Минцифры ведёт переговоры с Apple о разблокировке 5G на iPhone в России. Переговариваться можно сколько угодно. Но рассчитывать на то, что американская корпорация внезапно пойдёт нам навстречу, было бы слишком оптимистично.

То же самое касается и других западных производителей. Теоретически договориться можно с отдельными китайскими компаниями, например Huawei. Хотя и здесь никаких гарантий нет: крупный международный бизнес будет учитывать санкционные риски и отношения с западными рынками.

Однако история с iPhone лишь подсвечивает главную проблему. Инвестиции операторов в развитие 5G для массового потребителя вряд ли окупятся даже в среднесрочной перспективе.

Построить сеть недостаточно. Нужно, чтобы её поддерживали устройства, а производители разблокировали соответствующие настройки. При этом сам абонент не готов платить за 5G существенно больше. Для просмотра видео, социальных сетей, банковских приложений и мессенджеров возможностей LTE в большинстве случаев вполне достаточно.

Даже если пользователь купил смартфон с поддержкой нового стандарта, это ещё не означает появления дополнительной выручки у оператора. Абонент и без того платит за связь. Переход с 4G на 5G в потребительском сегменте скорее перераспределяет трафик, чем создаёт принципиально новый денежный поток.

( Читать дальше )

11 сентября МТС запустила первую коммерческую сеть 5G. В диапазоне 4,9 ГГц она заработала на 46 бывших тестовых площадках в Москве, Петербурге, Новосибирске, Екатеринбурге и Уфе. Ещё в 16 городах оператор использовал частоты действующих LTE-сетей.

Это только начало развёртывания. Однако главный вопрос уже можно ставить сейчас: кто оплатит новую сеть? Для обычного абонента 5G продают через скорость. Для оператора этого недостаточно. Нужен новый денежный поток, который вернёт вложения в оборудование, строительство и плотную сеть базовых станций. Здесь потребительская модель пока не сходится.

В июне МТС оценивала совокупные инвестиции российских операторов в 5G до 2036 года более чем в 335 млрд рублей. Из них 286 млрд приходились на B2C. Накопленный результат потребительского сегмента в модели был отрицательным – убыток 84 млрд рублей. Предполагаемая прибыль B2B составляла 63 млрд рублей. Даже если механически сложить две части расчёта, промышленная монетизация не закрывала
потребительскую нагрузку: оставался разрыв в 21 млрд рублей.

( Читать дальше )