ПетроКитай закупает у Роснефти трубопроводные поставки российской нефти по ВСТО и транзитом через Казахстан. Это является крупнейшими для ПетроКитая контрактами на закупку нефти.

При этом от закупки морских партий нефти государственные компании Китая долгое время воздерживались из-за давления США и боязни руководства китайских компаний лишиться личных активов зарубежом.

В последние годы морские партии российской нефти закупали условно частные нефтеперерабатывающие компании. В них не было доли центрального правительства, но в роли миноритариев часто присутствуют власти провинций и муниципалитетов. В этих закупках российская нефть конкурировала с иранской и венесуэльской. 

Как следствие атаки Израиля и США на Иран и роста фьючерсных кривых на нефть произошло и изменение экономики нового бурения на сланцевых месторождениях США, в первую очередь в Пермском бассейне. 

В свежем мартовском прогнозе указано увеличение по сравнению с февральским прогнозом объёмов добычи начиная с четвёртого квартала этого года. 

Ровно год назад цена, при которой бурение (!) новых скважин в Пермском бассейне становится прибыльной, находилась в диапазоне 45-75 долларов за баррель WTI при среднем значении 61 доллар за баррель. За год планка естественно подросла как за счёт долларовой инфляции, так и за счёт перехода к рассмотрению чуть менее продуктивных месторождений, чем год назад. Также стоит указать, что важна цена WTI, которая ниже цены Brent на величину фрахта из Мексиканского залива (Хьюстон) в Северо-Западную Европу (Роттердам). На данный момент это 1.5 доллара за баррель, но обычно 3-5. Поэтому текущие пороговые значения по новому бурению в пересчёте на маркет Brent и цены второй половины 2026 года можно оценить в 51 (условно минимальное) — 69 (среднее) — 83 (условно максимальное) долларов за баррель. 

На конец января данные запасы в береговых хранилищах оценивались в 180 миллионов тонн. По большей части эти запасы являются запасами стран-нетто импортёров. Единственное, но самое главное исключение, — это США с запасами 61 миллион тонн (33% от общих запасов блока).

Объём высвобождения составит 55 миллионов тонн (30% от текущей величины запасов). Запасы формировались ровно под такие случаи сбоя глобальных цепочек поставок и решение абсолютно логичное. «Высвобождение» с технической точки зрения будет заключаться в продаже НПЗ трубопроводных партий нефти из хранилищ на земле в качестве компенсации снижения импорта партий нефти морем. Помимо цены нефти это позволит на время снизить котировки фрахта нефтяных танкеров, особенно класса «Очень крупный перевозчик нефти» (VLCC).

Снижая запасы и рыночную цену сейчас, в будущем рыночная цена будет включать премию за низкий уровень запасов. Именно уровнем запасов, включая данных запасов стран «Организация экономического сотрудничества и развития» на берегу, запасов в Китае, запасов нефти Ирана и России на плаву, и определяется общий уровень рыночных цен на нефть.

 Например, у коллег t.me/oil_capital/24855

«А тем временем английская Daily Telegraph пугает британцев:  запасы газа в Великобритании упали до критического уровня — хватит примерно на полтора–два дня потребления.»

Активная ёмкость ПХГ Великобритании крайне мала — всего 1.46 миллиарда кубометров. Для сравнения в ЕС — 111 миллиардов кубометров. Данные ПХГ выполняют только балансирующую роль и в принципе не способны создавать запасы газа на отопительный сезон. Поэтому такая картина по остаткам газа в ПХГ Великобритании является типовой и не зависит от сезона года.

Увеличение потребления управляется кратным ростом импорта СПГ (что вот как раз и будет являться для Великобритании проблемой в этот раз) и в случае необходимости импортом уже регазифицированного газа из ПХГ Северо-Западной Европы по подводным газовым интерконнекторам. Уровень обеспеченности газа с учтётом сезонных накоплений необходимо смотреть на европейском рынке, в целом, который включает Великобританию, ЕС и Украину. Остаточный уровень данных запасов хоть и является крайне низким, но не приводит к физическому дефициту. Удар по европейскому газовому рынку является ценовым — за счёт двукратного роста цена как на СПГ, так и на трубопроводный газ.

Временный разворот Индии в сторону нашей нефти безусловно принесёт глоток свежего воздуха всем участникам цепочки поставок — от трейдеров до государства. Но разворот явно временный — «лицензия» выдана «миротворцем» на месяц и только по уже погруженной нефти. Понятно, что она какое-то время может продлятся, но до ухода Трампа из Вашингтона (и с большей вероятностью и после этого) большей части индийского рынка (кроме Вадинара) мы, к сожалению, лишились. Может и не безвозвратно, но покамест Индия окончательно лишилась суверенитета в энергетических закупках. Стоит отметить, что Индия так и не начала закупать «неугодный» Западу СПГ. Хотя все те же скидки ей были предложены, а везти до Индии куда ближе, чем до Бейхая. 

