Блог им. Koleso
«Смотри, что получается. Центробанк держит ставку 14%, чтобы сбить инфляцию.
А бюджет тратит деньги так, будто никакой ставки нет.
Это как если бы ты одновременно открывал кран и затыкал слив.
Вода всё равно прибудет, только пол зальёт».
Я, честно говоря, сначала не понял.
Ну, тратит бюджет, ну, держит ставку ЦБ. Разве это не нормально?
Но потом начал разбираться. И понял: это не нормально.
Это тупик.
Причём тупик, из которого есть только три выхода. И все они ведут к проблемам. Давайте разберёмся.
В России одновременно действуют две экономические политики, которые работают в противоположных направлениях.
Первая — бюджетный дефицит. Государство тратит больше, чем собирает налогов. Откуда берёт деньги? Занимает у банков. Банки покупают государственные облигации. А на какие деньги? На те, что люди хранят на вкладах.
Вторая — высокая ключевая ставка. Центробанк держит её на уровне 14%, чтобы вытянуть деньги из оборота и охладить инфляцию.
Получается парадокс. Центробанк высасывает деньги из экономики через высокие ставки. А бюджет тут же закачивает их обратно через гособлигации. Экономика задыхается от дорогих кредитов. Но при этом инфляция не падает, потому что бюджетные деньги продолжают поступать.
Это называется стагфляция. Экономика не растёт, но цены растут. И выбраться из этого состояния очень сложно.
Экономика не может расти, когда кредиты стоят 14% и выше. Бизнес не берёт деньги на развитие. Люди не берут ипотеку. Инвестиции падают.
Инфляция не может упасть, когда бюджетные деньги льются в экономику. Причём льются они в том числе в отрасли, которые не производят потребительские товары. Деньги есть, а товаров нет. Цены растут.
Минфин и Центробанк преследуют разные цели. Минфин хочет финансировать расходы. Центробанк хочет спасти рубль. Эти цели противоречат друг другу. И в итоге ни одна не достигается полностью.
Высокие бюджетные расходы делают ключевую ставку почти бесполезной. А высокая ставка не даёт экономике расти. Значит, налоговая база не увеличивается. А если налоговая база не растёт, бюджету приходится занимать ещё больше.
Это самоподдерживающаяся спираль. Чем больше бюджет тратит, тем больше занимает. Чем больше занимает, тем выше ставка. Чем выше ставка, тем дороже обслуживать долг. И тем больше приходится тратить и занимать снова.
Если ничего не менять, рано или поздно всё закончится дефолтом и банковским кризисом. Как в 1998 году. Но власти, конечно, попытаются этого избежать. Есть три пути.
Первый — изъять сбережения людей. На счетах россиян лежит около 60 триллионов рублей. Этого хватило бы, чтобы финансировать дефицит несколько лет. Но это не заём. Это конфискация. Деньги просто забирают, не возвращая. Политически это очень рискованно. Люди могут стерпеть инфляцию и налоги. Но когда у них забирают то, что они считали своим, — могут начаться непредсказуемые события.
Второй — девальвировать рубль. Это более мягкий путь. Чем слабее рубль, тем больше рублей получает бюджет от экспорта. Нефть стоит, условно, 100 долларов. При курсе 80 рублей за доллар бюджет получает 8 000 рублей с барреля. При курсе 200 — уже 20 000. Доходы растут механически.
Плюс девальвация обесценивает расходы. Если платить военному 200 000 рублей в месяц, то при курсе 80 это 2 500 долларов, а при курсе 200 — всего 1 000. Государство тратит те же рубли, но реально они стоят меньше. Все становятся беднее, но не сразу и не одинаково. Пенсионер в провинции почувствует это медленнее, чем московский айтишник, который покупает айфоны и ездит за границу. Это политически безопаснее, чем конфискация.
Но у девальвации есть побочный эффект. Если государство начнёт постоянно обесценивать рубль, чтобы закрыть дыры в бюджете, это может превратиться в спираль. Рубль перестанет быть нормальной валютой и повторит судьбу венесуэльского боливара.
Третий — ничего не делать и ждать дефолта. Это самый плохой сценарий. Бюджет не может платить по долгам. Банки не получают выплат по облигациям. Компании банкротятся. Люди не могут снять деньги со счетов. Начинается полномасштабный кризис.
Центробанк — единственный институт, который думает не о том, как профинансировать расходы сегодня, а о том, как сохранить макроэкономическую стабильность. И он не хочет включать печатный станок.
На последнем заседании Центробанк впервые за долгое время не стал снижать ставку. Оставил 14%. Это сигнал: мы не будем заливать экономику рублями ради спасения бюджета.
И с Центробанком сложно спорить. Финансирование дефицита за счёт эмиссии — это эффективное решение сиюминутной проблемы. Но в среднесрочной перспективе оно ведёт к катастрофе.
Проблема в том, что все остальные способы тоже ведут к катастрофе. Просто каждый хочет, чтобы катастрофа случилась не у него. Минфин хочет избежать дефолта. Центробанк хочет избежать уничтожения рубля. А экономика стагнирует.
Сценариев несколько.
Оптимистичный: Власти находят компромисс. Бюджет сокращает расходы, Центробанк постепенно снижает ставку. Инфляция замедляется. Экономика начинает медленно расти. Но это требует политической воли и непопулярных решений.
Реалистичный: Девальвация рубля продолжается. Курс медленно ползёт вверх. Цены растут. Реальные доходы падают. Бюджет закрывает дыры за счёт обесценивания денег. Люди привыкают экономить. Экономика стагнирует.
Пессимистичный: Бюджет не выдерживает. Дефолт по внутренним обязательствам. Банковский кризис. Массовое изъятие вкладов. Паника. Власти вводят ограничения на снятие наличных. Экономика падает.
Я, честно говоря, после всей этой истории задумался. Мы привыкли, что Центробанк и Минфин — это две руки одного организма. Но оказывается, они могут тянуть в разные стороны. И от того, кто победит, зависит, что будет с нашими сбережениями, зарплатами и ценами.
А вы следите за курсом рубля и ставкой? Как вы храните сбережения — в рублях, валюте, или предпочитаете наличные? Что, по-вашему, произойдёт с экономикой в ближайший год? Делитесь в комментариях, давайте обсудим.
