Статья написана на основе интервью с Иваном Дроновым, основателем фабрики систем хранения «Фабрика хранения».

В июле на складах Wildberries сгорело 330 тысяч наших изделий, полугодовой запас продаж. Мы шьём их сами, в четырёх цехах, по 100 с лишним тысяч штук в месяц, и делаем это дешевле китайских фабрик. А с тысячи рублей на площадке нам остаётся столько, сколько стоит одно изделие в производстве.

Заказал вторую партию в Китае и решил шить сам

В 2022 году у нас родились двое детей, и оказалось, что двое детей это очень много вещей. Мы с женой хотели убирать быстро и красиво, чтобы не тратить на уборку кучу времени, и я пошёл искать короба для хранения.

Тут я подумал, что искать их по магазинам странно. К тому моменту я уже пару лет торговал на Wildberries и Ozon товарами для дома, в основном пластиком, у нас было больше 500 артикулов, и я как раз думал расширять ассортимент в сторону хранения. Проще заказать партию коробов в Китае, часть забрать домой, остальное продать.

Первая партия пришла нормальная. Мы завели карточки, начали продавать, дома наконец разложили вещи. Вторую партию я заказал месяца через три, и она приехала грязная, растрёпанная, с таким запахом, что открывать не хотелось. В лучших традициях повторного заказа с китайской фабрики.

Статья написана на основе интервью с Кристиной Сафиной, совладелицей мастерской декоративной отделки «ВамДеко», Уфа.

В лакокраску я пришла в 2014 году продавцом в салон красок. Мир строительных красок затянул меня с головой. Я доводила поставщиков до бешенства вопросами, а третий по счёту салон, куда я перешла, за полгода расширился в четыре раза и открыл студию цвета Тиккурила. К концу 2017-го я решила, что знаю лакокраску от и до. Конечно, знать её от и до невозможно, но тогда я так считала и ушла к конкурентам.

С конкурентами не сработались. Начальник взял меня на переговоры с поставщиком в Питер, я задала там десяток каверзных вопросов и прикинула, что контракт потребует заморозить в товаре миллионов пять с сомнительной окупаемостью. Оказалось, что от меня ждали подписи под контрактом. На мои возражения он ответил: «Твоя задача продавать то, что я сказал, а деньги считать я буду сам». В тот же день ему на стол легло заявление об увольнении, а через месяц я пригласила его на открытие собственного магазина. С тех пор он со мной не здоровается.

Статья написана по интервью с Еленой Мищенко, владелицей агентства недвижимости «Счастье под ключ». 

Я двадцать семь лет в недвижимости, последние годы руководила департаментом городской и загородной недвижимости в НДВ, это одно из крупных агентств Москвы. В какой-то момент понимаешь, что работаешь уже скорее по привычке, чем по желанию. А уходить из недвижимости после двадцати семи лет разве что в монастырь, как раньше на Руси. В монастырь вроде рано, поэтому решила дать своим идеям отдельный офис. 

А у меня к тому времени были свои правила, как продавать: работать только на эксклюзиве, продавать дорого и быстро и не заканчивать работу с клиентом только потому, что на часах пять вечера.

Хотелось проверить, получится ли всё это в своём агентстве. После открытия ко мне обратились несколько сотрудников, с которыми мы много лет работали: захотели продолжить работать вместе. Так постепенно стала собираться команда. Сейчас с агентством работают 47 человек, включая штатных сотрудников и партнёров. 

Всем здравствуйте! Хочу поделиться своей историей работы в сельском хозяйстве. В деревне я почти 10 лет. Держал свиней больше ста голов, были индюки, бройлеры, утки. Со временем перешёл на КРС (крупный рогатый скот): коровы на молоко, быки на мясо. В статье немного фото, так как они в основном на старом телефоне, а я его трактором переехал.

Сейчас у меня 15 дойных, 6 нетелей (это годовалые коровы, которые зимой отелятся, будут рожать), и 8 бычков. Ферма в пятнадцати километрах от дома, работаю я сам, без наёмных рабочих, три часа утром и два вечером.

