Новости тг-канал
Купить MozgovikГосударство — это люди.
Серге́й Ива́нович Тимофе́ев (род. 18 июля 1955, деревня Клин, Кировского сельсовета Боровичского района Новгородской области — 13 сентября 1994, Москва) — советский и российский криминальный авторитет, основатель и главарь Ореховской ОПГ, возникшей в Москве в 1986 году.
В 1992 году Тимофеев женился на Ольге Жлобинской и получил гражданство Израиля. Позднее Ольга Жлобинская возглавила «Московский торговый банк», где в 1994 году коммерческая структура Бориса Березовского «Автомобильный Всероссийский альянс» разместила денежные средства. Банк задержал выплату денег Березовскому.
Григорий Лернер чуть не стал журналистом. Окончив в начале 80-х годов факультет журналистки МГУ им. Ломоносова, он не смог устроиться в газету (как сам он объяснял, «евреев не брали»). Поэтому работал в издательстве «Колос» Минсельхоза, одновременно будучи снабженцем шабашников — пригодился опыт, полученный в студенческом стройотряде. В 1983 году его арестовали и посадили на пять лет за хищение госимущества в особо крупных размерах. «Дело в суде разваливалось, — говорит Лернер, — судья понимал, что обвинение абсурдно, и дал мне срок ниже низшего».
В зоне Лернер был бригадиром. Просидел год, потом его отправили на «химию». Когда срок закончился, остался в Костромской области и еще год проработал прорабом, пока не сняли судимость. Только тогда он смог вернуться к семье и прописаться в Москве.
Сначала Лернер устроился снабженцем в кооператив «Азербайджанская кухня», а затем решил создать свое предприятие. Тогда-то он и познакомился с криминальным «авторитетом» Сергеем Тимофеевым, Сильвестром, возглавлявшим ореховских бандитов. Жизнь связала их на долгие годы.
Бизнес успешно развивался. Очень скоро Лернер возглавил кооператив «Театральный», союз кооперативов «Партнер», советско-финское СП «ИКПА», объединение «Консорциум ЛОМОС», московский кооперативный Партнер-банк. В 1990 году консорциум «ЛОМОС» взял у Жилсоцбанка СССР в кредит на три года 35 млн рублей. Лернер исправно платил проценты, тем не менее неожиданно для него милиционеры возбудили уголовное дело. Многих сотрудников его фирм арестовали, а сам Лернер успел купить $2 млн по курсу 1:15 и выехать в Израиль. Там он и остался, став израильтянином Цви Бен-Ари.
Но в 1991 году его арестовали в Швейцарии. Швейцарские власти долго не знали, выдавать его России или нет: между странами не было соответствующего договора. Но потом вспомнили, что в 1878 году царская Россия и Швейцария заключили соглашение «О выдаче террористов и преступников» и из тюрьмы в Цюрихе он переехал в СИЗО «Матросская тишина».
Там он просидел примерно полгода, а когда оставшиеся на свободе партнеры вернули Жилсоцбаку кредит, Лернера отпустили под залог в $15 тыс. Сначала он пожил в России, походил на допросы, а в 1992 году снова уехал в Израиль. Говорят, что в аэропорт его отвез Сильвестр. Адвокат Генрих Падва, который его защищал, добился прекращения дела по амнистии и с Лернера сняли обвинения в даче взятки, мошенничестве, злоупотреблении служебным положением и хищении в особо крупных размерах.
Одним из этих проектов руководили бывший сотрудник ХОЗУ Главного разведывательного управления, ранее судимый за хозяйственное преступление, Георгий Угольков и гражданка Израиля Ольга Жлобинская, жена Сильвестра. (Кстати, женившись на ней, «авторитет» получил израильское гражданство и собирался уехать из России.) На подставные фирмы они набрали кредиты более чем в 20 коммерческих банках. Деньги конвертировались и отправлялись в Швейцарию или Израиль на счета фирм Seven starts Ltd. и Sit AG., руководил которыми Григорий Лернер. С помощью фиктивных векселей Московского товарного банка, который возглавляла Жлобинская, она и Угольков «кинули» на 1 млрд рублей Автомобильный всероссийский альянс. Деньги вернули только после неудачного покушения на Бориса Березовского. Тогда, кстати, Жлобинская была задержана сотрудниками московского РУОП, но ее отпустили под подписку о невыезде.
