Как наш рынок торгует ситуацию в Иране

Ранее в этом месяце мы обсуждали, почему текущее падение и слабость рынка не соответствуют реальности (фундаменталу). Сегодня разберем, как движение акций в секторах относительно друг друга может объясняться сценариями будущего, чтобы лучше понимать рынок, принимать взвешенные решения по портфелю и использовать эту логику в спекулятивных сделках.

Нефтегаз сильнее остальных секторов – это адекватно

С конца февраля по сегодняшний день самый сильный сектор – это нефтегаз, что соответствует логике. В мире начался масштабный энергокризис, цены на российскую нефть выросли вдвое, крэк-спрэды на нефтепродукты также выросли. Все это позитивно для нефтегазовых акций.

На мировых рынках сектор Energy был самым сильным до конца марта, но в последние две недели растерял весь свой рост и преимущество и сейчас проигрывает по динамике с конца февраля сектору технологий.

При этом сектор нефтегаза в последние две недели стал довольно сильно падать, ряд бумаг уже вернулись к уровням до начала конфликта в Иране. Можно объяснить это тем, что рынок ждет договоренностей между США и Ираном и открытия Ормузского пролива с дальнейшим снижением цен на нефть и возвращением ситуации в норму.

Экспортеры-металлурги слабее остальных секторов – тоже адекватно

Длительный энергокризис влечет за собой мировую рецессию. Из-за физической нехватки топлива не просто растет цена, а приходится вынужденно сокращать потребление нефтепродуктов. У кого есть деньги, чтобы заплатить двойную или тройную цену за нефтепродукты, тот их получит, кто финансово слабее – вынужден будет сократить потребление (речь здесь про спрос на всех уровнях – государства, компании, домохозяйства). В результате падает деловая активность, промышленный спрос, поэтому металлы торговались слабо с начала конфликта. Исключение – алюминий, так как в странах Ближнего Востока сосредоточено существенное производство и уже выбыло несколько % глобального предложения (в других металлах такого эффекта нет). Подробнее тему алюминия и Ближнего Востока мы разбирали еще в начале конфликта.

Дополнительно на акции металлургов давит резко укрепляющийся рубль.

Компании внутреннего рынка падают из-за рисков более высокой ставки

Для нашего ЦБ мировой всплеск инфляции – это риск более высокой инфляции в России, и в этой логике могут падать компании внутреннего рынка в ожидании более медленного снижения ставки ЦБ (или паузы в цикле снижения) в случае, если перекрытие Ормузского пролива затянется надолго. В этом логика падения компаний внутреннего рынка, особенно тех, что закредитованы.

С другой стороны, рубль вернулся к самым крепким за последние годы позициям, и это движение должно нивелировать негативный эффект от импортирования мировой инфляции.

Развязка – рынок закладывает одновременно две реальности?

С одной стороны, нефтегаз практически не вырос с начала конфликта, с другой стороны, компании внутреннего рынка и металлурги рухнули. Получается, нефтегаз торгуется в мировой логике (скорое завершение конфликта в Иране), а остальные акции — в логике длительного конфликта в Иране и усугубления мирового энергокризиса, причем внутренний рынок не поддается на позитив от крепкого рубля, а металлурги от крепкого рубля страдают.

Как этим пользоваться? Можно использовать эту асимметрию для одновременного наращивания лонгов и в нефтегазе, и в других секторах, если считаете продолжение и завершение конфликта в Иране равновероятными событиями. Я больше ставлю на второе, и также пользуюсь асимметрией рынка. Сейчас логично ожидать, что нефтегаз будет слабее, чем внутренний рынок.

Александр Сайганов, руководитель аналитического отдела Invest Heroes и управляющий в УК «ГЕРОИ»