Сегодня я не увидел в новостях чего-либо нового. Старая жевательная резинка, должна Испания просить помощи или нет? Член совета Европейского центрального банка Жозеф Бонничи считает, что должна, а премьер-министр Мариано Рахой так не считает. Как долго будут продолжаться препирания — неизвестно, наверно до тех пор, пока испанские облигации не улетят в космос.
На усилившиеся в последнее время разговоры о том, что Греции всё равно придётся покинуть еврозону, политики отвечают твёрдой обороной. Например Меркель, выступая перед делегатами партии ХДС, произнесла практически знаменитую фразу Драги «Евро необратим». Только она чуть подробнее остановилась на том, как она себе это представляет. А представляет она всё это достаточно конкретно. Помогать отстающим надо и даже необходимо. Контролировать и проверять тоже надо. Выполнять обязательства надо. Экономить надо. Германия в любом случае переживёт риски рецессии. Веско сказала, прочно. Замечу, что всё вышесказанное было заявлено уже после визита Меркель в Грецию, где в беседе с Самарасом она выразила уверенность в том, что Греция останется в составе евро.

Я представляю как глупо выглядит реплика «А я знал!». Знал как правильно и не сделал как надо — действительно глупо. А знал и сделал — тут совсем другой разговор. Дело в том, что вчера ночью, после снижения долгового рейтинга Испании агентством S&P я с недоумением смотрел на график евро и негодовал, вот сволочи, взяли моду по ночам честный спекулянтский народ тревожить после того, как все успокоились и решили, что S&P всё-таки промолчит. Обещали пересмотр до конца сентября и не пересмотрели, чего уж после срока вылезать со своими рейтингами?