Жлобинская уезжать не торопилась. У них с Угольковым и Лернером был еще один прекрасный деловой проект. Ему не помешало даже убийство Сильвестра 13 сентября 1994 года. Тогда два московских банка — Межрегионбанк (ММКБ) и Мосстройбанк — решили открыть представительство за рубежом, желательно где-нибудь в офшорной зоне. Учитывая, что официальная регистрация могла занять несколько лет, банкиры разработали схему полулегального вывоза капитала. Они выдали кредит фирмам Уголькова и Жлобинской (в общей сложности $40 млн), которые отправили его за рубеж. Впоследствии на эти деньги были куплены акции Independent Trade-Union Bank (Независимый профсоюзный банк, ITB), расположенного на территории непризнанной республики Северный Кипр. Кредиты должны были гаситься акциями этого банка.
Решив, что дело сделано, Ольга Жлобинская перебралась в Израиль. Но договоренности сорвались. ММКБ, оказавшийся в сложной финансовой ситуации, потребовал деньги. 6 апреля 1995 года неизвестные обстреляли машину председателя правления ММКБ Альберта Шалашова, и он испуганно стал говорить, что банк хотят поставить под контроль криминальные структуры (какие именно, не уточнял). Тем временем положение Межрегионбанка продолжало ухудшаться, была даже создана комиссия по выводу его из кризиса. Банкир Олег Харлампович, который ее возглавил, проявил интерес к акциям ITB. В июле 1995 года на него было совершено покушение. Ценой своей жизни его спас телохранитель Алексей Сапрыкин. После этого Харлампович перестал интересоваться проблемами ММКБ и кипрского банка.
Через два месяца после покушения на Харламповича был убит председатель правления Мосстройбанка Михаил Журавлев. Кстати, его смерть вызвала недоумение среди знакомых Лернера. Один из них сказал корреспонденту «Коммерсанта-Daily», что Журавлев был их единственным союзником и, несмотря на запреты МИДа России, надеялся получить акции кипрского банка. «Нам необходимо было их продать, — объяснил он, — мы купили этот банк по заказу, и нам он совершенно не был нужен».
Ни одно из этих преступлений не было раскрыто.
В январе прошлого года с большой помпой прошла презентация созданной Лернером Первой российско-израильской финансовой компании (ПРИФК). В зале одной из самых шикарных гостиниц Тель-Авива «Дан Тель-Авив» собрались советник президента России Александр Яковлев, заместители министра финансов Александр Смирнов и Андрей Астахов, заместитель министра экономики Андрей Шпавольянц и зампреды ЦБ Александр Хандруев и Константин Любченко, академик Лев Абалкин и другие. Из России специальным курьером было доставлено приветственное послание Виктора Черномырдина. «ПРИФК — это новый этап российско-израильского экономического сотрудничества», — говорилось в нем.
Главным партнером ПРИФК стал Промстройбанк России. Председателем совета директоров ПРИФК стал первый зампред ПСБ Станислав Дегтярев. Весной 1996 года разразился скандал. Дело в том, что при помощи ПРИФК ПСБ размещал в одном из банков Северного Кипра краткосрочные долларовые депозиты под довольно высокие проценты. Однако в мае ПСБ не перечислил очередной депозит, чем вызвал крайнее раздражение руководства ПРИФК. Прекращение депозитных операций было связано с конфликтом, вспыхнувшим в руководстве ПСБ. По утверждению главы ПСБ Якова Дубенецкого, операции с Северным Кипром, осуществляемые под патронажем Станислава Дегтярева, наносили банку убытки. Дегтярев все обвинения отвергал, но, тем не менее, был смещен со своего поста и в начале июня прошлого года уволен из банка.
Вскоре после отставки Дегтярева Лернер заявил о разрыве с ПСБ. В ответ Дубенецкий объявил, что инициатором развода был именно Промстройбанк.
Как бы там ни было, 11 сентября в Станислава Дегтярева кто-то бросил гранату. Он выжил, но покушение на него вновь подняло волну взаимных обвинений между ПРИФК и ПСБ.
В течение двух дней в Тель-Авиве и Москве прошли две пресс-конференции с участием Лернера и Дубенецкого соответственно. Руководители Промстройбанка при этом заявили, что покушение на Дегтярева целенаправленно используется для наката на ПСБ, причем кампания организована некими темными силами, стремящимися дискредитировать банк. Очевидно, что под «темными силами» подразумевался именно Лернер.
Лернера давно хотели допросить следователи, которые занимаются расследованием всех этих убийств и покушений. Но пока такой возможности у них не было. Да и теперь, по всей видимости, представится не скоро: для этого необходимо получить разрешение израильской полиции, а на оформление всех бумаг уйдет довольно много времени.
И это только малая часть той инфы, которая сопровождала 90е.
