Избранное трейдера FREED
Российское импортозамещение провалено, а чиновники Минпромторга создают условия, чтобы конкурсы на поставку оборудования выигрывали аффилированные с ними перекупы, заявил гендиректор завода «Кубаньжелдормаш» Вячеслав Яковлев.
Подробности:
Яковлев выступил с критикой системы госзакупок, отметив, что отечественных производителей целенаправленно выдавливают с рынка. Ситуацию он проиллюстрировал тендером на путевые гайковёрты — госзаказчик требует миллионные обеспечительные платежи и настолько жёсткие сроки, что подать заявку «фактически никто не может». И хотя по документам техника обязана быть российской, побеждают поставщики, закупающие из Китая — мелкие посредники с 14 сотрудниками, одним офисом и полным отсутствием производства.
«Покажу на одном примере, как система создаёт условия, где одни будут обогащаться, а параллельно экономика страны будет разрушаться. Конкурс N690/ОКЭ-ЦДЗС 26 на 561 гайковерт, который производит наше предприятие. Ранее их производили 2 завода — «Калугатрансмаш» и «Кубаньжелдормаш». «Калугатрансмаш» уже закрылся, на его месте строится жилищный комплекс, следующие, судя по всему, — мы…

Обещал написать свою версию. Сразу скажу, что точно не знаю и у меня нет твердой уверенности в своих доводах. Мы очень часто ретроспективно объясняем какие-то вещи, но в большинстве случаев наши объяснения самых различных явлений — лишь микроскопическая доля от всей картины, наша искаженная проекция.
Особенно в этом плане интересны объяснения аналитиков и комментаторов, почему та или иная акция выросла на пару процентов.
Но вернемся к Нидерландам и России.
Ответов может быть несколько. Один из них — везение и историческая случайность. Но очень важным является то, что Амстердам развивался, во многом базируясь на частной инициативе и конкуренции.
Именно там были придуманы первые акционерные общества. Эта революционная идея ограничивать риски предпринимателей создала потрясающие возможности в следующие века. Вся современная венчурная индустрия базируется на том, что фаундеров перестали сажать в долговую яму после неудач в бизнесе.
Пётр первый скопировал фасады, прорыл каналы в Петербурге (большинство из них, кстати, потом засыпали), но не скопировал систему доверия к бизнесу, развитие конкуренции и институтов.

Посмотрите на то, что происходит сейчас с шахтами и рудниками. Блумберг пишет, что добыча ископаемых по всему миру начала давать сбои.
Причина — война в Иране.
Кажется, что это далеко. Но карьеры в Австралии или Конго уже ощущают последствия. Логистика сломалась. Проблемы в одном регионе моментально бьют по всей планете.
Война перекрывает пути и ограничивает доступ к ресурсам.
Это приводит к росту затрат на добычу металлов.
Самое ценное сейчас — это дизельное топливо.
Без него тяжелая техника на рудниках превращается просто в груду железа.
А вторая критическая вещь.
Это, оказывается, сера.
Без нее невозможно перерабатывать медь. Сейчас под ударом оказалась шестая часть всей мировой добычи меди.
Задумайтесь о таких масштабах.
Цепочки поставок рушатся, это лишь начало.
Я смотрю на ситуацию ещё шире. Иранский конфликт затянется надолго. И это приведет к переделу целых отраслей. Будут меняться лидеры, перестраиваться потоки ресурсов.
Моя позиция неизменна.
Медь и остальные металлы будут стоить дорого.
Это один из самых странных и при этом самых частых вопросов, которые задают люди, создающие капитал. С одной стороны — желание дать своим детям больше, чем было у самого; с другой — страх, что они вырастут избалованными и всё это порушат. Но если посмотреть на наследование чуть шире, становится видно, что сама постановка вопроса немного кривая.
Потому что каждое поколение кажется предыдущему избалованным.
Если вернуться на 50–70 лет назад, то мы увидим совершенно другой мир. Ограниченный доступ к еде, медицине, образованию. Высокая детская смертность. Изнурительный физический труд для того, чтобы обеспечить базовые условия жизни. В сравнении с миром полувековой давности наша реальность — с доставкой еды, медициной, интернетом и доступом к знаниям — действительно выглядит как «избалованность».
Но это не избалованность. Это результат эволюции.
Каждое поколение убирает боль предыдущего. Если какая-то часть жизни «обезболена», логично, что следующее поколение привыкает жить без этой боли. В противном случае весь смысл прогресса теряется. Поэтому распространенное мнение «мы страдали — пусть и они пострадают» не имеет под собой никакой рациональной основы. Это не стратегия, это эмоциональная реакция.

У семьи, на мой взгляд, всегда есть две отдельные финансовые задачи: где жить и на что жить. Главная ошибка — пытаться закрыть их одним активом.
Я по-прежнему считаю, что своя квартира — это база. Не потому, что это лучший актив по доходности, а потому что собственное жилье дает семье устойчивость: предсказуемость, спокойствие и независимость от арендодателя. Это не столько инвестиция, сколько закрытие базовой потребности.
Но квартира сама по себе не решает вопрос текущих расходов. Даже если жилье есть, остаются продукты, коммуналка, медицина, обычный быт.
На графике хорошо видно, что стоимость аренды как маркер стоимости жизни со временем уходит выше фиксированного базового дохода вроде пенсии. И разрыв только растет.
Отсюда мой вывод: жилье и денежный поток — это две разные финансовые задачи.
Поэтому облигационный портфель я рассматриваю не как способ «припарковать деньги», а как инструмент создания независимого денежного потока для семьи. Особенно в период высоких ставок, когда долговой рынок позволяет собирать двузначную доходность и постепенно превращать капитал в источник регулярного кэша.

Поколению миллениалов и зумеров повезло: ипотека под 20%, аренда съедает половину зарплаты, а родители и сами не прочь пожить в своей квартире.
Вариантов обзавестись жильём немного — но один из них существует уже 30 лет и незаслуженно обходится стороной.
Называется красиво: договор пожизненного содержания с иждивением.
Как это работает
1. Пожилой человек (рентополучатель) передаёт вам квартиру прямо сейчас.
2. Вы (плательщик ренты) берёте на себя обязательство обеспечивать его до конца жизни — деньгами, продуктами, лекарствами, уходом.
3. После смерти рентополучателя квартира окончательно переходит к вам.
📢 Но есть нюансы
По закону ежемесячное содержание должно быть не менее двух прожиточных минимумов в регионе (в Москве сейчас ~30 000 рублей в месяц суммарно на всё).
Договор обязательно заверяется у нотариуса и регистрируется в Росреестре.
Вы сразу становитесь собственником, но с обременением — продать или заложить квартиру без согласия рентополучателя не получится.
🧮 Механика расчётов
