Может ли теория игр помочь в инвестициях

Одной из интересных сфер знаний, которая достаточно активно развивалась в 20 веке и продолжила развиваться в 21-ом, является теория игр (ТИ). Она интересует не только экономистов, но и политологов, социологов, психологов, биологов, IT-шников и даже психиатров.

Несмотря на то, что у теории игр такое громкое название, всё-таки это скорее набор инструментов, применяемых для анализа ситуаций, в которой лучшая стратегия одного человека, зависит от действий, в том числе ожидаемых, других людей. Как в любой теории, чтобы систематизировать знания, там есть свои термины, определения и модели, объясняющие сущность тех или иных процессов. Как и любые модели они либо упрощены, либо условно идеальны, чтобы показать суть. Очень много моделей построены на взаимодействии двух участников или рассматриваются среди нескольких, но в попарном взаимодействии. Взаимодействия (в ТИ — стратегические взаимодействия ), называют играми по аналогии с настольными играми, а участников, соответственно, игроками.

Игры могут делиться по нескольким критериям.
Первый. Игры с последовательными и параллельными ходами. В наш век компьютерных игр, думаю, можно не останавливаться на пояснение этих терминов. Они понятны интуитивно.
Второй уже более интересный. С полной рациональностью игроков и с общеизвестной рациональностью игроков. Если с полной рациональностью всё понятно, то вот уже с общеизвестной не так очевидно. Чтобы её объяснить обычно приводят такой пример: "Не только оба игрока должны быть рациональны, но и я должен знать, что ты рационален. Мне нужен и второй уровень: я должен знать, что ты знаешь, что я рационален. Также необходимый мне третий уровень знания гласит: я должен знать, что что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь, что я рационален." Как вы догадываетесь — дальше до бесконечности. Отсюда делается вывод, что нет никакого смысла пользоваться теорией игр, если в жизненной ситуации вы сталкиваетесь с иррациональными оппонентами.
Третий критерий касается информированности, когда действия участников известны друг другу (обычно в последовательных играх), или неизвестны (в параллельных играх, или последовательных, но результаты ходов скрыты (частично скрыты) от оппонента). Кроме того информированность — это полнота самой получаемой информации.

Теория игр — очень увлекательна. Здесь много работ, которые действительно заставляют задуматься, а также понять, почему, например, те или иные политики, или партии ведут себя именно таким образом, хотя это может казаться нелогичным (последние годы, кстати, это наглядно видно).

Но мой вопрос всё-таки в другом: "Способна ли теория игр помочь инвестору стать более успешным?"

И если отвечать кратко, то скорее нет, чем да. Но я бы был не я, если бы не привел более развернуто свои мысли далее.

Обратим ещё раз внимание на критерии и начнем с конца. Действительно, последний критерий вполне соответствует тому, что мы видим на рынке ценных бумаг, и в любых других инвестициях. Если бы теория игр была полезна, то это явно касалось случая неполной информированности. Во-первых, из-за того, что на рынке всегда будут присутствовать инсайдеры, которые обладают явно большей информацией. Во-вторых, есть манипуляторы, которые способны побудить других действовать (реагировать), а значит элемент стратегического взаимодействия налицо. В-третьих, сам громадный объём информации не позволяет проанализировать её всю, и инвестор всегда будет выбирать ту, которую посчитает более существенной для себя. Так что игры с полной информированностью — это явно не про инвестиции.

Куда как всё хуже со вторым критерием. И здесь мы упираемся, не в малой степени, в философский вопрос — можно ли назвать рынок рациональным, а его участников — игроками с общеизвестной рациональностью.

Если взять старую аллегорию Бенджамина Грэма, в которой он называл рынок — Мистером Рынок и предлагал его рассматривать как партнера в бизнесе, то нет. Потому что сам Грэм писал: "Мистер Рынок — это человек, который ежедневно стучится в дверь инвестора, предлагая продать или купить акции по разным ценам. Часто предлагаемые цены выглядят разумными, но иногда — просто смешными. Инвестор может согласиться с предлагаемой ценой и заключить сделку или же полностью проигнорировать предложение. Мистер Рынок не обидится — он всё равно вернётся на следующий день с новой ценой. Инвестору не стоит обращать много внимания на все фокусы Мистера Рынка — они не определяют стоимость принадлежащих ему акций. Скорее инвестор должен извлекать выгоду из капризов рынка, а не потакать им.". Иными словами, он уже присваивал рынку черты явной иррациональности, по крайней мере в некоторые периоды времени. Заблуждение и иррациональность Мистера Рынка делали возможным извлечь дополнительную прибыль из инвестиций в ценные бумаги, в противовес идеям Юджина Фамы с его гипотезой эффективного рынка.

