Статья написана на основе интервью с Марселем Ханафеевым, основателем казахстанского бренда бытовой техники MARSEL.

Свои первые партии на Каспи, главном маркетплейсе Казахстана, мы распродавали за три дня. Мы только-только начали: привезли тестовые шуруповёрты, 150 штук, они улетели, мы были очень довольны и счастливы и сразу заказали у завода крупную партию. Партия приехала, мы её растаможили, пошли выставлять на Каспи, а выставить уже не смогли. Никак.

К тому моменту я двенадцать лет отслужил в МЧС, носил погоны, был начальником отдела связи в Департаменте по чрезвычайным ситуациям. По службе я постоянно работал с техникой, компьютерами и рациями, и меня ещё тогда задевало, как много вокруг некачественной. Оттуда же я вынес убеждение, что в любой сложной ситуации спасает только алгоритм и система: если действуешь по правилам, тебя трудно застать врасплох. По состоянию здоровья службу пришлось оставить. 

Мы с супругой Разией видели, что людям нужна качественная, но доступная техника для дома, и решили рискнуть.

Статья написана на основе интервью с Александром Поляковым, основателем чайной компании «Чайная Линия».

Всё выросло из любви к чаю. Мы его постоянно пили, увлекались, но бизнес у меня тогда был совсем другой, я занимался доставкой товара из Китая. Растаможивал грузы и под ключ отдавал их клиентам. Однажды привёз очередную партию, пришёл подавать таможенную декларацию, а инспектор мне и говорит: опять какую-то ерунду привёз, нет бы чай возить. Тогда я задумался, а почему бы и нет.

Пятнадцать лет назад хорошего чистого чая на рынке просто не было. Основной объём держал ароматизированный чай, всякие «Ночь Клеопатры», Русская чайная компания была на пике популярности. А качественного продукта мало кто видел. При этом мы с друзьями его уже пробовали: китайские партнёры присылали нам в подарок действительно крутой чай, и разница с тем, что продавалось в России, была огромная. Так появилась идея, и мы открыли интернет-магазин.

Открыли и думали, что заказы пойдут сами собой. Понятное дело, ничего просто так не пошло. Пришлось разбираться в маркетинге, в рекламе, во многих вещах, о которых я до этого не думал, и осваивали мы это постепенно. Первые объёмы были совсем небольшие, буквально десятки и сотни килограммов, всё держалось на энтузиазме.

Статья написана на основе интервью с Алексеем Мосазом, основателем сервиса сквозной аналитики «Флаита».

Проект заморожен, но он вернётся. Эту фразу я записал в блокнот на исходе трёх месяцев, за которые не поговорил ни с одним человеком. К тому моменту моя онлайн-школа съела подушку в 2,5 миллиона, догнала кредитами и наградила паническими атаками по утрам.

Прошло два года. Я живу за границей, всё ещё плачу банкам каждый месяц, но проект действительно вернулся, только другой и построенный наоборот. Расскажу, как я в это влез и как вылезаю.

Начинал с клиентов по 15 рублей

Начинали мы с женой со студий красоты.

Соцсети тогда только появлялись: таргетированной рекламы ещё не существовало, был только ВКонтакте. Когда таргет появился, я пошёл туда сам, потому что этим ещё никто не занимался. Подписчики тогда выходили по паре рублей, клиенты по пятнадцать. Записи расписаны на месяцы вперёд, и под это всё начали приходить люди со словами «сделай нам так же». Так у меня появились первые клиенты на трафик, причём прямо из управления студией красоты. В 2026 году слушать про клиентов по 15 рублей отдельно больно.

Статья написана на основе интервью с Денисом Цукановым, генеральным директором и сооснователем группы компаний «Вектор», производства по металлообработке на станках с ЧПУ из Воронежа.

