Японская иена после очередной попытки преодолеть ключевой уровень, резко перешла к укреплению, но снова пытается развернуться. Дифференциал процентных ставок, подпитываемый ожиданиями по ставке ФРС, оказывал устойчивое восходящее давление на пару, которая стремилась преодолеть психологический барьер, установленный Банком Японии.

Министерство финансов и сами японские чиновники прямо предупреждали о готовности к «решительным» действиям и подчеркивали координацию с США. Однако даже при формально ястребиной риторике Банка Японии реальная процентная ставка в стране оставалась отрицательной. Тогда же японский регулятор принял решение сохранить ключевую ставку на уровне 0,75%, однако изучение итогов голосования выявило серьезный раскол внутри совета — решение было принято большинством 6 против 3. Кадзуо Уэда фактически дал понять, что июньское повышение возможно, если спад роста окажется умеренным.

В своём квартальном прогнозе банк повысил прогноз базовой инфляции на 2026 финансовый год до 2,8% с предыдущих 1,9%, сославшись на высокие цены на нефть, одновременно срезав прогноз роста ВВП до 0,5% с 1,0% из-за ослабления внутреннего импульса.

Евро отступил от локальной вершины, достигнутой ранее в ходе роста, и продолжил колебаться ниже в ограниченном диапазоне. Это было связано с рыночными ожиданиями резкого расхождения в темпах роста экономик США и Еврозоны, а также бегством капитала в защитный доллар из-за углубляющегося энергетического кризиса. К тому же, второй раунд ирано-американских переговоров фактически провалился, а Трамп настаивал, чтобы ядерный вопрос был включён в переговоры с самого начала.

Кроме того, флэш-индекс Composite PMI еврозоны рухнул до 48,6 с 50,7, то есть в зону сокращения, причём услуги провалились до 47,4, а новые заказы и спрос на услуги ослабли сильнее, чем ожидалось. В свою очередь, ЕЦБ сохранил процентные ставки без изменений в третий раз подряд — депозитная ставка осталась на уровне 2%, основная ставка рефинансирования — 2,15%. На пресс-конференции Лагард заявила, что решение было единогласным, хотя рассматривался и вариант повышения ставки, и что дискуссия была сосредоточена вокруг понимания того, что ЕЦБ «определённо отходит» от своего базового сценария.

Золото за прошедший период начало снова снижаться после того, как коррекционный рост столкнулся с ощутимым барьером. Появление признаков возможного прекращения огня и снижения напряженности в ближневосточном регионе резко сократило «премию за риск», вынуждая спекулятивных игроков закрывать длинные позиции в защитных активах.

Таким образом, золото оказалось в сложном переплетении геополитики и денежно-кредитной политики. Война в Персидском заливе превратилась в источник одновременно проинфляционного и монетарного давления, разрушающего спрос на не приносящий доходности актив, поскольку сырьё и нефть задают инфляцию, а инфляция — рамку для денежной политики. Скачок инфляции, вызванный энергетическим шоком, усилил ожидания того, что ФРС будет удерживать ставки выше на более длительный срок.

Если в начале периода надежды на улучшение американо-иранской дипломатии давила на доллар, поддерживая рост золота, то во второй половине тупик в переговорах усилил инфляционные опасения, вызвав бегство в доллар США, а высокие цены на нефть вынуждают ФРС отказаться от снижения ставок.

Канадский доллар продолжил заметно укрепляться за прошедший период и достиг локальных максимумов, полностью нивелировав слабость в течение марта. Ключевым фактором этого укрепления были надежды на дипломатическое урегулирование конфликта на Ближнем Востоке, которые подняли риск-аппетит на рынках и давили на доллар США. При этом сопровождавшееся одновременное снижение цен на нефть не оказали заметного влияния на это движение, поскольку потеря защитной премии доллара перевесило отрицательный нефтяной импульс.

Ко всему прочему, внутренняя статистика Канады носила противоречивый характер, что на короткое время замедлила падение пары, вернув к росту, но не смогла развернуть тенденцию. В частности, индекс потребительских цен за март вырос на 2,4% в годовом исчислении, ускорившись с 1,8% в феврале. Основным драйвером ускорения стали цены на энергоносители: на месячной основе энергетика выросла на 13,1%, а цены на бензин — на 21,2%, что является крупнейшим месячным ростом в истории наблюдений. При этом, базовая инфляция оставалась умеренной: CPI-trim снизился до 2,2% с 2,3%. Это заставило рынок изменить ожидания по поводу снижения ставок, а Scotiabank даже прогнозирует три повышения ставки во второй половине 2026 года.

Британский фунт в прошедший период продолжил восстановление, несмотря на то что открылся с гэпом вниз, и вышел на очередные локальные максимумы, где продолжил закрепляться на новой высоте.

С начала периода пара испытала давление из-за провала переговоров США и Ирана, угрозы блокады Ормузского пролива и последовавшего скачка цен на нефть, однако затем получила существенную поддержку, позволившую стремительно прибавить в росте, поскольку американская производственная инфляция оказалась слабее ожиданий: PPI вырос на 0,5% м/м против консенсуса 1,1%, а годовой показатель составил 4,0%, что ослабило доллар.

Вместе с тем, статистика по ВВП Великобритании за февраль показала рост на 0,5% после роста на 0,1% в январе — при этом сектор услуг прибавил 0,5%, а промышленное производство показало рост на 1,2%. Британская экономика расширилась более резкими темпами, чем прогнозировалось, что стало самым сильным месячным приростом с января 2024 года.

В свою очередь, данные по инфляции за мар

Нефть заметно снизилась за прошедший период до локального минимума, после чего продолжила стабилизироваться на более низких уровнях.