Если же копнуть глубже и посмотреть на самих участников рынка, то даже не вооруженным взглядом видно, что далеко не все рационально себя ведут, покупая и продавая ценные бумаги. То есть речь уже о какой-то степени рациональности, и тогда какой именно? Но даже если бы каждый участник сам по себе был рационален, то и этом случае не факт, что поведение рынка можно было бы назвать рациональным. Чтобы понять почему, достаточно представить, что в каждый момент времени у участников рынка есть совершенно разные цели, которые они реализуют. Одни инвестируют долгосрочно, другие совершают краткосрочные спекуляции, кто-то заводит деньги, кто-то наоборот забирает, кто-то открывает короткие позиции, а кто-то не имеет право это делать по инвестиционной декларации и т.д. Иными словами, несмотря на то, что каждый рационален, рынок в целом может оказаться нерациональным. Кстати в теории игр есть модель с переходными предпочтениями в которой показывается, как решение группы состоящей из рациональных людей может иметь в итоге нерациональное решение. Американский экономист Кеннет Эрроу в 1972 году получил Нобелевскую премию по экономике за свою теорему возможности. Согласно ей, в группах, не управляемых диктатором, всегда будет вероятность, что предпочтения станут переходными и её участники будут отвергать оптимальный выбор, а также незначительные детали станут влиять на участников (здесь прямо чувствуется чем демократия отличается от автократии и диктатуры и почему бизнес — это обычно не демократическая структура).

Конечно, рассматривая этот критерий, нельзя не вспомнить Лебона, со своей «Психологией народов и масс». Рынок не стоит рассматривать как «толпу» в полном смысле, как это представлял Лебон, но всё-таки общие свойства ему присущи. Вот основные характеристики толпы по Лебону:

• уравнивание индивидуумов (сведение их к единому уровню поведения и психических проявлений, обусловленное влиянием коллективного бессознательного);
• более низкий интеллектуальный уровень толпы в сравнении с интеллектуальным уровнем отдельных индивидуумов, её формирующих;
• склонность к быстрому переключению внимания с одного объекта на иной, слепое подчинение лидерам, некритическое восприятие слухов;
• повышенная импульсивность и эмоциональность толпы, обусловленная эмоциональным резонансом, при котором люди «заражают» друг друга своим эмоциональным состоянием;
• отсутствие чувства ответственности у толпы, что связано с нетерпимостью и авторитарностью.
  Уверен, что с некоторыми небольшими правками в Лебона, можно получить вполне неплохое представление о Мистере Рынке по Грэму. :)

Теперь про первый критерий. Поведение рынка можно декомпозировать на более простые составляющие. На нём можно найти элементы последовательных игр, например, сам процесс от прогнозирования дивидендов, до фактического их получения, или одновременных, когда участники делают заявки на продажу и покупку бумаг каждую долю секунды. Пожалуй, не столь важно, какой конкретный случай мы начнём исследовать, но вряд ли нам будет сопутствовать успех. Я в самом начале написал, что модели рассматривают взаимодействия двух и реже большего количества участников и в основном попарно. Здесь я вижу параллель из физики. Например, уравнение Шрёдингера не может быть точно решено для сложных систем в квантовой механике из-за затруднений, связанных с взаимодействием частиц и квантовыми корреляциями в многоэлектронных атомах, где на каждый электрон действует не только ядро, но и все остальные электроны.

Таким образом модели теории игр, скорее не подойдут к рынку ценных бумаг впрямую. Но тут уже возникает другой вопрос: "А нельзя ли понимая модели теории игр и особенности поведения участников на фондовом рынке, а также его взаимосвязь с различными экзогенными факторами, построить другие модели?" Честно говоря, очень хотелось бы. Тем более — это явно пахнет Нобелевской премией.

Но это не значит, что теория игр совсем бесполезна для рынка ценных бумаг. Вполне возможно, что она будет актуальной для эмитентов, IR — специалистов, взаимодействию между мажоритарными акционерами и топ-менеджерами. Но можно ли такую работу уже отнести к рынку ценных бумаг, или это уже в большей степени вопросы бизнеса и бизнес-процессов?

В любом случае, я очень советую познакомиться с теорией игр и расширить свой кругозор. Это точно никому не мешало.

Всем удачных инвестиций!