Японская иена продолжила снижение после обвального укрепления из-за скоординированной валютной интервенции Министерства финансов Японии совместно с Казначейством США, и вернулась в район чуть ниже ключевой отметки 160. Фундаментальная разница доходностей сохраняет преимущество за долларом, что продолжает поддерживать пару, почти сразу возвращая ее к росту.

Даже вышедший июльский CPI США не породил устойчивой переоценки долларовых активов хоть фундаментально и работал против доллара, уменьшив вероятность немедленного повышения ставки примерно до 38% с 48,4% накануне, поскольку годовая инфляция 3,4% всё ещё заметно выше цели ФРС в 2%, а сама ФРС уже находилась под влиянием роста цен на энергоносители и геополитического конфликта на Ближнем Востоке.

Заметную поддержку йене оказали данные по розничным продажам за июль: показатель упал на 0,6% м/м при ожиданиях роста на 0,1% — первое снижение почти за девять месяцев и самое резкое с прошлого мая. Контрольная группа (без автомобилей, топлива, стройматериалов и общепита) снизилась на 0,4% при прогнозе роста на 0,3%. Плюс индекс потребительских настроений Мичиганского университета упал с 55,2 до 51,0. Совокупность этих данных усилила ожидания сохранения ставки без изменений в сентябре до 69%, оказав давление на доллар.

Японская иена резко перешла к укреплению после своего рекордного снижения до многолетних минимумов, но затем снова начала постепенно слабеть. Главным структурным фактором слабости японской валюты остается огромная разница между американскими и японскими процентными ставками, что продолжает поддерживать керри-трейд (заём в иенах под низкую ставку и вложение в долларовые активы). К тому же, правительство премьера Санаэ Такаити продвигает курс на расширение бюджетных расходов и снижение налогов, что рынок интерпретировал как риск относительно роста государственного долга и доходностей японских облигаций.

Одновременно по мере роста пары нарастали опасения относительно прямого вмешательства японских властей в виде интервенции, которая не заставила себя долго ждать. В ночь на 30 июля пара резко обвалилась: объём операции составил порядка 8,45 трлн иен (около 52,8 млрд долларов), что могло стать крупнейшей однодневной интервенцией в истории Токио. Позже Министерство финансов Японии и Казначейство США официально подтвердили скоординированную интервенцию, заявив Япония «не будет колебаться в проведении дальнейших скоординированных интервенций в будущем» и что операция была направлена против «чрезмерной волатильности и беспорядочных движений».

Японская иена продолжила дешеветь и упала до очередных многолетних минимумов на фоне сдержанной политики Банка Японии и сохраняющего процентного дифференциала, который поддерживает привлекательность операций carry trade в пользу доллара. Давление усиливал фискальный фон: правительство Санаэ Такаити продвигает пакет стимулирования на ¥21,3 трлн (около 3,7% ВВП), и на этом фоне доходность 10-летних японских гособлигаций поднялась до 30-летнего максимума в районе 2,9%, отражая премию за риск, которую рынок закладывает в суверенный долг Японии. Дополнительным фактором слабости иены выступала эскалация ближневосточного конфликта — возобновление ударов между США и Ираном после атак на танкеры в Ормузском проливе подняло нефть (Brent — примерно до $79, WTI — до $75 за баррель), что для энергозависимой японской экономики означает рост издержек и ухудшение условий торговли.

Июньская статистика по инфляции в США оказала лишь кратковременное влияние на динамику пары. Индекс потребительских цен снизился на 0,4% м/м — максимальное падение с апреля 2020 года, — а годовой показатель неожиданно замедлился до 3,5% против ожидавшихся 3,8%.

Японская иена продолжает тестировать многолетний минимум в районе отметки 162, разнонаправленно колеблясь под очередным регуляторным барьером. Накануне Банк Японии повысил ключевую ставку до 1,0% — максимального уровня с середины 1990-х годов. Однако это решение уже было полностью заложено в котировки еще в июне, поэтому само по себе не стало фактором укрепления иены. Главным долгосрочным драйвером этого движения оставался глубокий разрыв в процентных ставках между ФРС и Банком Японии, который продолжал оказывать давление на японскую валюту в рамках стратегии кэрри-трейд, сохраняя привлекательность операций по покупке долларовых активов за счет дешевого финансирования в иене.

Наиболее заметное снижение пары произошло после публикации июньского отчета по рынку труда США. Число новых рабочих мест вне сельского хозяйства составило лишь 57 тыс. при консенсус-прогнозе около 110–115 тыс. Кроме того, данные за предыдущие месяцы были существенно пересмотрены в сторону ухудшения: прирост занятости за апрель был снижен на 31 тыс.

Японская иена продолжила устойчивое падение и опустилась к минимумам почти 40-летней давности, несмотря на первое с 1995 года повышение процентной ставки Банком Японии. Совет директоров повысил ставку на 25 базисных пунктов — до 1,00%. Решение было принято большинством 7 голосов против 1: против выступил Тоитиро Асада, сославшись на риски для производства и занятости. Для сравнения, на апрельском заседании соотношение голосов составляло 6 против 3 в пользу сохранения ставки. Само решение полностью соответствовало ожиданиям рынка и не стало неожиданностью. При этом руководство Банка Японии не дало сигналов о намерении ускорить дальнейшее ужесточение денежно-кредитной политики, сохранив осторожную риторику относительно состояния экономики и подчеркнув, что дальнейшие решения будут зависеть от поступающих макроэкономических данных. В результате повышение ставки не оказало ожидаемой поддержки японской валюте.

Следом состоялось заседание ФРС, по итогам которого ставка была сохранена в диапазоне 3,50–3,75%, что также совпало с ожиданиями рынка.

