Самое приятное: прибыль растёт заметно быстрее выручки. Выручка прибавила 20,5% до 8,32 млрд руб, операционная прибыль — более чем вдвое до 2,40 млрд руб, чистая прибыль — на 103% до 2,05 млрд руб. Скорр. EBITDA выросла на 68% до 2,72 млрд руб, а маржа — с 23,4% до 32,7%. Хорошо работает операционный рычаг.
С кэшем тоже всё хорошо. На счетах 4,1 млрд руб, существенной долговой нагрузки нет. Это оставляет пространство и для развития, и для выплат акционерам.
Правда динамика денежного потока настораживает. Операционный поток вырос всего на 3,5% до 2,45 млрд руб при удвоении прибыли. Компания объясняет это высокой базой прошлого года и ростом налоговых платежей. При этом сам поток остаётся выше чистой прибыли, поэтому пока скорее нюанс, чем проблема.
Дивиденды радуют. Политика предполагает выплату 60–100% скорректированной чистой прибыли по МСФО. В июне уже выплатили 53 руб на акцию (29,3 руб базового и 23,7 руб спецдивиденда). До конца года компания планирует ещё минимум 30 руб. Если план будет выполнен, суммарные выплаты в 2026 году составят ~83 руб на акцию.
Уровень боли в американском госдолге, похоже, стал достаточно высоким, чтобы начать действовать активнее.
Доходность 30-летних казначейских облигаций США во дошла до 5,34% — максимума с 2007 года. И уже на следующий день Минфин объявил, что минимум вдвое увеличит объём обратного выкупа длинных бумаг: с $2 до $4 млрд за операцию в сегментах 10–20 и 20–30 лет. Формально — для поддержки ликвидности рынка. Но место, где стало больно, показали довольно наглядно.
Доходности на новостях отъехали, но остались высокими: 30-леток упала до 5,19%, 10-леток — примерно до 4,65%, индекс доллара потерял около 0,8%, а золото прибавило более 3,5%.
Тут надо не путать, сам обратный выкуп — это ещё (пока) не печатный станок. Минфин выкупает старые бумаги и занимает деньги обратно на рынке. Но объёмы обычных размещений он пока увеличивать не собирается, а колебания потребности в деньгах прямо предлагает закрывать краткосрочными казначейскими векселями. То есть на марже получается маленькая операция по укорачиванию долга: длинный риск с рынка снимаем, а короткого финансирования становится больше.
Сегодня прошёл ужепятый плановый аукционный день после объявления паузы без размещений ОФЗ.Минфин приостановил аукционы 20 июля — то есть пауза длится уже 4 недели и 2 дня. В III квартале ведомство планировало привлечь 1,5 трлн руб, но с 20 июля первичный рынок фактически выключен. Для вторички это плюс: нет необходимости давать премию на новых размещениях, которая затем тянет вниз цены уже обращающихся бумаг, как это регулярно происходило в 2024-м.
Свежие инфляционные ожидания немного улучшились. Ожидаемая населением инфляция на год снизилась с 14,7% до 13,7%, наблюдаемая — с 15,1% до 14,3% (рис. 1). Но уровни всё равно очень высокие. Для сравнения: в январе 2022 года при тех же 13,7% ЦБ писал, что ожидания остаются вблизи многолетних максимумов. А сейчас мы на них опустились сверху вниз.

Поэтому для ставки сигнал скорее нейтральный. Июльский всплеск частично откатили, но инфляционные ожидания остаются высокими. На заседании 11 сентября это скорее аргумент за осторожность, чем за очередной шаг вниз.
Августовский «Мониторинг предприятий» получился неоднозначным.
Индикатор бизнес-климата ЦБ восстановился до −2,4 п. после −3,5 п. в июле (рис. 1). Ожидания бизнеса по производству и спросу на ближайшие 3 месяца выросли до +5,4 п., хотя текущие оценки деловой активности ухудшились до −10,0 п. То есть текущую ситуацию бизнес оценивает слабо, но на ближайшие месяцы смотрит чуть оптимистичнее: компании ждут некоторого улучшения производства и спроса. При этом этого пока недостаточно, чтобы вывести общий ИБК в положительную зону.

При этом спрос продолжает охлаждаться: оценки компаний снижаются второй месяц подряд и вернулись к уровням II квартала 2022 года. В строительстве оценки производства вообще стали минимальными с апреля 2022-го. Текущий спрос остаётся слабым, особенно в строительстве. Жёсткие денежно-кредитные условия продолжают охлаждать экономику.
Но главная неприятность — инфляционные ожидания бизнеса. Их баланс вырос с 20,4 до21,0 п. (рис. 2), а ожидаемый рост отпускных цен на ближайшие 3 месяца — с5,8% до 6,2% годовых. Наиболее заметно ожидания выросли в электроэнергетике и водоснабжении перед октябрьской индексацией ЖКХ.
На 2 февраля доллар стоил 75,7 ₽. К 20 марта — уже 84,8 ₽ (+12,0%). Затем 28 мая — 70,9 ₽ (−16,4%). А 18 августа — снова 85,0 ₽ (+19,9%).
То есть такое путешествие 75 → 85 → 71 → 85 всего за полгода.
С юанем та же картина: 10,87 → 12,38 (+13,9%) → 10,46 (−15,6%) → 12,63 ₽ (+20,8%).
Для ценовой стабильности такие качели — отдельный риск. Бизнес закладывает валютную неопределённость в цены и чем сильней амплитуда, тем больше закладывают, при этом ослабление рубля в краткосрочном периоде переносится в них сильнее, чем последующее укрепление.
И нынешнее ослабление выглядит особенно резким именно после весеннего укрепления рубля почти до 70 ₽/$. Если бы курс оставался условно в районе 80–85 ₽/$, сейчас не было бы скачка почти на 20% за три месяца — а давление на цены и инфляционные ожидания было бы слабее.
Тем более что и бюджету рубль нужен скорее послабее: при прочих равных это означает больше рублёвых нефтегазовых доходов и снижает потребность в дополнительных источниках поступлений — от новых налогов до «добровольных» взносов.