Мы запустились в октябре 2021 года, взяв в долг один фрезерный станок с ЧПУ, то есть с числовым программным управлением, и наняв одного рабочего. За четыре с половиной года мы выросли до вполне крепкого производства: 25 человек в штате, 9 единиц оборудования, оборот около 70 миллионов в год. Своей продукции у нас нет, работаем под заказ: делаем детали для НИИ, авиации, медицины и крупных промышленных заводов.

Ниша у нас при этом такая, в которую мало кто идёт: высокоточные, ответственные детали. Большинство небольших цехов такие заказы брать не любит, и дело даже не в станках.

А в июне этого года на площадке, где мы арендовали цех, случилось происшествие. Производство встало, и сейчас мы переезжаем и запускаемся заново на новом месте. Расскажу, как этот бизнес устроен, почему мы сознательно залезли туда, куда другие не хотят, и что с производством происходит сейчас.

Статья написана на основе интервью с Александром Зайцевым, владельцем пункта замены масла.

В 2022 году у меня на складе стояло семьдесят бочек моторного масла: Shell, Castrol, Mobil. По нынешним ценам в бочках лежало три с половиной миллиона, а с фасовкой на полках — около пяти. Этот ассортимент я собирал двенадцать лет, а потом бренды ушли из страны разом. Тогда мне казалось, что это и есть дно. На самом деле я только начал падать.

Но чтобы было понятно, что именно я тогда терял, расскажу сначала, как этот бизнес был устроен.

Построил ангар на перекрёстке пяти районов

Пятнадцать лет назад у меня был магазин сельхоззапчастей, такой центр технического снабжения для предприятий и организаций. Поставщики возили туда и индустриальные масла, и моторные для легковых машин, так что тема была знакомая, и заниматься ей мне было интересно. Когда я стал открывать новую локацию, решил сделать её масляной: магазин плюс пункт замены, чтобы человек купил масло и тут же его поменял.

Есть у нас на окраине города большой перекрёсток. Центральную часть города окружают четыре отдельных района, в каждом живёт около пяти тысяч человек, и все, кто едет из районов на работу и обратно, проезжают через это место. Моя точка стояла там на первой линии.

Статья написана на основе интервью с Еленой Наумовой, основательницей Granola.Lab.

История началась с моего увольнения. У меня была хорошая работа с высокой зарплатой, командировки, перспективы. Семь лет я проработала корреспондентом на федеральном телеканале. В июне 2015 года я вышла из офиса с трудовой книжкой в руках и совершенно не представляла, что делать дальше. Думала дать себе передышку до сентября: летом на телевидении низкий сезон, все интересные проекты стартуют осенью. Хотела получить права, походить по музеям, записаться в кулинарную школу. А через неделю проснулась с мыслью готовить гранолу на продажу.

Начало на домашней кухне

Рецепт я за год до этого увидела в австралийском блоге. Смесь хлопьев, орехов и сухофруктов, запечённая с мёдом и специями, оказалась тем завтраком, который мне был нужен: полезный, вкусный и долго хранится. В моём репортёрском графике времени стоять у плиты почти не было, поэтому я тратила три часа раз в месяц и потом целый месяц это ела. В то утро в голове как будто сошлись пазлы. Я и сама была тем человеком, который ходит на городские маркеты и покупает у локальных производителей, для меня пометка «сделано в России» всегда было поводом купить продукт, а не бежать от него.

Статья написана на основе интервью с Александром Чернецовым, частным инвестором и автором телеграм-канала о фундаментальном анализе.

Меня зовут Александр, мне 41 год, я системный аналитик. Работаю в найме, есть семья и обычная жизнь. Инвестировать я начал поздно, в 39 лет, и поначалу думал, что уже опоздал. Но в какой-то момент открыл брокерский счёт с первой тысячей рублей и решил разобраться во всём сам.

