За период работы рынка с середины 2022 года на рынок вышло более 2000 выпусков, общая сумма первичной эмиссии превысила 1,1 ТРЛН.рублей. 

Назвать валом дефолты 6 эмитентов — это «легкое» преувеличение. 

Объективности ради — из всех этих эмитентов стоит кандидатом на банкротство только 1. Остальные или расплатились уже, или реструктуризировали свой долг, отложив срок погашения. 

Тот же самый ПК Биллион не заплатил в срок 2 835 900 руб. И пообещал 30% годовых за период просрочки. 

1. Экспериментальный правовой режим используется рынком ЦФА (и не только) для тестирования новых направлений работы и продуктов для предотвращения негативных последствий для финансового рынка и инвесторов. Об ЭПР существует отдельный федеральный Закон. К основной работе и функционалу, закрепленному в Законе о ЦФА, он не имеет отношения.

2. Цифровые финансовые активы выпускаются, учитываются, продаются, покупаются и погашаются на цифровой площадке, называемой информационной системой. Её владелец, Оператор Информационной Системы, получает лицензию в Банке России и по своей сути является биржей нового поколения и депозитарием в одном лице.

НО необходимо разделять ЦФА на денежное требование, ГЦП с товарными требованиями от ЦФА, применяемых для:  

• осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам;
• право участия в капитале непубличного акционерного общества;
• право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг.

Для основной деятельности лицензий депозитария ОИСу не нужна. Права на ЦФА и учет их оборота он может исполнять сам. По эмиссионным бумагам учет осуществляют депозитарии. Для деятельности, связанной с организацией цифровых акционерных обществ, ОИСу нужна дополнительная лицензия. Пока на рынке таких прецедентов нет. 

3. Аналогично нужно разделять денежное процентное требование (аналог облигации) и выплату дивидендов. 

4. ЦФА не является криптовалютой, просто создается в блокчейне как крипта. ЦФА — это инвестиционный инструмент для вложений, а не средство платежа как биток. Внутри ЦФА всегда более сложный инструмент, чем просто виртуальный долг. Поэтому запрет на использование их как средства платежа абсолютно логичен. ЦБ не хочет  допустить на рынок новую независимую валюту для бесконтрольных расчетов вне системы платежей Банка России.