Японская йена достигла своего многолетнего минимума, где, найдя себе поддержку, смогла резко оттолкнуться и заметно укрепиться под конец текущего периода. Помимо усиления ожиданий сохранения ставок на ближайших заседаниях ФРС на динамику валютной пары оказало сильное влияние интенсивное обсуждение возможных действий властей по стабилизации курса йены. Катализатором обвального снижения цены стало заседание Банка Японии, который сохранил ставку на 0,75%, но повысил прогнозы роста инфляции на текущий год с 1,8% до 1,9%. Кадзуо Уэда на пресс-конференции подчеркнул, что инфляция больше не «временная» и что «эпоха субсидирования экспорта через слабую валюту окончена», намекнув на возможное повышение в апреле 2026, если зарплаты вырастут.

Ястребиный тон регулятора спровоцировал резкий разворот курса, который был частично обусловлен поведенческими реакциями участников рынка, связанным с уходом от рискованных стратегий carry trade. Нью-Йоркский Федеральный резервный банк провел «проверки ставок» по USD/JPY, что интерпретировали как прелюдию к совместным действиям, министр финансов США Скотт Бессент и японский коллега Сатсуки Катаяма заявили о «тесной координации», ссылаясь на риски для глобальных рынков.

Евро резко развернулся и продолжил восходящее движение, ранее прерванное начавшейся коррекцией, выйдя на очередные локальные максимумы на фоне негативных данных по доллару США и смешанными сигналами по экономике еврозоны. Геополитические события способствовали усилению продаж долларовых активов, что привело к значительному снижению доллара против корзины валют. Опасения новой торговой войны между США и ЕС подорвали уверенность в долларе, поскольку тарифы потенциально ударили бы по американскому экспорту и инфляции, усиливая давление на ФРС для смягчения политики.

В свою очередь, Европейский центральный банк выглядел на этом фоне островком относительной стабильности. Несмотря на слабый промышленный сектор, сильный рынок труда и устойчивое внутреннее потребление в Еврозоне позволили пересмотреть прогноз по инфляции на 2026 год до 1,9%, что снижает вероятность резких изменений монетарного курса ЕЦБ в краткосрочной перспективе. Такая стабильность не является признаком силы, но в условиях глобальной неопределённости она стала конкурентным преимуществом евро.

Золото остается в восходящем тренде и продолжает свой рост, выйдя на очередные исторические вершины, который был обусловлен беспрецедентным наслоением геополитического хаоса: эскалацией торговых и территориальных споров, инициированных Трампом, относительно приобретения Гренландии и сопутствующие угрозы введения тарифов в размере 10-25% на европейские товары. Глобальная макроэкономическая неопределённость вынуждает участников рынка переоценивать ожидания по экономическому росту, инфляции и денежно-кредитной политике, который присутствует в виде спроса со стороны центральных банков и ETF. Приток в золотые ETF достиг исторических рекордов, а отчеты World Gold Council подтвердили, что 95% ЦБ намерены продолжать покупки.

Помимо этого, на другом конце мира произошел критический сбой на долговом рынке: резкий рост доходности японских государственных облигаций (JGB) до рекордных 4,215% из-за агрессивной фискальной политики кабинета премьер-министра Санаэ Такаити, направленной на стимулирование потребления и снижение налогов на продовольствие, что потребует новых заимствований, в то время как Банк Японии больше не может принудительно удерживать ставки на сверхнизких уровнях в условиях, когда инфляция уже четвертый год превышает целевой уровень в 2%.

Канадский доллар заметно ослаб с начала нового года, достигнув локального дна к концу текущего периода, после чего начал уходить в умеренную коррекцию. Пара бурно росла на фоне бегства от рисков и структурного ослабления канадской экономики. Основным драйвером движения стала не столько сила американского доллара, сколько фундаментальная уязвимость канадца, зажатого между депрессивными ценами на энергоносители и ожиданием пересмотра торгового соглашения USMCA.

В то же время, инфляционные данные Канады оказались выше прогнозов: месячный CPI -0,2% против ожиданий -0,3%, годовой 2,4% против 2,2%. Рынки интерпретировали эти данные как сигнал возможного сохранения ставок, а не их повышения. С другой стороны, неопределенность вокруг предстоящего пересмотра торгового соглашения USMCA давит на деловые настроения, а фирмы сокращают капитальные вложения из-за страха перед новыми тарифами США. И это на фоне сильных данных по рынку труда США и устойчивого роста ВВП на уровне 4,3% в 3 квартале 2025 года.

Британский фунт с начала года после рывка к очередным максимумам ушел в вязкую коррекцию, теряя в стоимости. Одним из ключевых факторов, способствовавших давлению на пару, стала относительная сила американских экономических индикаторов, укрепившая доллар. Розничные продажи в США за декабрь 2025 года остались стабильными на уровне 0,4% месяц к месяцу, соответствуя ожиданиям и сигнализируя о устойчивом потребительском спросе, несмотря на задержки в релизах из-за шатдауна. Первичные заявки на пособия по безработице оставались низкими, подтверждая крепкий рынок труда с уровнем безработицы 4,4% на конец 2025 года, в то время как индекс цен производителей (PPI) показал умеренную инфляцию на уровне 2,6% в базовом исчислении год к году. Это снизило ожидания на агрессивное снижение ставки ФРС. Однако главная уязвимость этих данных в том, что они имеют «догоняющий» характер из-за задержек, что может привести к ревизиям.

Помимо этого, давление оказывало о то, что рост ВВП Великобритании за ноябрь 2025 года составил скромные 0,3% м/м — лучше прогноза в 0,1%, но все равно указывающий на слабость экономики с прогнозируемым ростом всего 0,9% в 2026 году, по сравнению с 1,4% в 2025-м.

