США и Иран заключат мир? Историческое соглашение или просто перерыв в боевых действиях? Почему не все верят в эту сделку.

16.06.2026

19 июня США и Иран должны подписать мирное соглашение. Хотя оно еще может сорваться, сообщение о возможной сделке вызвали всплеск оптимизма и возмущения, а также внутриполитическую борьбу в обеих странах. 

Многие детали предполагаемой сделки остаются неясными, являясь предметом политических разногласий. Более того, даже в случае ее заключения Тегераном и Вашингтоном 19 июня, рамочный документ, по имеющимся данным, отодвигает решение ряда принципиальных вопросов, в том числе, спора вокруг иранской ядерной программы, на последующие после подписания 60 дней.

Что выиграют от сделки США и Иран?

Бабак Дорбейки, лондонский политический аналитик, в прошлом сотрудник Иранского центра стратегических исследований (CSR), говорит, что готовящаяся сделка, по-видимому, в краткосрочной перспективе предлагает каждой стороне определенные тактические преимущества, одновременно откладывая решение наиболее сложных вопросов на потом.

«Среди основных выгод для Ирана — прекращение американской морской блокады его территории, временное <a class=»internal-link" href=«www. dw.com/ru/strategiceskie-zapasy-nefti-v-mire-taut-kak-nadolgo-ih-hvatit/a-77344149»>облегчение условий для продажи нефти

, а также письменное заявление США о признании и уважении суверенитета Исламской Республики", — пояснил он в интервью DW. И добавил, что власти в Тегеране могут также рассматривать будущие договоренности как инструмент для сохранения своей легитимности внутри страны, демонстрируя, что они не сдались под внешним давлением. При этом Дорбейки также перечислил проблемные положения, которые остаются чувствительными для Ирана. 

Так, представленный американцами вариант соглашения, по-видимому, предполагает гораздо более жесткие условия в отношении иранской ядерной программы, включая вывоз обогащенного урана за пределы страны и долгосрочный мониторинг. В то время как из заявлений Тегерана следует, что само обогащение может сохраниться в той или иной форме. Дорбейки уверен, две эти позиции трудно совместимы.

Для Вашингтона, продолжает аналитик, выгоды соглашения заключаются в другом — оно положит конец дорогостоящей военной операции, снизит давление на мировой энергорынок и потенциально позволит добиться в ядерном вопросе большего прогресса, чем это было бы возможно в рамках более узкой системы контроля над вооружениями.

Однако он также предупредил, что Соединенные Штаты по-прежнему сталкиваются с проблемами проверки выполнения договоренностей, внутриполитическими разногласиями и сопротивлением со стороны произраильских сил, недовольных любым соглашением, которое не затрагивает более широкую роль Ирана в регионе.

Израиль — не сторона соглашения, но может повлиять на его будущее

Одной из наиболее очевидных слабостей будущей сделки является то, что Израиль формально не участвует в ней, хотя происходящее глубоко затрагивает его интересы. Это значимый момент, поскольку разрешение ряда наиболее острых региональных конфликтов, особенно в Ливане, во многом зависит от действий Израиля. 

Бабак Дорбейки назвал данное обстоятельство одним из структурно слабых мест договоренностей. По его мнению, Вашингтон может быть готов принять рамочное соглашение, которое снизит непосредственные риски и восстановит стабильность на море. В то время как Израиль может продолжить самостоятельно проводить военные операции в секторе Газа, Ливане или Сирии, если сочтет, что заключенные договоренности недостаточно учитывают его интересы.

Такая возможность вызвала критику и внутри Ирана. Британская газета The Guardian написала, что иранские сторонники жесткой линии осудили сделку как унизительный компромисс, утверждая, что она не обеспечивает Тегерану ни гарантий компенсации ущерба, ни всеобъемлющего смягчения санкций, ни устойчивого укрепления безопасности. 

Сделка на основе взаимных небольших уступок

Реза Алиджани, иранский политический аналитик, проживающий в Париже, считает, что будущее соглашение следует воспринимать, в первую очередь, как рамочный меморандум, а не как полноценное решение всех спорных вопросов. «Это ограниченная по масштабу сделка на основе взаимных небольших уступок», — уточнил он в беседе с DW.

Тегеран, предположил Алиджани, похоже, согласился на открытие Ормузского пролива и возвращение — по крайней мере в принципе — к довоенным условиям судоходства, в то время как США, судя по всему, готовы ослабить морскую блокаду. 

Алиджани также упомянул Ливан в качестве одного из наиболее показательных аспектов договоренностей. По его мнению, Тегеран, судя по всему, отреагировал с опозданием и осторожностью на продолжающиеся израильские удары по Бейруту. Что указывает на возможную готовность Ирана оставить часть разногласий без решения ради достижения более масштабного снижения напряженности.

Некоторые из более амбициозных иранских требований, включая денежную компенсацию за нанесенный ущерб, полный вывод американских войск из региона или введение налогов на суда, проходящие через Ормузский пролив, теперь, говорит аналитик, похоже, либо значительно смягчены, либо фактически исключены из соглашения. Вопрос гарантий, по его оценке, остается очень важным, а практический путь к реализации сделки пока далеко не ясен. 

Историческое соглашение или просто перерыв в боевых действиях?

Самым важным достижением сторон, вероятно, является позитивное изменение политической атмосферы, констатируют наблюдатели. Формулировки о прекращении огня, запланированная церемония подписания и публичная поддержка со стороны Пакистана и Трампа — все это свидетельствует о значительном шаге вперед.

Однако противоречивые высказывания по поводу санкций, иранской ядерной программы, Ливана, Ормузского пролива и механизмов обеспечения соблюдения соглашения показывают, что объявить о сделке может быть проще, чем ее выполнить.

Договоренности могут оказаться достаточно эффективными, чтобы остановить боевые действия — на данный момент. Удовлетворяют ли они ключевые требования всех сторон или просто откладывают следующий раунд противостояния, вероятно, станет понятно лишь в течение следующих после пятничного подписания документов в Швейцарии 60 дней.