Канадский доллар продолжил заметно укрепляться за прошедший период и достиг локальных максимумов, полностью нивелировав слабость в течение марта. Ключевым фактором этого укрепления были надежды на дипломатическое урегулирование конфликта на Ближнем Востоке, которые подняли риск-аппетит на рынках и давили на доллар США. При этом сопровождавшееся одновременное снижение цен на нефть не оказали заметного влияния на это движение, поскольку потеря защитной премии доллара перевесило отрицательный нефтяной импульс.

Ко всему прочему, внутренняя статистика Канады носила противоречивый характер, что на короткое время замедлила падение пары, вернув к росту, но не смогла развернуть тенденцию. В частности, индекс потребительских цен за март вырос на 2,4% в годовом исчислении, ускорившись с 1,8% в феврале. Основным драйвером ускорения стали цены на энергоносители: на месячной основе энергетика выросла на 13,1%, а цены на бензин — на 21,2%, что является крупнейшим месячным ростом в истории наблюдений. При этом, базовая инфляция оставалась умеренной: CPI-trim снизился до 2,2% с 2,3%. Это заставило рынок изменить ожидания по поводу снижения ставок, а Scotiabank даже прогнозирует три повышения ставки во второй половине 2026 года.

Канадский доллар достиг минимума за несколько месяцев, после чего начал разворачиваться, отыграв часть предыдущих потерь. Пара росла на фоне роста геополитической премии за риск и спроса на доллар как на защитный актив. Тем не менее, высокие цены на нефть выступали сдерживающим фактором, однако не смогли перевесить опасения, что экономический ущерб от шока окажется важнее нефтяной поддержки: инфляция давит на канадскую экономику через импортные издержки, а риски рецессии у торговых партнёров подрывают спрос на экспорт.

Несмотря на то, что ВВП Канады в январе вырос на 0,1% против ожиданий нулевого роста, сам отчёт оказался слабым, поскольку промышленность росла лишь за счёт добычи, строительства и нефтегаза, тогда как обрабатывающая промышленность просела на 1,4%.

Вместе с тем, Банк Канады признал, что из-за высокой глобальной неопределённости ему придётся в большей степени полагаться на собственное суждение при принятии решений по ставке. Это важный сигнал, потому что он означает не готовность к жёсткой предсказуемой реакции, а режим выжидания.

Канадский доллар колебался в широком диапазоне, но так и остался в границах ранее сформированного коридора, будучи зажатым между разнонаправленными факторами: цены на нефть, ожидания по ставкам и внезапные сюрпризы из канадской статистики.

С одной стороны, эскалация конфликта между США, Израилем и Ираном вызвала спрос на защитные активы, что полностью нивелировало потенциально позитивный эффект от скачка цен на нефть: нефть тянула канадский доллар вверх, а страх перед неопределенностью из-за войны в отношении безопасности поставок из Персидского залива заставляли инвесторов хеджировать риски через покупку USD. С другой стороны, отчет Non-Farm Payrolls стал неприятным сюрпризом: вместо ожидаемого прироста в 58 000-59 000 мест, экономика США потеряла 92 000 рабочих мест, а безработица выросла до 4,4%, что в моменте поддержало канадский доллар, сильнее проявив нефтяную поддержку. Однако эта поддержка почти сразу была потеряна, поскольку подошла очередь канадской статистики: дефицит торгового баланса Канады в январе расширился до 3,65 млрд CAD против 1,3 млрд в декабре, экономика потеряла 83 900 рабочих мест в феврале по сравнению с консенсус-прогнозом в +10 000, уровень безработицы подскочил до 6,7% — это сигнал, который рынок воспринял как подтверждение потенциально рецессионного тренда.

Канадский доллар в целом разнонаправленно колебался в узком диапазоне, лишь изредка показывая вялые всплески в ответ на происходящие события. Причина в том, что на пару воздействовали принципиально разнонаправленные векторы: с одной стороны, слабые макроэкономические данные Канады, на которые наложилась резкая геополитическая эскалация на Ближнем Востоке с сопутствующим резким ростом цен на нефть.

