему некогда смотреть на систему со стороны, некогда задавать лишние вопросы, некогда размышлять, почему при постоянной работе он всё равно живёт в режиме «лишь бы дотянуть до следующей зарплаты».
А вот человек, живущий размеренной жизнью – очень опасное существо. Он опасен тем, что у него появляется время думать. Если человек выспался, спокойно поел, заплатил за квартиру, дети одеты, ему не надо весь день бегать с выпученными глазами, он не мучается от мысли, а хочет ли он участвовать в этом аттракционе, то он вдруг начинает замечать странности.
Первое правило бойцовского клуба — не говорите о FIRE. Особенно если вы не ведете блог на эту тему.
С супругой обсуждать ваши цели нужно обязательно. С родителями —опционально. А вот если речь идет о друге, коллеге или онлайн-собеседнике — категорически нет.
Я провел сотни бесед о ранней пенсии.
Заканчиваются они всегда плюс-минус одинаково: конфликт, обида или давление.

Среднестатистический человек не принимает концепцию FIRE.
Когда я вижу наезды людей в блогах на мою концепцию, то мысленно зеваю.
Упрёки у них предсказуемые и шаблонные: «я хочу жить сейчас», «а вдруг я умру раньше», «ах ты паразит!».
Контраргументы тут не работают. Говорить оппоненту, что польза от меня тоже есть бесполезно. Тут дело в психологии, которую мне таки пришлось изучить, чтобы лучше понять мир денег.
Когда вы говорите, что хотите стать финансово независимым и жить с капитала, собеседник слышит не это.
Он слышит: «ты живёшь неправильно!». И занимает оборонительную позицию.



В этой жизни директор по эффективности Геннадий любил только три вещи: EBITDA, словосочетание «снижение издержек» и смотреть, как у конкурентов растёт SG&A.
Он носил не камуфляжную жилетку, а синий пиджак, который пах лизингом, бессонницей и годовым бонусом. На столе у него стояли три иконы современного капитализма: Excel, PowerPoint и кружка с надписью Cash is truth.
Однажды утром в дверь его кабинета постучали.
На пороге стояли не аудиторы, не HR и не трудовая инспекция. Перед ним молча возвышались три сущности новой эпохи:
нейросеть, робот и консультант из большой четвёрки.
— Добрый день, Геннадий Викторович. Мы пришли не отнимать людей.
— А что тогда?
— Их функции.
Геннадий медленно встал. Где-то внутри него дрогнул маленький, но очень живой акционер.
На стол положили лист. На нём были цифры. Такие цифры, от которых у любого собственника начинается лёгкое религиозное переживание.
Всего занятых: 72,0 млн человек.
Средний индекс заменяемости: 4,5 из 10.
Всё чаще слышу надрывные вопли о том, как высокая ставка загубила малый бизнес в России. У меня есть только один вопрос: а какой именно? Что за грандиозный по полезности малый бизнес, на котором стояла не хромая экономика страны?
Стало меньше магазинчиков в жилых домах, где можно было бухлишко вечерами прикупить? Так это плюс, а не минус.
Закрываются отделы с одеждой в подвалах? Так давно пора избавиться от этого наследия 90-х.
А газетных ларьков в Питере почти не осталось! Так людям сегодня в принципе печатная продукция не слишком нужна. Газет с журналами тоже не слишком много. Вот такая суровая реальность распространения интернета.
Жду, когда начнут схлопываться расплодившиеся без меры аптеки и торговые точки с вейпами и прочей курительной приблудой. Никакого сочувствия к малому бизнесу, все на завод! Стране нужны рабочие руки, а не бесконечные перекупы. А то как назавезут сюда индусов с афганцами.
В 1891 году в Поволжье разразился страшный голод. Погибло более 400 тысяч человек. Но жители деревень вдоль реки Алатырь выжили. Они ели водяные орехи — чилим. Старики учили молодых: ныряешь на метр-полтора, срываешь розетку с колючими плодами, за день семья набирает мешок. Варишь, сушишь, мелешь в муку. Хлеб из чилима горьковат, но сытен. Сегодня на том же Алатыре чилим занесён в Красную книгу. За сбор — штраф до 500 тысяч рублей.
История водяного ореха — это драма растения, которое спасало цивилизации, но не смогло спастись само. В X веке на Руси чилим продавали возами, в XXI веке его показывают школьникам как редкость, которую нельзя трогать. Механизм падения от изобилия к исчезновению раскрывает правду о том, как человек уничтожает даже то, что его кормит.
Самое горькое в этой истории: чилим биологически готов кормить миллионы. Урожайность до 600 кг чистого ядра с гектара, 50% крахмала в орехах, полный набор микроэлементов. Но мы выбрали пшеницу и кукурузу, а водяной орех объявили исчезающим видом. Это выбор, за который, возможно, придётся заплатить.
