Новости рынков | В Газпромнефти отметили, что нефть и газ менее монополизированы, чем ВИЭ — Денис Демин

Он напомнил, что сейчас мнение о чистой энергетике меняется в сторону не просто чистой, но еще и доступной по технологии и цене, и это ближе к реальности в мире, где почти миллиард человек испытывает энергетическую бедность.

Демин заметил, что страны сейчас в первую очередь стремятся обеспечить энергобезопасность — так, США за последние годы активно наращивали производство углеводородов и стали уже крупными экспортерами нефти, нефтепродуктов и сжиженного природного газа (СПГ).

В то же время Китай на сегодня стал доминирующим производителем возобновляемой энергетики и производителем всего, что с ней связано, решив и проблему снижения собственной энергозависимости, и освоения крупных технологических рынков.

Евросоюз последовательно боролся с зависимостью от импорта углеводородов из России, но результат оказался неоднозначным — снизилась зависимость от российских углеводородов, но выросла — от американского СПГ, сказал Демин. При этом в области ВИЭ ЕС признал зависимость от Китая — около 90% солнечных панелей Европы производится в КНР. Демин также заметил, что примерно 1 млн лопаток ветряков, которые крутятся сейчас в мире, в ближайшие 20 лет придется буквально закопать. «Конечно, отрасль работает над путями утилизации, но пока массовых технологий здесь не придумано. С солнечными панелями ситуация примерно такая же», — сказал он.

«ВИЭ молодая отрасль, она пока не прошла путь по формированию полного цикла стоимости», — добавил представитель «Газпром нефти».

В то же время «нефть, а рядом с ней на самом деле и газ, является одним из наименее централизованных с точки зрения предложения, наименее монополизированных источников энергии — нефтяной рынок самый ликвидный товарный рынок в мире».

«Больше половины мировой добываемой нефти продается на международных рынках и стоит примерно одинаково в разных уголках мира. США, которые являются крупнейшим производителем нефти, занимают около 20%, что незначительно по сравнению с долей, например, Китая на рынке электромобилей или тем более в производстве лития или солнечных панелей», — сказал Демин, добавив, что и технология двигателей внутреннего сгорания также широко доступна.

Кроме того, нефть доминирует в транспортном секторе, несмотря на большой рост числа электромобилей — альтернатив ей, по большому счету, нет ни во флоте, ни в авиации.

Демин также заметил, что в нефтянке по всей цепочке — от геологоразведки до АЗС — стараются минимизировать влияние на окружающую среду, используя в том числе самые передовые технологии — биотехнологии, БПЛА, искуственный интеллект.

«ВИЭ дают возможность не сократить глобальные выбросы, а скорее не увеличивать. Необходимое решение для сокращения выбросов — технологии улавливания и хранения СО2, которые никто, кроме нефтегазовой отрасли, сделать не сможет, потому что это наши компетенции, и мы уже это делаем», — сказал он. «Но здесь нужны финансовые стимулы, потому что тот международный рынок добровольных выбросов, который сейчас существует, и цены — недостаточны, чтобы человечество могло полностью задействовать эту технологию», — считает Демин.

Он также заметил, что несмотря на то, что извлечение нефти и газа становится сложнее по всему миру и это требует активных инвестиций в технологии, в 2024 году цены с учетом инфляции примерно те же, что и 20 лет назад. Это главная заслуга нефтяной отрасли — обеспечение мира доступной энергией несмотря на усложнение процесса добычи ресурсов.

Глава департамента IR «НОВАТЭКа» Александр Назаров, в свою очередь, напомнил о прогнозах роста населения планеты и его энергопотребления и заметил, что за свою историю человечество не отказалось от потребления ни одного вида энергии. «Был угольный век, а сейчас мы потребляем угля больше, чем в угольный век. Дров жжем больше, чем в средние века, просто потому что нас гораздо больше», — заметил он.

Назаров также согласился, что сейчас разные страны выбирают свои энергобалансы, основываясь на энергобезопасности, то есть наличия энергоресурсов у себя в стране.

По его словам, необходимость обеспечения энергобезопасности приводит к тому, что страны принимают решения о вводе энергомощностей не самых чистых, а самых доступных видов энергии. Кроме того, вводятся искусственные барьеры между государствами. Он добавил, что в последние два года цены на нефть и на газ примерно равны в пересчете на нефтяной эквивалент, а уголь — стоит примерно $25 за бар, поэтому его потребление увеличивается.

www.interfax.ru/business/992746