За два с половиной года гуру я из себя не сделал. Один год так и вовсе закрыл в минусе, обошёл меня даже простой индекс. А на паре бумаг я попал прилично, до сих пор вспоминаю. Но не бросил, а наоборот, стал вести всё это в открытую. Сам сижу над отчётностями, по каждой компании прикидываю свою цену. А потом весь портфель выкладываю как есть, с долями, ценами и убытками.

Учить я никого не берусь, я и сам ещё учусь. Скорее показываю свой путь как есть и делюсь тем, что думаю о рынке. Большинство тех, кто хочет вложиться в акции, просто покупают индекс, одной кнопкой берут весь рынок и не тратят время на анализ. Так спокойнее, и статистика на их стороне, ведь активные инвесторы вроде меня в среднем индексу проигрывают. Но мне интереснее копаться в компаниях и отбирать бумаги самому. 

Статья написана на основе интервью с Алексеем Сидоровым, владельцем производства навигации, табличек и сувенирной продукции.

У меня небольшое производство, отчасти рекламное, отчасти сувенирное, немного столярное. Основное — это УФ-печать. Делаю навигацию, таблички и вывески, в том числе для слабовидящих со шрифтом Брайля, печатаю иконы и собираю из дерева и фанеры композиции для церквей. Начинал я с небольшого салона полиграфии, а рядом, отдельно, вырастил производство побольше, и какое-то время тянул оба места разом.

Я упал, глубоко и сильно, и до сих пор не считаю, что поднялся. Только упёр руки в землю и ещё даже не понимаю, какая под ними почва, твёрдая или зыбкая, чтобы хотя бы попробовать оторвать лицо из грязи, куда я свалился.

А сложилось всё буквально за две недели. Сначала я продал свою долю в полиграфии партнёру, в рассрочку, потому что два места по времени и силам уже не тянул. Дальше жена подала на развод, и я оставил ей с детьми квартиру и легковую машину. Потом на производстве сломался основной станок, а ремонт там дорогой, и тут же следом полетел двигатель на фургончике, который я оставил себе. Оказался я без денег и без жилья, с разобранной машиной и вставшим производством, зато с кредитами по бизнесу на руках.

Статья написана на основе интервью с Андреем Виноградовым, частным инвестором и аналитиком NZT Rusfond.

Десять лет назад я открыл ИИС, индивидуальный инвестиционный счёт с налоговыми льготами, и купил свои первые акции на полторы тысячи рублей. Я даже помню, это были ФСК ЕЭС, отдельной такой компании сейчас уже нет, она вошла в Россети. 

В этом году исполнилось ровно 10 лет, как инвестирую на фондовом рынке

Толкнули меня в инвестиции три простые мысли, и все три про страх остаться без денег. Первая мысль про единственный источник дохода. У меня был один бизнес, я зарабатывал и занимался им, но прекрасно понимал, что в любой момент его может не стать. И на что тогда жить? Так я понял, что источников должно быть несколько, и желательно таких, которые мало зависят друг от друга.

Статья написана на основе интервью с Павлом Сурковым, владельцем двух загородных гостевых домов под Краснодаром.

31 декабря 2015 года нам одним днём объявили: Медведев подписал указ, наша отрасль переформатируется. Первого января мы с женой остались без работы. Дома в тот день плакали все.

За год до этого я купил под Краснодаром землю, чтобы построить дом и перевезти поближе родителей. Родители туда так и не переехали. Вместо семейного дома мы в итоге построили два гостевых, и сейчас они приносят 4,2 миллиона чистыми в год. Расскажу, как так вышло, как устроена экономика и почему начать такой же бизнес в 2026 году уже не получится.

С чего всё началось

В 2008 году я жёстко обанкротился и начинал заново, с долгами. С 2010-го мы с женой работали в обязательном пенсионном страховании: строили агентские сети, агенты ходили по предприятиям и оформляли людям договора. Через год я стал брокером, объёмы пошли хорошие, и мы наконец выдохнули: после банкротства в семье снова появились деньги.