Резкое обрушение с максимальных отметок в район 94$ состоялось после согласия Трампа на двухнедельную приостановку ударов по Ирану при условии безопасного и немедленного открытия Ормузского пролива. Рынок мгновенно вычеркнул из цены значительную часть военной надбавки за риск срыва поставок через маршрут, через который обычно проходит около пятой части мировых потоков нефти и СПГ. По данным Kpler, к тому моменту в Персидском заливе в режиме ожидания находились 187 гружёных танкеров с 172 миллионами баррелей нефти.

Однако цена снова частично отыграла обратно, поскольку не было никаких признаков того, что ранее достигнутое соглашение об открытии Ормузского пролива реализуется. В свою очередь, после провала переговоров Трамп объявил о начале военно-морской блокады иранских портов.

Следующая волна резкого снижения до $88-89 за баррель состоялась, когда Израиль и Ливан договорились о десятидневном перемирии и почти следом появилось заявление от министра иностранных дел Ирана Аббаса Арагчи о полном открытии Ормузского пролива для коммерческого судоходства на период действия перемирия.

Японская иена продолжает разнонаправленно колебаться в ограниченном коридоре, продолжая тестировать психологический рубеж 160, который продолжает оставаться непреодолимым барьером.

Пара застряла между стагфляционным риском из-за войны в Иране и страхом перед интервенционной риторикой японского правительства по поводу слишком слабой иены, которая игнорировала свою историческую роль «тихой гавани», поскольку инвесторы фокусировались на рисках для экономики и расширяющемся дефиците счета текущих операций. Вербальные интервенции официальных лиц, указывающие на «чрезмерную волатильность», создали временный потолок, который спекулянты побоялись пробивать без дополнительного фундаментального импульса. В то же время, рост нефтяных цен механически увеличивает отток иен из страны: японские компании вынуждены продавать всё больше национальной валюты для оплаты долларовых нефтяных контрактов.

Помимо этого, публикация данных по индексу потребительских цен (CPI) в США за март, показавшая ускорение инфляции до 3,26% в годовом исчислении и внушительные 0,87% месячного прироста, заставила пересмотреть ожидания скорого смягчения политики ФРС. В Японии индекс корпоративных цен BOJ вырос на 0,8% м/м и на 2,6% г/г, что поддерживает аргументы в пользу будущего ужесточения BOJ, но одновременно ухудшает прогноз роста.

Евро начал восстанавливаться и вырос до локальных максимумов после того, как обнаружил существенную поддержку, позволившую начать разворот. Основным фактором для роста стало снижение доллара, который оказался на пути к крупнейшему недельному снижению с января, на фоне позитивных новостей по деэскалации конфликта США с Ираном.

К тому же, опубликованная статистика в еврозоне показала, что инфляция за март была недооценена: индекс потребительских цен (HICP) вырос до 2,6% против февральских 1,9%, заставив инвесторов начать экстренно закладывать в цену отказ ЕЦБ от планируемого смягчения политики. При этом индекс потребительских настроений Sentix рухнул до -19,2 в апреле против -3,1 в марте — минимум за год, отразив коллапс инвесторской уверенности в еврозоне под давлением энергетического шока.

В то же время, американский CPI зафиксировал годовой рост на уровне 3,3%, а месячный скачок на 0,9% стал самым высоким с 2022 года, доллар не получил ожидаемой поддержки из-за обрушения индекса потребительских настроений до исторического минимума в 47,6 пункта. Трейдеры начали сомневаться в способности ФРС продолжать жесткую политику без риска глубокой рецессии, в то время как ЕЦБ, устами Кристин Лагард, начал готовить почву для возможного повышения ставок в сценарии, где инфляция может достичь 4,2%.

Золото весь прошедший период поступательно восстанавливалось, отыграв почти половину предыдущего снижения на фоне снижения доллара и осторожных надеждах на деэскалацию конфликта на Ближнем Востоке. Вопреки логике, геополитическая эскалация на определенном этапе оказала на металл понижательное давление, поскольку нефтяной шок усилил инфляционные ожидания и заставил рынок пересматривать вероятность снижения ставок. В свою очередь, надежды на перемирие заставило рынок закладывать сценарий более низких энергетических цен и, следовательно, меньшего инфляционного давления и более мягкой траектории ставок.

Вместе с тем, несколько позже вышли минуты FOMC, и они были заметно жёстче: часть членов ФРС уже считала, что при устойчиво повышенной инфляции могут понадобиться даже повышения ставки; в документе также было сказано, что почти все участники пересмотрели прогноз инфляции на 2026 год вверх из-за нефтяного шока, а закрытие Ормуза дольше чем на несколько месяцев существенно ухудшило бы картину.

Канадский доллар достиг минимума за несколько месяцев, после чего начал разворачиваться, отыграв часть предыдущих потерь. Пара росла на фоне роста геополитической премии за риск и спроса на доллар как на защитный актив. Тем не менее, высокие цены на нефть выступали сдерживающим фактором, однако не смогли перевесить опасения, что экономический ущерб от шока окажется важнее нефтяной поддержки: инфляция давит на канадскую экономику через импортные издержки, а риски рецессии у торговых партнёров подрывают спрос на экспорт.

Несмотря на то, что ВВП Канады в январе вырос на 0,1% против ожиданий нулевого роста, сам отчёт оказался слабым, поскольку промышленность росла лишь за счёт добычи, строительства и нефтегаза, тогда как обрабатывающая промышленность просела на 1,4%.

Вместе с тем, Банк Канады признал, что из-за высокой глобальной неопределённости ему придётся в большей степени полагаться на собственное суждение при принятии решений по ставке. Это важный сигнал, потому что он означает не готовность к жёсткой предсказуемой реакции, а режим выжидания.