Канадская статистика указывала на то, что производственный сектор переживает затяжную рецессию, а уровень активности в промышленности упал до минимумов 2013 года. Предприятия сократили запасы более чем на 23 млрд CAD вместо того, чтобы производить новые товары. Реальный ВВП снизился на 0,2% в четвёртом квартале, но вырос на 1,7% в годовом выражении, что стало самым медленным темпом роста с 2016 года. Тем не менее, рост потребительских расходов на 2,3% и государственных расходов на 3,5% убедили инвесторов в том, что Банку Канады нет необходимости в экстренном снижении ставок.

Весь этот негатив был перекрыт эскалацией вокруг Ирана, которые спровоцировали скачок цен на нефть с 73 до почти 85$ за баррель.

Канадский доллар торговался довольно волатильно: после повторной попытки возобновить укрепление столкнулся с серьезным барьером, который заставил снова умеренно ослабнуть. После первой волны роста пара вышла на локальные пики, откуда снова обрушилась в район минимумов, после чего снова начала восстанавливаться. Главными движущими силами этих колебаний выступили данные по рынку труда, изменившие ожидания по денежной политике, и динамика цен на нефть.

Если в США отчет Non-Farm Payrolls зафиксировал рост числа занятых на 130 000, при уровне безработицы в 4,3% и росте почасовой заработной платы на 0,4% в месяц, то в Канаде данные по занятости показали неожиданную потерю 25 000 рабочих мест,  однако уровень безработицы снизился до 16-месячного минимума 6,5% за счёт сокращения рабочей силы и падения участия в ней до 65% — люди просто перестали искать работу. Особенно пострадал производственный сектор, лишившийся 28 000 мест, что стало прямым следствием американских тарифов. Эти данные были восприняты как аргумент против дальнейших снижений ставки Банком Канады, но и сильные данные по США сильно снизили вероятность скорого смягчения политики ФРС. Одновременно нефть демонстрировала локальный рост до уровня около $70 за баррель на фоне геополитических опасений.

Канадский доллар за прошедший период заметно укрепился, достигнув локального пика, от которого уже успел оттолкнуться и умеренно ослабнуть. Ключевым фактором стремительного снижения пары выступал рост мировых цен на нефть, спровоцированный геополитическим риском вокруг Ирана и ожиданиями перебоев предложения: это увеличивает экспортную выручку страны и укрепляет ожидания по корпоративным балансам в энергетическом секторе. Вдобавок к этому, дополнительную поддержку оказал выпуск данных по индексу потребительских цен (CPI) Канады за декабрь 2025 года, который показал общую инфляцию на уровне 2,4% в годовом исчислении, превысив ожидания в 2,2%, в то время как базовый CPI достиг 2,8%. Это снизило ожидания рынка на ближайшие снижения ставок Банка Канады, укрепляя луни за счет более высоких относительных доходностей, а падающий доллар США из-за возобновленных угроз тарифов со стороны президента Трампа, только этому способствовал.

Однако этот рост выступал временным демпфером, скрывающим нарастающее структурное давление на экономику Канады.

Канадский доллар заметно ослаб с начала нового года, достигнув локального дна к концу текущего периода, после чего начал уходить в умеренную коррекцию. Пара бурно росла на фоне бегства от рисков и структурного ослабления канадской экономики. Основным драйвером движения стала не столько сила американского доллара, сколько фундаментальная уязвимость канадца, зажатого между депрессивными ценами на энергоносители и ожиданием пересмотра торгового соглашения USMCA.