Статья написана на интервью с Русланом Чернышковым, владельцем хозяйства на границе Волгоградской и Ростовской областей.

Как я стал фермером?

После универа я пошёл в армию, отслужил год, и за три дня до дембеля я попал в аварию. Дальше дорога в армию и органы была закрыта. Поэтому стал вопрос, чем заниматься.

У меня было 380 тысяч, это армейские деньги по случаю травмы.

Недалеко от моего дома, километрах в пятнадцати, мне предложили купить землю и дом. На границе Волгоградской и Ростовской области. Деревня там мёртвая, а мёртвых деревень в степи у нас много, поэтому цены копеечные. 

Статья написана на основе интервью с Марселем Ханафеевым, основателем казахстанского бренда бытовой техники MARSEL.

Свои первые партии на Каспи, главном маркетплейсе Казахстана, мы распродавали за три дня. Мы только-только начали: привезли тестовые шуруповёрты, 150 штук, они улетели, мы были очень довольны и счастливы и сразу заказали у завода крупную партию. Партия приехала, мы её растаможили, пошли выставлять на Каспи, а выставить уже не смогли. Никак.

К тому моменту я двенадцать лет отслужил в МЧС, носил погоны, был начальником отдела связи в Департаменте по чрезвычайным ситуациям. По службе я постоянно работал с техникой, компьютерами и рациями, и меня ещё тогда задевало, как много вокруг некачественной. Оттуда же я вынес убеждение, что в любой сложной ситуации спасает только алгоритм и система: если действуешь по правилам, тебя трудно застать врасплох. По состоянию здоровья службу пришлось оставить. 

Мы с супругой Разией видели, что людям нужна качественная, но доступная техника для дома, и решили рискнуть.

Статья написана на основе интервью с Александром Поляковым, основателем чайной компании «Чайная Линия».

Всё выросло из любви к чаю. Мы его постоянно пили, увлекались, но бизнес у меня тогда был совсем другой, я занимался доставкой товара из Китая. Растаможивал грузы и под ключ отдавал их клиентам. Однажды привёз очередную партию, пришёл подавать таможенную декларацию, а инспектор мне и говорит: опять какую-то ерунду привёз, нет бы чай возить. Тогда я задумался, а почему бы и нет.

Пятнадцать лет назад хорошего чистого чая на рынке просто не было. Основной объём держал ароматизированный чай, всякие «Ночь Клеопатры», Русская чайная компания была на пике популярности. А качественного продукта мало кто видел. При этом мы с друзьями его уже пробовали: китайские партнёры присылали нам в подарок действительно крутой чай, и разница с тем, что продавалось в России, была огромная. Так появилась идея, и мы открыли интернет-магазин.

Открыли и думали, что заказы пойдут сами собой. Понятное дело, ничего просто так не пошло. Пришлось разбираться в маркетинге, в рекламе, во многих вещах, о которых я до этого не думал, и осваивали мы это постепенно. Первые объёмы были совсем небольшие, буквально десятки и сотни килограммов, всё держалось на энтузиазме.

Статья написана на основе интервью с Алексеем Мосазом, основателем сервиса сквозной аналитики «Флаита».

Проект заморожен, но он вернётся. Эту фразу я записал в блокнот на исходе трёх месяцев, за которые не поговорил ни с одним человеком. К тому моменту моя онлайн-школа съела подушку в 2,5 миллиона, догнала кредитами и наградила паническими атаками по утрам.

Прошло два года. Я живу за границей, всё ещё плачу банкам каждый месяц, но проект действительно вернулся, только другой и построенный наоборот. Расскажу, как я в это влез и как вылезаю.

Начинал с клиентов по 15 рублей

Начинали мы с женой со студий красоты.

