ПетроКитай закупает у Роснефти трубопроводные поставки российской нефти по ВСТО и транзитом через Казахстан. Это является крупнейшими для ПетроКитая контрактами на закупку нефти.

При этом от закупки морских партий нефти государственные компании Китая долгое время воздерживались из-за давления США и боязни руководства китайских компаний лишиться личных активов зарубежом.

В последние годы морские партии российской нефти закупали условно частные нефтеперерабатывающие компании. В них не было доли центрального правительства, но в роли миноритариев часто присутствуют власти провинций и муниципалитетов. В этих закупках российская нефть конкурировала с иранской и венесуэльской. 

Как следствие атаки Израиля и США на Иран и роста фьючерсных кривых на нефть произошло и изменение экономики нового бурения на сланцевых месторождениях США, в первую очередь в Пермском бассейне. 

В свежем мартовском прогнозе указано увеличение по сравнению с февральским прогнозом объёмов добычи начиная с четвёртого квартала этого года. 

Ровно год назад цена, при которой бурение (!) новых скважин в Пермском бассейне становится прибыльной, находилась в диапазоне 45-75 долларов за баррель WTI при среднем значении 61 доллар за баррель. За год планка естественно подросла как за счёт долларовой инфляции, так и за счёт перехода к рассмотрению чуть менее продуктивных месторождений, чем год назад. Также стоит указать, что важна цена WTI, которая ниже цены Brent на величину фрахта из Мексиканского залива (Хьюстон) в Северо-Западную Европу (Роттердам). На данный момент это 1.5 доллара за баррель, но обычно 3-5. Поэтому текущие пороговые значения по новому бурению в пересчёте на маркет Brent и цены второй половины 2026 года можно оценить в 51 (условно минимальное) — 69 (среднее) — 83 (условно максимальное) долларов за баррель. 

На конец января данные запасы в береговых хранилищах оценивались в 180 миллионов тонн. По большей части эти запасы являются запасами стран-нетто импортёров. Единственное, но самое главное исключение, — это США с запасами 61 миллион тонн (33% от общих запасов блока).

Объём высвобождения составит 55 миллионов тонн (30% от текущей величины запасов). Запасы формировались ровно под такие случаи сбоя глобальных цепочек поставок и решение абсолютно логичное. «Высвобождение» с технической точки зрения будет заключаться в продаже НПЗ трубопроводных партий нефти из хранилищ на земле в качестве компенсации снижения импорта партий нефти морем. Помимо цены нефти это позволит на время снизить котировки фрахта нефтяных танкеров, особенно класса «Очень крупный перевозчик нефти» (VLCC).

Снижая запасы и рыночную цену сейчас, в будущем рыночная цена будет включать премию за низкий уровень запасов. Именно уровнем запасов, включая данных запасов стран «Организация экономического сотрудничества и развития» на берегу, запасов в Китае, запасов нефти Ирана и России на плаву, и определяется общий уровень рыночных цен на нефть.

 Например, у коллег t.me/oil_capital/24855

«А тем временем английская Daily Telegraph пугает британцев:  запасы газа в Великобритании упали до критического уровня — хватит примерно на полтора–два дня потребления.»

Активная ёмкость ПХГ Великобритании крайне мала — всего 1.46 миллиарда кубометров. Для сравнения в ЕС — 111 миллиардов кубометров. Данные ПХГ выполняют только балансирующую роль и в принципе не способны создавать запасы газа на отопительный сезон. Поэтому такая картина по остаткам газа в ПХГ Великобритании является типовой и не зависит от сезона года.

Увеличение потребления управляется кратным ростом импорта СПГ (что вот как раз и будет являться для Великобритании проблемой в этот раз) и в случае необходимости импортом уже регазифицированного газа из ПХГ Северо-Западной Европы по подводным газовым интерконнекторам. Уровень обеспеченности газа с учтётом сезонных накоплений необходимо смотреть на европейском рынке, в целом, который включает Великобританию, ЕС и Украину. Остаточный уровень данных запасов хоть и является крайне низким, но не приводит к физическому дефициту. Удар по европейскому газовому рынку является ценовым — за счёт двукратного роста цена как на СПГ, так и на трубопроводный газ.

Временный разворот Индии в сторону нашей нефти безусловно принесёт глоток свежего воздуха всем участникам цепочки поставок — от трейдеров до государства. Но разворот явно временный — «лицензия» выдана «миротворцем» на месяц и только по уже погруженной нефти. Понятно, что она какое-то время может продлятся, но до ухода Трампа из Вашингтона (и с большей вероятностью и после этого) большей части индийского рынка (кроме Вадинара) мы, к сожалению, лишились. Может и не безвозвратно, но покамест Индия окончательно лишилась суверенитета в энергетических закупках. Стоит отметить, что Индия так и не начала закупать «неугодный» Западу СПГ. Хотя все те же скидки ей были предложены, а везти до Индии куда ближе, чем до Бейхая. 

Печально, но уже почти свершившийся факт. Далее возникает извечный на Руси вопрос «что делать?» А вот тут как раз есть история из разряда «1+1=3».

Наименее выгодные с экономической точки зрения поставки идут с портов Балтийского моря. Наименее выгодные они потому что именно от них самые длинные транспортные плечи до всех трёх рынков сбыта — Китая, Индии и Турции. И даже улучшение отношений США (когда и вдруг это случится) не вернёт поставкам нашей нефти с Балтики своего прежнего и логического потребителя — ЕС. 

 t.me/oil_capital/24823

Ключевым моментом является не политизированность Юралса, а банальное закрытие основного канала поставок нефти в Индию, определявших соотношение цен на все марки нефти на базисах Индии и Северного моря. 

Сейчас всю нефть для Индии и азиатского региона, в целом, придётся везти дальше (с России, США, Западной Африки, восточного побережья Латинской Америки), поэтому все сорта на базисе поставки в Индию стали стоить резко дороже, чем это было ещё недавно. 

«Политическая часть» дисконта всё ещё сохраняется, хоть и резко сокращается — возвращаемся обратно от монопольного покупателя к дуополии. Однако «транспортная часть» дисконта в расчёте на порт погрузки в Чёрном море и тем более Балтийском наоборот увеличивается за счёт роста ставок фрахтования танкеров в международном рынке. Так что российские производители нефти получат куда меньший рост цен продаж, чем видим в росте котировок цен на нефть в Индии.

К тому же отсрочка платежа в реалиях российских трейдеров стоит в разы больше, чем у трейдеров Брентом. Приведение к единому временному базису может съесть львиную долю премии.

Курдский национальный проект в Сирии недавно схлопнулся под контролем США. Но это не смутило иракских курдов. Сейчас та же учесть ждёт сначала иранских курдов, а затем и иракских с турецкими. Иран быстро убирает предавшие их народы со своей территории.

Экономическая основа иракских курдов — добываемая в их регионе и экспортируемая через турецкий Джейхан нефть — только что встала на паузу. Это переводит их на полное обеспечение оружием и финансами ЦРУ. 

При этом федеральное  правительство в Багдаде и иранские прокси-формирования в Ираке очевидно воспользуются данным окном возможностей, чтобы взять мятежный регион под контроль даже несмотря на гнев Штатов.

Наземная операция в любом виде — это новый вызов для ослабленного Ирана. Это как минимум затянет войну и формально вовлекает в него Ирак. Иран на грани, но возрождаться из пепла для него не в первой.

Для рынка нефти это может означать не только затягивание перекрытия Ормузского пролива, но и длительный простой поставок из Киркука в Джейхан. Этот маршрут особенно сильно повлияет на южные страны ЕС.