Четыре года назад я написал лонгрид про интересную особенность IPO: трехлетняя доходность у инвесторов на первичном размещении получалась в среднем примерно как у рынка акций в целом, но при этом аж 18% из этой доходности приходилось на аномальный скачок котировок в первый день торгов.

Так вот, Чарли Билелло вчера выложил наглядную иллюстрацию: с октября 2013 года S&P500 принес инвесторам накопленную доходность +444%, а первый выпущенный на рынок специальный «ETF на IPO» – всего +188%.

Почему так? Всё просто: этот фонд покупает акции компаний спустя 5 дней после их выхода на биржу, и продает еще через 2 года. Таким образом, ETF IPO пропускает тот самый скачок первого дня («IPO pop»), но зато сполна участвует в последующем отставании новоприбывших хайповых акций от рынка.

Предлагаю читателям самостоятельно сформулировать вытекающую отсюда мораль применительно к недавним новостям о том, что ребята из Nasdaq поменяли правила включения новых мега-компаний в свой индекс (теперь соответствующим индексным фондам надо будет их покупать уже спустя 15 дней после IPO), а S&P подумывают сократить этот срок для своего индекса с 12 до 6 месяцев. Короче, с нетерпением ждем IPO SpaceX, Anthropic и OpenAI!!!

Недавно в Colossus вышел прекрасный биографический профайл Томаса Петерффи – основателя заслуженно-любимого нами Interactive Brokers. Советую прочитать целиком, ниже накидаю несколько фрагментов, которые показались мне особенно интересными.

🐌 Томас занимает 22-е место в рейтинге самых богатых людей мира от Блумберг, с состоянием в $78 млрд. Profit margin его основного бизнеса (IB) составляет 71% – выше даже, чем у VISA.

🐌 Петерффи родился 1944 в Венгрии во время бомбежки города Красной армией, и до возраста в 21 год жил при коммунизме – пока не уехал в США и не стал там строить жизнь «заново» (едва зная английский).

🐌 Денег у Томаса было примерно ноль, поэтому какое-то время он подрабатывал тем, что переводил с венгерского на английский результаты гадания по руке от другой иммигрантки-цыганки (которые она писала на салфетке). Разобрать ее почерк он не мог, поэтому тупо придумывал «перевод» от себя. Когда он спустя долгое время признался ей в этом – та ответила «братан, всё норм – я, если честно, читать и писать-то вообще не умею…»