Новости рынков | Гендиректор EMC о дивидендах, выкупе расписок, долге компании — Коммерсант

Медицинское оборудование и препараты формально не попали ни под какие антироссийские санкции, но их ввоз в страну усложнился, повлияв на работу в том числе частных клиник. В интервью “Ъ” гендиректор сети EMC Андрей Яновский рассказал, как компания решает технические проблемы и пытается удерживать уехавших из России клиентов, а также почему в кризис граждане не экономят на здоровье.

— EMC — публичная компания (по структуре капитала см. справку), какова во free float доля инвесторов из США и Европы? Как они реагируют на ситуацию?

— Насколько нам известно, доля нерезидентов составляет около 70%. В том числе примерно 25% — инвесторы, о которых вы спрашиваете. Фактически для нерезидентов сейчас закрыт доступ к российскому рынку акций (бумаги EMC торгуются на Московской бирже.— “Ъ”), поэтому варианты действий если и возможны, то только на внебиржевом рынке. В такой ситуации большинство инвесторов заняло выжидательную позицию, выделили российские активы в отдельные фонды и внимательно смотрят за развитием ситуации, сохраняя при этом контакты с представителями компаний.

— EMC отложила выплату дивидендов за вторую половину 2021 года. Это не вызвало недовольства инвесторов?

— Компания продолжает вести бизнес, и он прибыльный. То есть нам удается сгенерировать от операционной деятельности прибыль для выплаты дивидендов. Дальше уже дело технологического процесса, в котором задействованы Euroclear и Национальный расчетный депозитарий, отношения между которыми фактически разорваны.

Мы столкнулись с двумя ограничениями. Во-первых, ЦБ, который взаимодействует с нами и рекомендует материнской компании (кипрской United Medical Group.— “Ъ”) не выплачивать дивиденды. Во-вторых, в случае выплаты Euroclear не гарантирует, что средства поступят резидентам (держателям акций ЕМС.— “Ъ”), по сути, они будут заблокированы и могут даже пропасть.

Компания обязана соблюдать интересы всех акционеров без исключения, поэтому мы считаем неоправданным идти на риск и внимательно следим за развитием ситуации. Биржа и представители ЦБ ведут активный диалог с контрагентами для разрешения проблемы.

— Вы говорили, что обсуждается возможность обратного выкупа депозитарных расписок, вопрос актуален?

— Принимая во внимание не самый большой объем расписок в свободном обращении, мы считаем, что такой вариант распределения доходов может навредить ликвидности инструмента.

— Насколько реальна перспектива перерегистрации компании в российскую юрисдикцию и от чего зависит это решение?

— Это один из возможных вариантов, но процесс требует много времени, по нашим оценкам, шесть—восемь месяцев, и не позволяет в полной мере соблюсти интересы нерезидентов.

— Сколько составляет общий долг EMC? Велика ли доля валютной задолженности и есть ли проблема с ее обслуживанием?

— Но наш основной долг — рублевый: мы оперируем на этой территории и взаимодействуем с локальными операторами. Ту часть долга, которая исходно была номинирована в валюте, например по контрактам по покупке оборудования, мы пытаемся сразу фиксировать в рублях, используя различные финансовые инструменты, например форварды. Если говорить об абсолютном значении долга, то он весьма скромен. По соотношению к EBITDA мы всегда укладывались в диапазон 1–2. Компания генерит деньги, которые необходимы для всех реализуемых сейчас проектов.

«Я не спрашиваю, какого числа они вернутся» – Газета Коммерсантъ № 160 (7361) от 01.09.2022 (kommersant.ru)