Японская иена в течение периода продолжила снижение к психологическому уровню 160 за доллар, после чего торговля перешла в фазу консолидации вблизи достигнутых значений. Участники рынка сохраняли повышенное внимание к данной зоне, учитывая проведенные здесь ранее валютные интервенции Министерства финансов Японии.

Поддержку доллару оказали макроэкономические данные из США. Производственный индекс ISM за май вырос до 54,0 пункта против прогноза 53,1, а индекс новых заказов поднялся до 56,8 пункта с 54,1 месяцем ранее, подтвердив сохранение устойчивой деловой активности в промышленном секторе.

Дополнительным фактором в пользу американской валюты стали комментарии министра финансов Японии Сацуки Катаямы, которая вновь заявила о готовности реагировать на чрезмерные колебания валютного рынка, не обозначив при этом конкретных условий для возможного вмешательства. Отсутствие более жестких сигналов со стороны властей было воспринято рынком как сохранение текущего подхода к курсовой динамике.

Японская иена продолжает снижаться, растеряв большую часть интервенционного прироста, полученного после валютных интервенций в конце апреля. Несмотря на то, что японские власти потратили ¥11,7 трлн ($73,6 млрд) на поддержку национальной валюты, пара к концу мая вновь приблизилась к уровням, которые предшествовали вмешательству. Это свидетельствует о том, что интервенции смогли временно изменить динамику торгов, но не устранили фундаментальные причины ослабления иены.

Основным драйвером по-прежнему остаётся значительный дифференциал процентных ставок между США и Японией. Даже после выхода Банка Японии из режима отрицательных ставок разрыв между ставкой ФРС и ставкой BOJ сохраняется на уровне около 275–300 б.п., поддерживая привлекательность операций carry trade в паре: привлечение дешёвого фондирования в иене с последующим размещением капитала в более доходных американских активах. При этом для рынка всё большее значение имеет не столько текущий уровень ставок, сколько ожидания их дальнейшей траектории. Майский протокол FOMC показал, что часть представителей ФРС допускает дальнейшее ужесточение политики в случае сохранения инфляционного давления, что дополнительно поддерживает доллар через ожидания более длительного периода высоких ставок в США.

Японская иена возобновила снижение после резкого укрепления, растеряв большую часть недавних позиций. Начало периода ознаменовалось серией интервенций в паре, что привело к обвальному укреплению: Министерство финансов и Банк Японии пытались переломить устойчивый долгосрочный тренд на ослабление иены, задействуя как прямые финансовые вливания, так и методы вербального и скрытого давления.

Кроме того, это совпало с сообщениями о деэскалации конфликта между США и Ираном и временном возобновлении стабильного трафика через Ормузский пролив, что усилило нисходящий импульс и привело к паническому закрытию маржинальных позиций.

Однако локальные рыночные интервенции способны лишь замедлить девальвационные процессы, но не ликвидировать их первопричину: спекулянты быстро вернулись к покупкам доллара против иены, поскольку базовая разница между процентной ставкой ФРС и ставкой Банка Японии продолжала генерировать высокую безрисковую доходность.

Этот движение была поддержано блоком американской статистики, что заставило рынок мгновенно пересмотреть траекторию монетарной политики ФРС: вероятность повышения к декабрю выросла до 40%, вызвав рост доллара по всему спектру рынка.

Японская иена после очередной попытки преодолеть ключевой уровень, резко перешла к укреплению, но снова пытается развернуться. Дифференциал процентных ставок, подпитываемый ожиданиями по ставке ФРС, оказывал устойчивое восходящее давление на пару, которая стремилась преодолеть психологический барьер, установленный Банком Японии.

Министерство финансов и сами японские чиновники прямо предупреждали о готовности к «решительным» действиям и подчеркивали координацию с США. Однако даже при формально ястребиной риторике Банка Японии реальная процентная ставка в стране оставалась отрицательной. Тогда же японский регулятор принял решение сохранить ключевую ставку на уровне 0,75%, однако изучение итогов голосования выявило серьезный раскол внутри совета — решение было принято большинством 6 против 3. Кадзуо Уэда фактически дал понять, что июньское повышение возможно, если спад роста окажется умеренным.

В своём квартальном прогнозе банк повысил прогноз базовой инфляции на 2026 финансовый год до 2,8% с предыдущих 1,9%, сославшись на высокие цены на нефть, одновременно срезав прогноз роста ВВП до 0,5% с 1,0% из-за ослабления внутреннего импульса.

Японская иена продолжает разнонаправленно колебаться в ограниченном коридоре, продолжая тестировать психологический рубеж 160, который продолжает оставаться непреодолимым барьером.

Пара застряла между стагфляционным риском из-за войны в Иране и страхом перед интервенционной риторикой японского правительства по поводу слишком слабой иены, которая игнорировала свою историческую роль «тихой гавани», поскольку инвесторы фокусировались на рисках для экономики и расширяющемся дефиците счета текущих операций. Вербальные интервенции официальных лиц, указывающие на «чрезмерную волатильность», создали временный потолок, который спекулянты побоялись пробивать без дополнительного фундаментального импульса. В то же время, рост нефтяных цен механически увеличивает отток иен из страны: японские компании вынуждены продавать всё больше национальной валюты для оплаты долларовых нефтяных контрактов.

Помимо этого, публикация данных по индексу потребительских цен (CPI) в США за март, показавшая ускорение инфляции до 3,26% в годовом исчислении и внушительные 0,87% месячного прироста, заставила пересмотреть ожидания скорого смягчения политики ФРС. В Японии индекс корпоративных цен BOJ вырос на 0,8% м/м и на 2,6% г/г, что поддерживает аргументы в пользу будущего ужесточения BOJ, но одновременно ухудшает прогноз роста.