гиперинфляция

Ровно 34 года назад, 2 января 1992 года, в России был запущен процесс либерализации цен: государство фактически перестало вмешиваться в процесс ценообразования, из-за чего стоимость продуктов и услуг в стране резко выросла.

🚀К концу года цены выросли в 25 раз. В следующем году они подскочили еще в 8,4 раза. Полки магазинов быстро заполнились товарами, но сбережения граждан превратились в пыль. Иногда полезно вспоминать недавнюю историю, чтобы более трезво подходить к своим инвестициям сейчас.

Чтобы не пропустить другие интересные и полезные посты, подписывайтесь на мой фирменный телеграм-канал с авторской аналитикой и инвест-юмором.

🍗Массовый голод или бешеный взлёт цен

Товарный дефицит к началу 1990-х годов приобрел угрожающие масштабы: по некоторым данным, товарное предложение было втрое меньше, чем стоимость денег на руках у населения. Главной проблемой стала катастрофическая нехватка продовольствия, особенно в крупных городах.

🥴Указ президента РФ с 02.01.1992 освобождал от гос. регулирования 90% розничных и 80% оптовых цен. Именно «либерализация ценников» стала главным пунктом реформ, предложенных в 1991 г. Борисом Ельциным.

Многие знают, что в начале 1920-х в Германии была гиперинфляция. 

Как писали  современники тех событий, инфляция то усиливалась, то спадала. 

Поначалу бауэры (немецкие фермеры) радовались, ибо получали за продукты больше марок.

Но, довольно быстро, радость сменилась разочарованием.

Бауэры в Баварии  прекратили продавать за марки даже яйца. 

“Wir wollen keine Judenfetzen von Berlin” — “нам не нужны еврейские конфетти из Берлина”.

Вот и наши акции превратились в “конфетти из Москвы”.

Обыватель, у которого завелись деньжата, не торопится покупать акции. 

Да, ему рассказывают про доли в бизнесе,  перспективы, невысокие цены. Соблазняют жизнью на дивидендную пенсию. Ему обещают, что можно скинуть подорожавшие акции другому обывателю. 

Но… обыватель не торопится верить. 

Кстати, осенью 1922-го, в моменте, акции всего концерна Даймлер стоили, как 327 автомобилей. 

«К концу войны [Первой мировой] по сравнению с 1913 годом цены на акции [в Германии] упали на ⅔. К 21г на ⅕. К октябрю 1922 до 3/100. Оказалось, что весь Даймлер, заводы, земли, резервы, капитал, организация стоили цену 327 их машин. Спрос на акции был маленький, средние дивы были только четверть процента. И было много других возможностей получить доход больше»

Гиперинфляция — необузданный рост потребительских цен на сотни процентов в год и более.

Главная характеристика перехода инфляции в гиперинфляцию — это когда руководство страны не может закрыть дисбаланс между внешним доходом, внешними расходами и обслуживанием долга и продолжает финансирование внешних расходов за счет печатания большого количества денег[2].

Прекратить печатать деньги в ситуации инфляционной спирали не так-то просто. Более того, печатание денег остается наиболее разумным выбором, однако открывает путь к гиперинфляции. Рост цен создает постоянный дефицит денег, так как на то же количество можно купить меньше товаров и услуг. В условиях нехватки денег, остановка печатного станка приводит к полному параличу экономики.

Высокая инфляция вызывает падение курса валюты, что в свою очередь вызывает отток капитала из страны, в итоге возникает порочный треугольник: девальвация, инфляция, печатание денег. Проблема внешних дисбалансов в том, что каждый новый раунд печатания денег приводит к новой волне оттока капитала, а не к расходам на товары и услуги, которые могли бы стимулировать экономическую активность.

Сейчас, когда все ждут снижения ставки, а некоторые в связи с этим событием ждут и гиперинфляцию (или хотя бы рост инфляции), рост цен на активы, и прочая, и прочая, надо еще раз разобраться, из-за чего эти последствия могут наступить. И каков шанс этих событий. У меня по этому вопросу появилось несколько новых мыслей.

Еще недавно утверждение, что снижение ставок стимулирует экономику, было практически общепризнанным. Но эксперименты центробанков с низкими и даже отрицательными ставками заставили многих задуматься. Хотя, как мне кажется, задуматься об этом можно было еще тогда, когда Джон Мейнард Кейнс формулировал свою теорию (а происходило это во время Великой депрессии). Впрочем, задним умом мы все крепки, поэтому это не камень в огород Кейнса. Тем более, что сформулировал-то он всё корректно. Он утверждал, что когда ставка снижается, то инвестиционный спрос растет. Но это происходит при неизменной эффективности капитала, т.е. отдаче на вложенные деньги. Плюс надо вспомнить «эффект Пигу», который говорит о том, что при снижении цен у населения становится больше реальных денег, и это увеличивает потребление.

