Предсказание — дело неблагодарное. Особенно на финансовых рынках. Однако замечать общие тенденции и понимать, что они могут за собой повлечь — полезный навык. В этой статье оттачиваем его на примере кривой доходности американских гособлигаций.

Помогли разобраться в теме наши коллеги из финтех-компании DTI Algorithmic: Андрей Тимошин, главный стратег по валютным и сырьевым рынкам, Михаил Дорофеев, главный портфельный аналитик и стратег, и Александр Бутманов, управляющий партнер. Обсудили с ними,

• что такое кривая доходности и как она обычно выглядит,
• о чем говорит ее инвертирование,
• какая ситуация складывается сейчас на американских рынках.

Ниже подробное интервью.

Что такое кривая доходности и какой она может быть?

Андрей Тимошин, главный стратег по валютным и сырьевым рынкам финтех-компании DTI Algorithmic:

Если кратко, то кривая доходности — график, показывающий доходность одинаковых финансовых инструментов с разным сроком до погашения. Ее считают нормальной, когда ставки по коротким инструментам (по облигациям с небольшим сроком до погашения) меньше, чем по длинным. То есть чем дальше в будущее, тем выше ставка — в нее закладывается временная риск-премия.

В мире сферического коня (в котором всё абсолютно предсказуемо и ликвидно, а люди не обладают эмоциями) доходности 2 и 10 летних облигаций (конечно Tbonds US) должны быть равны.

Разницу в доходности может создать по сути два фактора.

1. Жадность людей. В мире сферического коня нет никакой разницы какие облигации покупать. Любой абсолютно рациональный безэмоциональный инвестор брал бы ближайшие и спокойно перекладывался в следующее после погашения. Тогда спрос на более дальние можно было бы создать исключительно повышением процентной ставки, а график зависимости доходностей от времени скорее всего бы имел абсолютно линейную зависимость.
2.  Страх. Например страх, что не купив более дальние облигации по текущей ставке, а  вложив в более короткие, что-то измениться и следующие короткие не будут давать такой же доход.

Оба эти случая хорошо известны в нашей рыночной клинике  и описаны во многих, теперь уже классических трудах.

Как бы там ни было, получается: что жадность, что страх – создают неопределенность будущего, которая заставляет нас представить доходность облигации как сумму двух ставок:

Друзья, совместно с нашей командой разработчиков мы решили запустить канал, популяризирующий алготрейдинг. Назвали его Quantiki https://t.me/quantiki, так как канал этот будет для маленьких квантиков, которые обязательно вырастут в могучих квантов. Цель, как и c Mindspace.ru — сделать сложное простым и рассказывать доступно об алготорговле на фондовом рынке США и криптобиржах. Самых квантоопытных приглашаем присоединиться в числе самых первых. Будет много вкусного и готового кода. Если у вас есть, кому это может быть интересно, репостните как для себя.

Иллюстрация номер адын. Пол Волькер смотрит на тебя как на говно

Продолжение. Первая серия — здесь 

Ну что, вот вам вторая серия про то, что у нас там происходит с инфляцией и процентными ставками по гособлигациям
Сразу скажу, что повествование будет неакадемическое, а так как я его понимаю.
Всех, кто будет мне писать некомплиментарные комменты, буду баннить нещадно. Шучу, шучу.
Все знают, что я никого не банню, и вам не советую.

Итак, начнем с встречи на Джекил Айланд в 1913-м году.
К этому году американских банкиров наконец то-достали постоянные набеги вкладчиков на банки (банковская паника), которые в системе частичного резерва неизбежно приводят к разорению банка. См классический фильм 'Its a wonderful life"
Банкиры собрались на этом острове возле штата Джорджия и решили создать lender of last resort, то есть центробанк. 

В российской литературе это заведение назвывается Фед, ФРС и проч. Это все попытки запудрить мозг красивым термином. ФРС — это центральный банк, так и проще и понятнее.
Изначально центробанк занимался именно этим — то есть решал проблемы стабильности отдельных банков, неизбежные при их бизнес модели частичного резерва.

Потом грянула великая депрессия. Безработица, все дела. Голодные толпы шастают по стране и готовы работать за еду. На удачу американцев, за океаном разразилась вторая мировая и стали поступать заказы на танчики и тушенку, что помогло выкарабкаться промышленности из кризиса.
Но осадок остался. Особенно — зашкаливающая безработица. Инфляции особой во время Великой Депрессии не было. Была даже дефляция иногда. Но по поводу безработицы сформировался такой коллективный консенсус, что лучше этого не повторять, ибо воистену.

Про биткоин говорят очень много. Про реальную экономику на биткоине знают единицы. 

В Москве есть рынок «Москва» в Люблино. Территория, размером с маленький город. Официально там около 30 тысяч китайцев. Не официально – от 200 тысяч. Живут они все прямо там, за территорию не вылезают. Их не видно и не слышно. Китайцы не умирают. Если кто умер, то освободился его паспорт. По документам этого человека продолжает жить другая личность.

Попытайтесь найти свежую информацию об этом месте в яндексе, гугле, ютюбе. Её нет. Последние упоминания – 14 год. Когда в стране шла мощная борьба с обналичкой. На рынке наличных скапливалось много. Туда заходили менты, выгребали неучтенный нал. После этого тишина.
Товары из Китая в Москву везут около тысячи разных логистических компаний. Все эти товары попадают в три места: Люблино, Садовод, Южные ворота. На территориях рынков и рядом гигантские склады с морскими контейнерами. Из этих мест товар расползается дальше, по территории страны. Делают нашивки различных брендов, товар попадает в магазины. Это всё то, в чём ходит большая часть страны. Почти весь китайский товар ввезен с занижением стоимости. Т.е, это серый импорт. Ничего страшного в этом нет. Так работает система, которая устраивает всех.