Избранное трейдера Виктор Дворяк






Йена — минус 2% за час.
Доллар — худшая сессия за 2 года.
Чем славится Япония помимо плохо нарисованных мультиков?
Да много чем. Но для финансиста больше всего — carry trade. И сегодня под ним впервые серьёзно зашаталось.
Ставка в Японии 0.75%, в США — 3.75%. Берёшь в йенах под почти ноль, переводишь в доллары, кладёшь под почти четыре.
Чем больше людей делают то же самое — тем сильнее слабеет йена. Получаешь второй источник прибыли просто от того, что не один такой умный.
Самая популярная сделка планеты последние несколько лет.
Размер оценивают в $4 трлн. Ровно один ВВП Японии — страны, у которой эту валюту, собственно, и занимают. Если считать все йеновые свопы и хеджи — до $14 трлн.
На эти деньги хедж-фонды и банки держат акции, бонды, крипту, недвижку по всему миру. Когда йена скачет — приходится продавать всё, чтобы вернуть йеновый заём.
Сегодня утром безо всяких пресс-релизов и красных новостей на форексфактори замминистра финансов Мимура не выдержал и высказал репортёрам: «Это наше финальное эвакуационное предупреждение рынкам!» Закрывайте нахер свои шорты!
В Париже у взлётной полосы аэропорта стоит градусник. Обычный термометр в пластиковой коробке, к которому можно подъехать прямо с дороги. Никто не охраняет.
По нему Polymarket определял погоду в Париже и принимал ставки: «будет ли сегодня выше 21°С?»
6 апреля. Градусник за 12 минут прыгает на 4 градуса. И обратно. Свежий счёт забирает $14 000.
15 апреля. Облачно, штиль. Снова скачок. +$20 000.
Метеорологи проверили: ветра нет, влажности нет, соседние станции молчат. Вердикт: «рядом с градусником держали нечто тёплое. Вероятнее всего — фен.»
Криптаны 10 лет писали про «проблему оракула». Блокчейн — крепость. Оракул — мост между крепостью и реальным миром.
Сам блокчейн не знает ни курса, ни погоды, ни счёта матча. Данные кто-то приносит снаружи.
Крепость защищена математикой. Мост — пластиковой коробкой у взлётки.
Polymarket переключился на другой градусник — в соседнем аэропорту. Без охраны. Просто другой термометр, в другой коробке.
Когда одна точка данных решает исход рынка — она уже мишень.
Пятница. 17 апреля.
За 20 минут до того, как Трамп напишет в Truth Social «ИРАН ОТКРЫЛ ПРОЛИВ», кто-то шортанул нефть на $760 миллионов.
Brent -11% за минуты после поста.
Регулятор CFTC "расследует". И $500 млн 23 марта расследует. И $950 млн 7 апреля тоже расследует.
И это только последние эпизоды. За Трамп-срок таких было шесть. Как минимум.
Раньше хотя бы прятались.
Откуда всё началось.
Сентябрь 2008-го.
Lehman Brothers уже упал. Минфин и ФРС созывают ведущих конгрессменов за закрытыми дверями. Говорят прямо: вся система сейчас накроется.
На следующий день один из конгрессменов-республиканцев взял на все деньги шорты по S&P500 с плечом. Через неделю закрыл в плюс.
Вскрылось только в 2011-м. «60 минут» выпустили расследование. Опросили кучу народа. Никто не сознался.
Скандал разнесло. В январе 2012-го Обама вынес это на обращение к Конгрессу. В апреле — подписал STOCK Act.
До 2012-го закона против инсайда для конгрессменов не было. Вообще. Торговали по закрытым брифингам легально.