Новости рынков | Кремль наблюдает за тем, как его иранский союзник резко ослабевает из-за израильских авиаударов, и извлекает из этого выгоду — CNN

В основе сложных отношений Кремля с Ближним Востоком долгое время лежала неловкая напряжённость.

С одной стороны, Россия традиционно имела там прочные союзы и экономическое влияние.

С другой стороны, будучи одним из крупнейших в мире производителей нефти и газа, Россия получает выгоду, когда в богатом энергоресурсами регионе что-то идёт не так и рынки начинают паниковать.

Именно это и происходит сейчас: Кремль наблюдает за тем, как его иранский союзник резко ослабевает из-за израильских авиаударов, и извлекает из этого выгоду.

На первый взгляд, России есть что терять.

Иран был особенно полезным «стратегическим партнёром» для Кремля, не только разделяя презрение к западным ценностям и влиянию, но и поставляя российским военным огромные эскадрильи беспилотников «Шахед», что позволяло вести непрекращающиеся бомбардировки Украины.

Большая часть производства этих дронов, по общему признанию, уже давно переместилась в Россию. Но теперь, когда украинские дроны наносят удары по российским производственным объектам в глубине страны, эти некогда надёжные иранские поставки могут в конечном итоге прекратиться.

Кремль также испытывает слабое, но болезненное чувство унижения из-за того, что ему приходится стоять в стороне и наблюдать, как ещё один ключевой союзник на Ближнем Востоке подвергается жестоким бомбардировкам, не имея возможности или желания вмешаться.

Москва, разумеется, выступила с резкими заявлениями, осудив «незаконные» атаки Израиля на ядерные объекты Ирана и добавив, что эти удары создают «неприемлемые угрозы международной безопасности».

Он также обвинил западные страны в манипулировании ситуацией с целью «свести политические счёты».

Но предполагаемый союз России с Ираном никогда не распространялся на защиту Исламской Республики, и Кремль не предлагал никакой военной поддержки.

Безусловно, крах иранского режима, который сейчас является очевидной целью Израиля, добавит Иран к растущему списку потерянных Кремлём ближневосточных союзников и государств-клиентов, включая Ирак, Ливию и, совсем недавно, Сирию.

Но вот снова это неловкое напряжение: дела в Москве не так плохи, как может показаться. На самом деле этот последний ближневосточный конфликт очень кстати для Кремля.

Помимо долгожданной финансовой прибыли, полученной благодаря росту цен на сырую нефть, ирано-израильский конфликт также открывает дипломатические возможности для Кремля, который годами находился в международной изоляции из-за войны в Украине.

Россия никогда не переставала считать себя крупным игроком в международной дипломатии, имеющим законное право сидеть за главным столом рядом с США и Китаем.

Теперь у Кремля есть вопрос, по которому он может совместно и продуктивно сотрудничать с Соединёнными Штатами и, возможно, стать незаменимым партнёром США, когда дело дойдёт до восстановления региона.

Будучи единственным крупным политическим лидером, имеющим прямые связи с иранцами, израильтянами и Соединёнными Штатами, президент России Владимир Путин уже сейчас осторожно использует своё ключевое положение, сигнализируя о своей готовности выступить в качестве посредника и представляя Россию в качестве важного силового игрока на Ближнем Востоке.

Во время недавнего звонка в Белый дом Путин напомнил президенту Дональду Трампу, что Россия долгое время была союзником США в иранском ядерном вопросе, — явный намёк на то, что он готов снова стать таковым.

Судя по всему, Белый дом может быть открыт для этой идеи: после звонка президент Трамп выразил готовность рассмотреть российского лидера в качестве потенциального посредника в конфликте.

С начала второго президентского срока Дональда Трампа Вашингтон и Москва отчаянно пытаются найти способы расширить свои отношения за пределы узкого круга вопросов, связанных с конфликтом на Украине. Судьба Ирана и его ядерные амбиции неожиданно вновь стали предметом обсуждения — наряду с Арктикой, экономическим сотрудничеством и освоением космоса — как ещё одна область потенциального общего интереса.

Для Кремля — и, возможно, для президента Трампа тоже — это большая удача.

edition.cnn.com/2025/06/18/middleeast/russia-iran-israel-conflict-ally-analysis-hnk-intl