Тринадцать отраслевых союзов и ассоциаций в сфере торговли и агропрома 18 апреля направили письмо премьер-министру России Михаилу Мишустину со своей позицией по поводу госрегулирования цен на продовольственные товары.

Среди авторов письма – руководители Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ), Союза потребителей РФ, «Союзнапитков», «Руспродсоюза», «Русбренда», Масложирового союза и др.

В последнее время законотворцы все чаще выступают с предложениями по госрегулированию цен на продукты, говорится в обращении. В то же время такой подход не конструктивен и «объективно вреден» в сложившейся ситуации, считают авторы инициативы. Ассоциации также обращают внимание на «наметившееся изменение дискурса регуляторов», что и вынудило их обратиться «лично» к премьеру.

Сейчас правительство вправе устанавливать предельные розничные цены на социально значимые продукты, утвержденные отдельным перечнем. Но ограничение можно вводить на срок не более 90 дней и в случае, если за 60 дней цены на эти товары в одном или нескольких регионах повысились не менее чем на 10%. Повышение также не должно быть связано с сезонностью.

     Рубрика «вопрос-ответ».

     «Добрый день. Вы как-то высказывали мысль о том, что долговые инструменты на длительной дистанции возможно убивают капитал дефолтом или гиперинфляцией.

     Как с этим бороться в целом понятно — держать большую часть капитала в долевых активах.

     Но что насчёт той части капитала, которая идёт под трейдинг и подушку безопасности? И то и другое априори существует либо в деньгах, либо в коротком долге.

     Т.е. в теории эта часть капитала также имеет риски умереть при дефолте или гиперинфляции.

     В связи с этим у вас есть какой-то протокол, по которому эта часть капитала при существенных признаках наступления глобального шухера в финансовой системе будет перемещена на время в долевые или товарные активы? И как в целом видите борьбу с этими рисками?»

     Хороший вопрос. Да, если мы трейдим фьючи, значимая часть денег на счете спокойно лежит в денежных инструментах, нам точно не нужен под ГО весь счет — а значит, 50%, 70% или 80% лежат под процент. Желательно, именно в коротком долге. Многолетние ОФЗ я как раз считаю искусом от беса, в случае сильной инфляции там тело падает в разы, в случае гипера — все сгорает.

      Почему нефть  так важна для РФ-экономики? (Дело не только в бюджете).

Для ответа на этот вопрос надо оглянуться на 150 лет назад, когда в России, собственно, и начался экономический рост в его современном понимании

В чем ключевая проблема запуска экономического роста для догоняющей страны?

В том, что у вас нет сбережений для инвестирования в торгуемые сектора, производящие товары с высокой добавленной стоимостью. Вот как в РИ у крестьян, живущих натуральным хозяйством, сбережений (в достаточных объемах) не было и быть не могло. Спрятанное в кубышке на черный день – не работало.

А что же делать?

На макроуровне вам надо повысить норму прибыли, что расширит возможности инвестирования/ускоренного развития торгуемого сектора.

Если мы говорим об экономике типа советской, в которой правительство есть монопольный бенефициар, менеджер и инвестор, то вам надо повысить бюджетные доходы. (Отметим, РФ-правительство на этом тоже зациклено)

Как это сделать? Опять же, с т.з. макро, вам надо будет тем или иным способом снизить/задержать уровень жизни населения, и, соответственно – цену труда (с поправкой на производительность, т.е. Unit Labor Costs (ULC) затраты на рабочую силу для производства единицы товара)

В сети попалась картинка, на которой наглядно видно, как разъедает покупательскую способность денежных средств — инфляция.

В 2010 году за 31180 лир в Турции можно было купить автомобиль Пежо. В 2025 году, за примерно эти средства можно купить лишь самокат. Фактически, за каких-то 15 лет, деструктивное влияние инфляции превратило автомобиль в самокат.

Надеюсь у вас хорошая память, и вы помните, как господин Эрдоган отдавал распоряжения главе ЦБ Турции, опустить ключевую ставку, невзирая на инфляцию. Вот так это примерно и работает.

Именно по этому, я очень сильно злюсь, когда какие нибудь популисты рассказывают сказки о том, что чтобы победить ифляцию, нам нужно опустить ставку, напечатать и раздать побольше деньжат. Увы, это работает с точностью до наоборот. Собственно говоря, это в свое время доказал и СССР. Нельзя настроить рыночные механизмы, административными методами.

19.03.2025 Станислав Райт — Русский Инвестор