
Фактический «наезд» команды Трампа на руководство ФРС, и недавние, пока еще словесные пожелания президента Трампа, начинают создавать у рынков ощущение, что постепенно формируется командная экономика, а может быть и экономическая модель военного времени.
Последние предложения Трампа и его экономической команды «впечатляют» и действительно очень смахивают на режим прямого управления:
Введение фактического запрета для частных компаний оборонной отрасли платить дивиденды и выкупать акции с рынка;
Установление ограничений в размере не более 10% на процентные ставки банков по кредитным картам;
Де-факто запрет для фондов покупать жилую недвижимость для инвестиций; Обязанность жилищных госкомпаний на выкуп ипотечных долговых бумаг на открытом рынке на сумму $200млрд для снижения процентных ставок по ипотечным кредитам;
Сделать цены на бензин в $2 за галлон как экономический приоритет; Принудить Федеральный Резерв США снизить % ставку до 2% в 2026 году; Объявить стимулы для домохозяйств в виде выплаты в $2000 за счет таможенных пошлин.


На диаграмме (выше) свежие показатели по бюджетному дефициту и процентным расходам на обслуживание внутреннего долга США.
Дефицит в размере $284 млрд в октябре, по сути, сигнал о том, что правительство финансирует экономический рост уже не за счет производительности и налогов, а посредством монетизации структурных обязательств.
Теперь долговая задолженность создает огромные процентные расходы, которые подавляют экономический рост, а стало быть требуется выпускать все больше, и больше долговых обязательств.
Платежи по процентам незаметно стали третьей по величине статьей расходов бюджета США, за исключением того, что они не служат экономике и домохозяйствам.
Долг более не является фактором роста, а становится его двигателем. Фискальное доминирование сменило монетарное, а ФРС США фактически становится просто управляющим активами и пассивами правительства, принявшего постоянный дефицит как базовое условие.
Это означает, что американский рынок внутреннего долга теперь превращается в инструмент денежной ликвидности, а не в механизм ценообразования, как это было раньше.

Cудя по всему сейчас стабилизировать рынки будет сложнее чем в прошлый раз .
Япония хотя и тихонько, но выходит из роли, которую она играла тридцать лет: быть мировым источником практически бесплатных денег.
Когда японские процентные ставки были зафиксированы на нулевом уровне, их пенсионным фондам, страховщикам и банкам ничего не оставалось, кроме как инвестировать деньги за границу.
Этот стабильный денежный поток долго поддерживал глобальные процентные ставки по займам ниже, чем следовало бы, особенно в США. Теперь наконец-то рынок начал учитывать риски Японии, которая больше не может прятаться за дефляцией.
Для США этот сдвиг с японскими долгами лишает их тихой подушки безопасности, и если японские деньги будут оставаться в Японии, Америке придётся поглощать намного больше собственных долговых обязательств.
Это делает долгосрочные ставки более гибкими, финансовые условия — более жёсткими, а ошибки — более сложными для сокрытия. Мы уже видим, как ФРС на ходу корректирует ситуацию: досрочно завершает QT, готовится к смягчению по правилам Базель III для стимулирования банков покупать долги американского Минфина, и проводит срочную проверку системы рынка РЕПО, чтобы убедиться, что ничего не сломается, если денежная ликвидность станет недоступной.
Просили осветить тематику введённых санкций со стороны США (https://home.treasury.gov/news/press-releases/sb0290) направленных против доходов от продажи нефти РФ.
Озвученные рестрикции к Роснефти и Лукойлу, и по сути, против почти всех компаний РФ, которые так или иначе связаны с нефтяным рынком, выглядят довольно внушительно.
Очевидно, что Минфин США начинает постепенно сужать круг возможностей для перепродажи российской нефти на внешних рынках.
После активации санкций те компании принимающие нефть из РФ автоматом подпадают под западные санкции, при подозрении участия в этом бизнесе.
Насколько я понимаю, основная цель санкций подавить все возможности поставлять сырую нефть из РФ для стран, которые используют текущие дисконты на русскую нефть и берут сырье для переработки в топливо, а далее продают топливо на внешние рынки, зарабатывая неплохие гроши.
Реализация санкций делает бизнес с поставщиками из РФ, а также бизнес посредников, крайне рискованным занятием, и первоначальная реакция нефтяных цен (там рост) намекает о том, что рынок серьезно опасается выпадения российской нефти с точки зрения мирового предложения.

Вроде бы, мы имеем, и негативные прогнозы рынка нефти, от отраслевых аналитиков плюс напрочь убитые настроения инвесторов в этот актив, но тем не менее, на данный момент котировки нефтяных фьючерсов так и не смогли толком упасть.
Хотя субъективно, у меня тоже, пока, не особо позитивные ожидания по рынку нефти на ближайшую перспективу, однако тут надо признать, что сейчас формируются технические условия для роста цен, или даже ценового скачка куда-то аж на $80.
Пока неясно, что станет катализатором, однако в цене нефти похоже медленно, но верно, начинает проявляться премия за какие-то риски.
То ли геополитика, то ли еще что-то, но есть такой факт.