Соцсети тогда только появлялись: таргетированной рекламы ещё не существовало, был только ВКонтакте. Когда таргет появился, я пошёл туда сам, потому что этим ещё никто не занимался. Подписчики тогда выходили по паре рублей, клиенты по пятнадцать. Записи расписаны на месяцы вперёд, и под это всё начали приходить люди со словами «сделай нам так же». Так у меня появились первые клиенты на трафик, причём прямо из управления студией красоты. В 2026 году слушать про клиентов по 15 рублей отдельно больно.

Статья написана на основе интервью с Денисом Цукановым, генеральным директором и сооснователем группы компаний «Вектор», производства по металлообработке на станках с ЧПУ из Воронежа.

Мы запустились в октябре 2021 года, взяв в долг один фрезерный станок с ЧПУ, то есть с числовым программным управлением, и наняв одного рабочего. За четыре с половиной года мы выросли до вполне крепкого производства: 25 человек в штате, 9 единиц оборудования, оборот около 70 миллионов в год. Своей продукции у нас нет, работаем под заказ: делаем детали для НИИ, авиации, медицины и крупных промышленных заводов.

Ниша у нас при этом такая, в которую мало кто идёт: высокоточные, ответственные детали. Большинство небольших цехов такие заказы брать не любит, и дело даже не в станках.

А в июне этого года на площадке, где мы арендовали цех, случилось происшествие. Производство встало, и сейчас мы переезжаем и запускаемся заново на новом месте. Расскажу, как этот бизнес устроен, почему мы сознательно залезли туда, куда другие не хотят, и что с производством происходит сейчас.

Статья написана на основе интервью с Александром Зайцевым, владельцем пункта замены масла.

В 2022 году у меня на складе стояло семьдесят бочек моторного масла: Shell, Castrol, Mobil. По нынешним ценам в бочках лежало три с половиной миллиона, а с фасовкой на полках — около пяти. Этот ассортимент я собирал двенадцать лет, а потом бренды ушли из страны разом. Тогда мне казалось, что это и есть дно. На самом деле я только начал падать.

Но чтобы было понятно, что именно я тогда терял, расскажу сначала, как этот бизнес был устроен.

Построил ангар на перекрёстке пяти районов

Пятнадцать лет назад у меня был магазин сельхоззапчастей, такой центр технического снабжения для предприятий и организаций. Поставщики возили туда и индустриальные масла, и моторные для легковых машин, так что тема была знакомая, и заниматься ей мне было интересно. Когда я стал открывать новую локацию, решил сделать её масляной: магазин плюс пункт замены, чтобы человек купил масло и тут же его поменял.

Есть у нас на окраине города большой перекрёсток. Центральную часть города окружают четыре отдельных района, в каждом живёт около пяти тысяч человек, и все, кто едет из районов на работу и обратно, проезжают через это место. Моя точка стояла там на первой линии.

Статья написана на основе интервью с Еленой Наумовой, основательницей Granola.Lab.

История началась с моего увольнения. У меня была хорошая работа с высокой зарплатой, командировки, перспективы. Семь лет я проработала корреспондентом на федеральном телеканале. В июне 2015 года я вышла из офиса с трудовой книжкой в руках и совершенно не представляла, что делать дальше. Думала дать себе передышку до сентября: летом на телевидении низкий сезон, все интересные проекты стартуют осенью. Хотела получить права, походить по музеям, записаться в кулинарную школу. А через неделю проснулась с мыслью готовить гранолу на продажу.

Начало на домашней кухне

Рецепт я за год до этого увидела в австралийском блоге. Смесь хлопьев, орехов и сухофруктов, запечённая с мёдом и специями, оказалась тем завтраком, который мне был нужен: полезный, вкусный и долго хранится. В моём репортёрском графике времени стоять у плиты почти не было, поэтому я тратила три часа раз в месяц и потом целый месяц это ела. В то утро в голове как будто сошлись пазлы. Я и сама была тем человеком, который ходит на городские маркеты и покупает у локальных производителей, для меня пометка «сделано в России» всегда было поводом купить продукт, а не бежать от него.