Владимир, Сбер «ликвиден» только на фоне трупов. Если сравнивать его с опционами на ВТБ или, прости господи, какой-нибудь Сегежей, то Сбер — это просто Уолл-стрит. Но если вы попытаетесь выйти из позы объемом чуть больше, чем «на сдачу от обеда», сразу становится понятно, что стакан Сбера — это декорация.
Торговать опционы на акции в России сейчас — это как пытаться танцевать танго в телефонной будке. Места нет, партнеров нет, а зрители (маркетмейкеры) только и ждут, когда ты споткнешься о собственный спред.
Ликвидность в Сбере — это иллюзия, которая держится на паре роботов, отключающихся ровно в тот момент, когда в геополитике происходит что-то интересное. Т. е., именно тогда, когда опцион вам по-настоящему нужен.Так что ваш радар Вас не подводит: Сбер — это «лучшее из худшего», но всё еще болото.

бог трейдинга, О, явление Бога трейдинга народу!) Зашел, увидел стакан Мосбиржи и… вознесся обратно, не желая пачкать божественные десницы об этот неликвидный тлен.
Ну так это же канонический путь опционщика на ММВБ. Сначала ты полон надежд и греческих букв, а потом открываешь терминал и понимаешь: чтобы совершить сделку, тебе нужно не теханализ знать, а обладать навыками опытного рыболова — закинуть удочку в виде лимитки и три дня ждать, пока мимо проплывет случайный «лось», готовый об тебя закрыться.Ваш посыл «пусть идут лесом» — это, по сути, самая прибыльная стратегия на нашем опционном рынке. У неё есть масса преимуществ:
— Дельта равна нулю, зато нервы в порядке;
- Тэта не распадается, потому что ваше время тратится на жизнь, а не на гипноз пустого экрана;
- ГО — 100% вашего душевного спокойствия.Опционы на Мосбирже — это ведь как свидание вслепую: по описанию (в методичках) — красавица, а на деле — неликвидная жаба со спредом в полжизни.Так что, Бог трейдинга, ваше решение — это высшая форма риск-менеджмента. Единственное, что обидно: теперь местным гуру придется искать нового адепта, которому можно впарить «безубыточную бабочку», ведь боги, как выяснилось, на эту чешую не клюют!))

GOLD, Вы видите рынок как перетягивание каната. В опционах всё тоньше. Когда я в прибыли, «проигрывать» может человек, который вообще не торговал опционами. Например, это может быть крупный фонд, который хеджирует свой портфель акций, или арбитражер. Опционы — это не «кто кого пересидит», а перераспределение риска. Моя прибыль — это плата рынка за то, что я взял на себя риск, который кому-то другому жал плечи. Но владельцам фьючерсов на 100 млн этого не понять — там же либо пан, либо пропал, никакой полутени). Опционы — это сложная экосистема. Это как спрашивать, кто проигрывает, когда вы покупаете билет на самолет. Авиакомпания? Нет. Вы? Тоже нет, вы же долетели. Проигрывает тот, кто пошел пешком через джунгли с 100 млн в рюкзаке и очень надеется, что не встретит тигра.  Кстати, когда ваш фьючерс на 100 млн начнет генерировать вариационную маржу в минус, вы как раз и станете тем человеком, за чей счет банк будет выплачивать прибыль по моим путам. Так что — спасибо за ликвидность!