В то же время, инфляционные данные Канады оказались выше прогнозов: месячный CPI -0,2% против ожиданий -0,3%, годовой 2,4% против 2,2%. Рынки интерпретировали эти данные как сигнал возможного сохранения ставок, а не их повышения. С другой стороны, неопределенность вокруг предстоящего пересмотра торгового соглашения USMCA давит на деловые настроения, а фирмы сокращают капитальные вложения из-за страха перед новыми тарифами США. И это на фоне сильных данных по рынку труда США и устойчивого роста ВВП на уровне 4,3% в 3 квартале 2025 года.

Канадский доллар продолжил укрепляться и достиг очередных локальных максимумов, двигаясь ступенчато, с паузами консолидации, но без попыток устойчивого разворота, даже в условиях снижения цен на нефть, что указывает на доминирование монетарных и макроэкономических факторов над сырьевым каналом. Так, данные по занятости в Канаде показали неожиданный рост рабочих мест, что подчеркнуло устойчивость канадской экономики несмотря на глобальные вызовы. Кроме того, Канада зафиксировала неожиданный профицит торгового баланса, обусловленный ростом экспорта, а инфляция показала стабилизацию на уровне около 2,2%, а базовые показатели (CPI-trim и CPI-median) снизились к 2,8%, что ослабило давление на BoC для дальнейших снижений ставок.

Помимо этого, ФРС снизила ключевую ставку на 25 базисных пунктов до диапазона 3,50–3,75%, что стало третьим снижением в 2025 году, тогда как вопреки части рыночных ожиданий Банк Канады принял решение сохранить ключевую процентную ставку на уровне 2,25%, подчеркнув сильный рост ВВП Канады в третьем квартале (2,6%) и стабильную инфляцию, что усилило ожидания паузы в цикле снижения ставок.

Канадский доллар в очередной раз подошел к уровню 1,4125, после чего перешел к укреплению, отразив ослабление американского доллара на фоне усиления ожиданий смягчения монетарной политики ФРС США и стабилизации цен на нефть. К тому же, данные по канадскому ВВП за третий квартал показали рост на уровне около 2,6% в годовом выражении, что кардинально разошлось с мрачными прогнозами аналитиков и самого Банка Канады, ожидавших скромные 0,5%.

Вышедшие в этот период данные по дефициту счёта текущих операций Канады за 3 квартал тоже смогли приятно удивить, сократившись почти вдвое до 9,68 млрд CAD по сравнению с 21,56 млрд CAD во 2 квартале, что свидетельствует о стабилизации экспортных потоков.

Однако сдерживающим фактором по-прежнему выступает слабость деловой активности в промышленности Канады: показатель составил 48,4 пункта, что ниже порога роста и ниже октябрьского значения 49,6. Однако влияние этого показателя было минимальным на фоне позитива по другим данным.

С технической точки зрения пара находится на начальном этапе нисходящего движения и после коррекционной волны имеет все шансы на продолжение.

USDCAD

Канадский доллар за прошедший торговый период достиг локальных пределов своего укрепления и продолжил консолидироваться в относительно узком диапазоне, пытаясь оформить разворот. Пара оказалась зажата между локальной канадской статистикой и глобальной долларовой динамикой. Экономика Канады демонстрирует признаки охлаждения, что вынуждает Банк Канады рассматривать более агрессивное снижение ставок, тогда как годовая инфляция опустилась до 2,2%, приблизившись к целевому уровню. В то же время, данные по инфляции в США показали устойчивость ценового давления, породив уверенность рынка в том, что ФРС не торопится к снижению ставки. В свою очередь, слабость нефтяного рынка лишила канадский доллар традиционной поддержки, делая его уязвимым перед напором доллара США.

Технические параметры почти не изменились и по-прежнему указывают на высокую вероятность возобновления восходящего вектора в этом периоде. Цена смогла стабилизироваться и закрепиться в районе уровня 1,4029, где заметен активный покупательский интерес, формирующий ключевую зону поддержки. Если покупателям удастся удержаться над этой зоной, подтверждением начала новой волны роста станет ретест с последующим отскоком, который может дать достаточный импульс для движения к целевой области между 1,4125-1,4166.