1️⃣ ЦБ опросил аналитиков, и их ожидания по экономике на 2025 год стали скромнее.
Прогноз роста ВВП снижен с 1,4% до 1,2%.
Инфляция ожидается 6,4% вместо 6,8%.
Прогноз по ключевой ставке скорректирован до 19% с 19,3%.
Безработица почти не изменилась — 2,3%.
Курс доллара к концу года прогнозируется около 85,5₽ вместо 86,4₽.
Ранее ЦБ представил сценарии до 2028 года, где в базовом варианте рост экономики в 2025 году составит 1–2%, а инфляция снизится до 6–7%.

2️⃣ УАЗ совместно с "Соллерс" впервые оснастил модели «Патриот», «Пикап» и «Профи» российской системой АБС.
Разработку и производство обеспечили в «НАМИ инновационные компоненты».
Система предотвращает блокировку колес, снижает риск разворота на сложной дороге и работает с датчиками в реальном времени.
Это первый отечественный аналог, который реально внедрен в серийные машины.
3️⃣ Путин заявил в Пекине, что поставки российского трубопроводного газа в Китай превысят 100 млрд куб. м в год.

Каждый седьмой россиянин готов занять деньги у частника — семья из Краснодара после такого займа получила долг в ₽37 млн
Пока банки продолжают отказывать в кредитах гражданам с плохой кредитной историей из-за ограничений ЦБ, все больше россиян рассматривают альтернативные схемы. По данным опросов, около 15% граждан готовы брать займы у физических лиц, если те предложат ставку на 7 п.п. ниже рыночной.
Семья из Краснодара на себе прочувствовала последствия доверчивости. Так, 4 года назад муж Елены потерял бизнес после рейдерского захвата и срочно искал ₽5 млн для закрытия долгов. Соседка предложила помощь — выдала деньги под 3% в месяц в обмен на залог единственного жилья, которое было у семьи. На словах все выглядело вполне по-соседски. Но вскоре долг был перепродан некой Лиане Я. Уже она добавила к процентам ежедневную пеню — плюс 1% в день за просрочку. После начала СВО бизнес окончательно просел, доходы упали, и платить вовремя стало невозможно. Семья, не соглашавшаяся на такие условия, обратилась в суд.
Вероятно, каждый частный инвестор хотя бы раз в жизни слышал или непосредственно сталкивался с работой одного важного правового института - института выкупа акций. Но знаешь ли ты, уважаемый читатель, что данный институт существует в российском правопорядке с одной лишь целью, и эта цель- защита твоего материального интереса. Вот, например, в компании происходят важные изменения, будь то:
👉Реорганизация или крупная сделка. Предположим, компания решила объединиться с другой фирмой или продать больше половины своих активов. Если вы голосовали против или не участвовали в собрании — можете требовать выкупа.
👉Изменения в Уставе компании. Допустим, в правилах компании что-то поменялось, однако Вы голосовали против этого или вовсе не участвовали в голосовании. Ваше законное право сойти с этого корабля.
👉Уход с биржи. Если компания перестает быть публичной (ее акции больше не торгуются на рынке), Вы вправе не оставаться «запертым» внутри компании наедине со своими ценными бумагами, и можете рассчитывать на выкуп.

Текущий спор держателей облигаций «Россетей» о праве на досрочное погашение бумаг в связи с реорганизацией компании выявил разногласия в позициях различных ветвей судебной системы. Арбитражные суды встали на сторону институциональных инвесторов, поддержав их право требовать досрочное погашение на основании пункта 2 статьи 60 Гражданского кодекса (ГК). В то же время суды общей юрисдикции при аналогичных обстоятельствах поддерживают «Россети», что ущемляет интересы розничных инвесторов.
Инвесторы-физлица, такие как Алексей Пономарев и другие члены Ассоциации розничных инвесторов, обратились в Верховный суд (ВС) с жалобами на решения судов общей юрисдикции. Пономарев утверждает, что отказ в досрочном погашении противоречит нормам ГК, которые не ставят это право в зависимость от финансового состояния компании, а обеспечивают защиту прав кредиторов в случае реорганизации должника.
Суды общей юрисдикции применяют иной подход, утверждая, что финансовая стабильность «Россетей» не пострадала, и поэтому нет необходимости досрочного погашения. Этот спор представляет собой важный прецедент для унификации судебной практики по вопросам защиты прав держателей облигаций в случае реорганизации компаний.
