В октябре стартовали торги новым фондом от Финама, который стал сотым в линейке российских БПИФов.

Многие окрестили это эпохальным событием — мол, наш рынок созрел до такой степени, что на нем торгуется уже сотня фондов. Получается, что инвесторам есть из чего выбрать, а сами инвестиции становятся более грамотными и разумными.

От части так оно и есть, но дьявол кроется в мелочах :) По факту большая часть этих фондов есть лишь на бумаге, а на деле в них вложены какие-то копейки. Плюс некоторые фонды частично заморожены, ведь в них есть «недружественные» активы.

Поэтому в фонды вложено лишь 1,5 трлн. рублей, что в 35 раз меньше капитализации рынка акций. Причем большая часть вложена в фонды денежного рынка — это все же подушка безопасности, а не сдвиг в пользу пассивных инвестиций.

Так какие фонды наиболее популярны?

🔸 LQDT от ВТБ. Объем = 476 млрд. рублей. Комиссия за управление = 0,29%, при покупке/продаже в ВТБ нет комиссии за сделку.

🔸 SBMM от Сбера. Объем = 311 млрд. рублей. Фонд аналогичен предыдущему — комиссия = 0,3%, в Сбере нет комиссии за сделку.

Фонды денежного рынка бьют все рекорды — в них вложено уже более триллиона рублей, и с каждым днем эта сумма становится все больше.

Эта популярность вовсе не случайна — с текущей ставкой они дают хорошую доходность, а залогом в них выступают надежные ОФЗ. Деньги из них в любой момент можно вывести… во всяком случае в этом нас убеждают их управляющие.

Но так ли это на самом деле?

В теории так оно есть, но жизнь может внести свои коррективы. Вы просто посмотрите на объемы, которые туда заходят — если в ноябре это были 75 млрд. рублей, то в декабре — уже 228 млрд. рублей. На графике это будет почти вертикальная линия :)

Если бы это был рынок акций, то мы бы назвали такую ситуацию пузырем. Но эти фонды работают иначе, поэтому лопнуть они никак не могут — хотя такой безумный объем создает другие риски. Вот и Банк России увидел в этом проблему:

«Рост как вложений в фонды, так и предоставляемой ими ликвидности на бирже происходит параллельно с повышением спроса на ликвидность с противоположной стороны в сделках с центральным контрагентом.