Печально, но уже почти свершившийся факт. Далее возникает извечный на Руси вопрос «что делать?» А вот тут как раз есть история из разряда «1+1=3».

Наименее выгодные с экономической точки зрения поставки идут с портов Балтийского моря. Наименее выгодные они потому что именно от них самые длинные транспортные плечи до всех трёх рынков сбыта — Китая, Индии и Турции. И даже улучшение отношений США (когда и вдруг это случится) не вернёт поставкам нашей нефти с Балтики своего прежнего и логического потребителя — ЕС. 

 t.me/oil_capital/24823

Ключевым моментом является не политизированность Юралса, а банальное закрытие основного канала поставок нефти в Индию, определявших соотношение цен на все марки нефти на базисах Индии и Северного моря. 

Сейчас всю нефть для Индии и азиатского региона, в целом, придётся везти дальше (с России, США, Западной Африки, восточного побережья Латинской Америки), поэтому все сорта на базисе поставки в Индию стали стоить резко дороже, чем это было ещё недавно. 

«Политическая часть» дисконта всё ещё сохраняется, хоть и резко сокращается — возвращаемся обратно от монопольного покупателя к дуополии. Однако «транспортная часть» дисконта в расчёте на порт погрузки в Чёрном море и тем более Балтийском наоборот увеличивается за счёт роста ставок фрахтования танкеров в международном рынке. Так что российские производители нефти получат куда меньший рост цен продаж, чем видим в росте котировок цен на нефть в Индии.

К тому же отсрочка платежа в реалиях российских трейдеров стоит в разы больше, чем у трейдеров Брентом. Приведение к единому временному базису может съесть львиную долю премии.

Курдский национальный проект в Сирии недавно схлопнулся под контролем США. Но это не смутило иракских курдов. Сейчас та же учесть ждёт сначала иранских курдов, а затем и иракских с турецкими. Иран быстро убирает предавшие их народы со своей территории.

Экономическая основа иракских курдов — добываемая в их регионе и экспортируемая через турецкий Джейхан нефть — только что встала на паузу. Это переводит их на полное обеспечение оружием и финансами ЦРУ. 

При этом федеральное  правительство в Багдаде и иранские прокси-формирования в Ираке очевидно воспользуются данным окном возможностей, чтобы взять мятежный регион под контроль даже несмотря на гнев Штатов.

Наземная операция в любом виде — это новый вызов для ослабленного Ирана. Это как минимум затянет войну и формально вовлекает в него Ирак. Иран на грани, но возрождаться из пепла для него не в первой.

Для рынка нефти это может означать не только затягивание перекрытия Ормузского пролива, но и длительный простой поставок из Киркука в Джейхан. Этот маршрут особенно сильно повлияет на южные страны ЕС.

Запасы газа в ПХГ ЕС и Великобритании находятся на уровне, близком к антирекордной газовой зиме 2021/22. По состоянию на утро сегодня, в ПХГ было 33.8 миллиарда кубических метров. Это всего на 2 миллиарда больше, чем весной 2022. 

Кризис 2021/22 был вызван самоограничениями Германии в достройке и запуске Северного Потока-2 и на ремонт оборудования Сименс компрессорных станциях Северного Потока-1.

Текущий кризис также вызван прежде всего самоограничениями — как на импорт российского трубопроводного газа, так и введёнными будущими ограничениями на импорт российского СПГ с 1 января 2027 года (то есть в разгар пикового сезона потребления). Потворство США и Израилю в атаках на Иран «неожиданно» для ЕС и Великобритании снизило доступность катарского газа. 

Остатка газа в ПХГ хватит на окончание отопительного периода. Однако газовое лето может быть сложным для ЕС с точки зрения цен импорта СПГ — уход даже части катарского СПГ с рынка вернёт цены на СПГ на высокий уровень. Энергетическая зависимость ЕС и Великобритании от США вырастет ещё сильнее. При этом США относительно чужими руками избавляются от своего главного конкурента на рынке СПГ.

Крупнейшим получателем катарского СПГ является Китай. Одновременно Катар по итогам 2025 года стал ведущим поставщиком СПГ в Китай. Снижение катарских поставок создаёт окно возможностей для поставки СПГ с Арктик СПГ-2 в дополнительные терминалы помимо Бейхая.

Для Индии снижение катарских поставок СПГ является болезненным. Именно Катар с большим отрывом является поставщиком СПГ номер один. При этом с учётом изменения позиции Моди под нажимом США маловероятно, что Индия начнёт покупать российский СПГ.

Для Пакистана снижение катарских поставок, как ни странно, является благом. Именно Пакистан в последнее время инициирует отказ от поставок катарского СПГ в полном объёме по причине его избыточности на внутреннем рынке.