Стоимость нефти заметно подросла с начала года на фоне резкого роста геополитического напряжения. Основным драйвером роста выступила крайне нестабильная обстановка в Иране, где массовые протесты и угрозы со стороны США ввести 25-процентные пошлины на связанные с Тегераном товары создали премию за риск. Усиление протестов в Иране привлекло внимание участников рынка как потенциальный риск для поставок, особенно через стратегически важные транспортные коридоры, такие как Ормузский пролив. Второй фактор — политические события вокруг Венесуэлы и связанные с этим изменения в потоках нефти на мировом рынке. США взяли на неопределенный срок контроль над продажами венесуэльской нефти, стремясь перенаправить потоки к американским переработчикам и союзникам.

К этому добавились перебои в работе Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) в Казахстане, где сочетание плохой погоды и сообщений о атаках беспилотников сократило отгрузки почти вдвое, до 900 тысяч баррелей в сутки.

Кроме того, стабилизирующим фактором на этом фоне выступает ОПЕК+, который принял решение сохранить текущие уровни добычи без изменений до конца первого квартала, ссылаясь на здоровые фундаментальные показатели и низкие запасы.

Японская йена с началом нового года продолжила свое снижение после долгого периода консолидации, достигнув новых локальных экстремумов. Одним из ключевых факторов, влияющих на пару, стала политическая нестабильность в Японии, включая риски досрочных выборов и неопределенность вокруг политики Банка Японии, что может привести к дальнейшему ослаблению фискальной дисциплины и отложить нормализацию ставок. Глава Банка Японии Кадзуо Уэда выступил с заявлением о намерении продолжать повышение процентных ставок (текущая ставка 0,75% после декабрьского повышения). Он подчеркнул, что адаптация монетарной политики необходима для достижения стабильного таргета инфляции. Несмотря на это, рынок проигнорировал слова Уэды до появления реальных действий, оставляя иену беззащитной перед американской доходностью, поскольку дивергенция монетарных политик между США и Японией остается доминирующим драйвером.

Дополнительное давление на йену оказывали новости о потенциальном политическом кризисе в Японии, связанном со спекуляциями о досрочных выборах под руководством премьер-министра Санаэ Такаити в феврале 2026 года, возможном роспуске нижней палаты парламента в середине февраля для закрепления коалиционного большинства до октября 2026 года, мотивированного избеганием рисков от тарифов США и внутренних скандалов.

Евро с начала торгов наступившего года продемонстрировал заметную волатильность со сменой преобладающего движения в нисходящем направлении, тем самым отступив от недавно достигнутой вершины. Главным негативным фактором этого импульса стала публикация декабрьской инфляции еврозоны: гармонизированный индекс потребительских цен (HICP) показал снижение до 2,0% в годовом исчислении, что в точности совпало с целевым ориентиром ЕЦБ. Эти цифры подтверждают завершение инфляционного всплеска, что дает ЕЦБ пространство для дополнительных мер смягчения в 2026 году. С другой стороны, устойчиво низкая инфляция в крупнейших экономиках блока (особенно в Германии и Франции) усиливает риски дефляционного давления и делает вероятность дальнейшего снижения ставок выше, чем ожидалось ещё в конце 2025 года.

В свою очередь, сюрпризом для рынка стал отчет по Non-Farm Payrolls за декабрь 2025, который оказался неожиданно слабым: прирост рабочих мест составил всего +50 тыс. против консенсуса 66 тыс. и пересмотренных +56 тыс.

Евро продолжает восстанавливаться и вышел на очередные локальные максимумы, после чего начал корректироваться в поисках новой поддержки. Фактором этого роста стало главное событие последних месяцев – ФРС снизила базовую процентную ставку на 25 базисных пунктов до диапазона 3,5%-3,75%, что оказало фронтальное давление на USD. В то же время, как ЕЦБ на своем заседании позже сохранил депозитную ставку на уровне 2,0%: Кристин Лагард в своем выступлении подчеркнула устойчивость экономики еврозоны, назвав её «резистентной», и повысила прогноз роста ВВП на 2025 год до 1,4%. Такая «ястребиная» пауза ЕЦБ на фоне «голубиного» разворота ФРС стала фундаментальным фактором укрепления евро. К тому же, ФРС объявил об изменении политики по управлению ликвидностью, начав ежемесячные покупки казначейских векселей на сумму $40 млрд для обеспечения стабильности финансовой системы, что фактически является формой мягкого количественного смягчения, оказывающим долгосрочное понижательное давление на курс доллара.

Золото продолжает свой рост и достигло очередного локального максимума, остановившись в полушаге от рекордной вершины. Ключевым драйвером этого движения стала переоценка рынком вероятности смягчения денежно-кредитной политики в 2026 году, что привело к снижению доходности казначейских облигаций и перетоку капитала в защитные активы.

Собственно, основную предпосылку к росту заложили укрепляющиеся ожидания по снижению ставки ФРС из-за выходивших статистических данных. Так, на фоне новостей о росте безработицы в США до 4,6% в ноябре (против ожиданий 4,4%), рынки оценили вероятность декабрьского снижения в 64%, а январского в 77%. Это совпало с данными о слабом росте занятости в частном секторе США — отчет ADP показал замедление, а средняя почасовая выручка увеличилась всего на 0,1% в месяц, что свидетельствует о потере потребительской уверенности и замедлении спроса. Рынок воспринял эти данные как подтверждение того, что экономика США входит в фазу «мягкой» рецессии или стагфляции.