Михаил Крутихин, мнение


   18 марта появились сообщения — со ссылками на анонимные источники — о том, что «Газпром» откладывает свой грандиозный проект «Сила Сибири» в долгий ящик Слухи об отмене строительства трубопровода в Китай имеют под собой рациональное основание. После шумихи вокруг заключения с китайцами грандиозного контракта на поставку восточносибирского газа стоимостью $400 млрд в мае прошлого года руководство «Газпрома» вдруг осознало, что выполнить обещанное в срок и в нужном объеме оно не в состоянии. Во-первых, даже если «Газпром» действительно построит магистральный газопровод длиной 4 тыс. км в Китай к 2018 году, как он объявил, ему надо еще и разработать Чаяндинское месторождение в Якутии и Ковыктинское — в Иркутской области, чтобы они вместе смогли обеспечить объем экспорта газа по контракту — 38 млрд м3 в год. Сделать это в столь сжатые сроки вряд ли возможно. Графики, составленные плановиками компании, показывают, что в 2018 году первый газ новых проектов дойдет до берегов пограничного Амура лишь в годовом объеме 4,5 млрд м3, а для увеличения экспортного потока хотя бы до 30 млрд м3 в год потребуется еще десять лет интенсивной работы и $8-9 млрд ежегодных капиталовложений. Во-вторых, для экспорта газа по трубопроводу необходимо извлечь из него гелий и другие компоненты, а построить в Амурской области газоперерабатывающие мощности к 2018 году «Газпром» тоже не успевает. К тому же основное оборудование для такого предприятия должно было закупаться за границей, но режим санкций делает его получение крайне затруднительным. Призрачность обещаний по «Силе Сибири» стала одной из причин того, что «Газпром» и руководство России стали усиленно обрабатывать китайцев, уговаривая их заключить новый контракт — на это раз на получение газа с севера Западной Сибири, с уже действующих промыслов. Беда в том, что трасса «Алтай», хотя и должна обойтись намного дешевле восточносибирского газопровода, Китаю совершенно не нужна и не выгодна. Если на востоке российский газ мог бы поступать в густонаселенные провинции КНР, на западе рынка для него нет. Для использования «Алтая» китайцам придется построить свой газопровод на восток длиной несколько тысяч километров… Решений этой проблемы у «Газпрома» есть несколько, хотя все они не слишком выгодны. Если удастся настоять на соглашении по «Алтаю», то Пекин непременно потребует какой-то компенсации. Это может быть огромная скидка в цене поставок, освобождение проекта от налогов, финансовое участие «Газпрома» в продолжении трассы на китайской территории или даже права на разработку российских газовых месторождений — или же все это вместе. Временным выходом из положения может стать отправка в Китай газа не из Восточной Сибири, а с Сахалина, где «Газпром» рассчитывает начать добычу на Киринском блоке проекта «Сахалин-3». Для этого придется забыть о строительстве во Владивостоке предприятия по производству и экспорту сжиженного природного газа — другой широко разрекламированной затеи газового монополиста, а также увеличить мощность газопровода от Сахалина до Владивостока, где пока вместо 14 компрессорных станций смонтирована только одна. В любом случае организация экспорта российского газа в Китай, которую в Кремле считают геополитической задачей огромной важности, обойдется недешево, особенно в виду напряженной финансовой ситуации в России. Судя по экономическим выкладкам газпромовских экспертов, не исключены поставки газа по цене, которая фактически будет ниже себестоимости. А китайцы, монопольные потребители на дальнем конце транспортной инфраструктуры стоимостью за сотню миллиардов долларов, смогут диктовать поставщику любые условия. 

http://q99.it/NYY1P7p Михаил Крутихин, мнение.

— Из ваших интервью следует, что самые яркие персоны в российском бизнесе родом из 1990-х, а молодой шпаны не видать.

— Да и нас, бизнесменов, выжило немного, по пальцам рук можно сосчитать. Я имею в виду настоящих бизнесменов, а не олигархов, которые мутят что-то с государством. Если сравнивать с 1990-ми, то сейчас предпринимательства в стране вообще нет. Но это же нормальная ситуация. Мы были голодные и нищие, нам нужно было что-то делать, а сейчас все обеспеченные.

Я выступаю 3–4 раза в год перед студентами — мехмат МГУ, физтех и др. Цели у меня рациональные — рекрутировать лучших людей. И я вижу, что студенты очень хорошо одеты, девушки красивые. Но у них нет мотива. Как у моих детей никогда не будет мотива работать так же, как я. Мой сын дружит с сыном Миши Фридмана. У них даже какой-то совместный бизнес в интернете, но это всё смешно и наивно. Это детский сад. Потому что нужен мощный мотив.

Я помню своё общежитие на Васильевском острове — у нас предпринимательством занималась половина студентов. Что-то продавали, что-то покупали. Сейчас крутится куда меньше молодых людей. Жизнь не заставляет, родители помогают. Московские мажоры не хотят работать.

( Читать дальше )