«Мечел»: и сложно, и трудно

В последние 2,5 месяца акции «Мечела» медленно дорожали и лишь на нынешней неделе стало заметным изменение их курса: 3 января они стоили 104,83 рубля за одну ценную бумагу, 20 марта — 129,18 рублей, теперь же — 123,40 рублей.

На приближение их к отметке 130 рублей, похоже, оказало влияние появление новостей о готовящейся программе поддержки угольный предприятий путем предоставления субсидий в размере 100 млрд рублей, отсрочек по налогам и страховым платежам. «Мечел» владеет «Якутуглем» и «Южным Кузбассом» и по идее меры стимулирования угольной отрасли должны их затронуть.

Впрочем, до запуска вышеупомянутой программы еще далеко, пока же интересно рассмотреть положение дел в «Мечеле» и, судя по его отчетности, оно не очень-то и радует — в минувшем году выручка сократилась на 5% почти до 387,5 млрд рублей, EBITDA — на 35% до 55,9 млрд рублей. «Мечел» получил свыше 37,1 млрд рублей убытка против чистой прибыли в размере 22,3 млрд рублей в 2023 году.

Чистый же долг «Мечела» увеличился на 4% до 259,4 млрд рублей, его отношение к EBITDA составило 4,6 по сравнению с 2,9 по итогам позапрошлого года.

На данном фоне добыча угля в 2024 году выросла на ничтожные 5% до 10,9 млн тонн, выплавка чугуна уменьшилась на 6% до 3 млн тонн, стали — на 4% до 3,3 млн тонн. Реализация коксующегося угля подскочила на 30% до 4 млн тонн, энергетического — на 28% до 3 млн тонн, железорудного концентрата — на 43% до 1,5 млн тонн.

Входящие в «Мечел» металлургические предприятия подняли продажи сортового проката на 2% до 2,4 млн тонн и опустили плоского — на 41% до 219 тыс. тонн, метизов — на 14% до 391 тыс. тонн, штампованных изделий — на 8% до 57 тыс. тонн, кованных — на 41% до 34 тыс. тонн.

В общем-то ожидаемо: в условиях санкций против России экспорт сильно затруднен (в Европу он почти нереален), внутренний же рынок весь уголь и стальную продукцию «Мечела» вряд ли поглотит, конкурентов же у него на нем полно (например, по сортовому прокату ему надо сражаться за заказы с «Евразом», «Северсталью», Магнитогорским металлургическим комбинатом, «Промсортом», «Новосталью-М», «УМК-Сталью», не считая крупных сетевых трейдеров).

Перспективы же «Мечела» на ближайшие годы выглядят не особо оптимистичными. Совершенно очевидно, что сильного роста в строительном комплексе, в который идут значительные объемы продукции «Мечела», вряд ли стоит ожидать — число новых проектов по возведению жилья и коммерческой недвижимости упало, предприятий возводится не так уж и много (плюс еще легкие стальные конструкции теснят арматуру и балки), железных дорог будут мало прокладываться. У машиностроения спрос тоже ограничен — высокая ключевая ставка давит на всю экономику.

Уповать же на подъем продаж угля не приходится — его доля в энергетике России постепенно падает, глобальный же рынок переполнен углем из Индонезии, Австралии, Монголии, США, Канады, Колумбии, ЮАР. Его ключевые потребители — Китай, Индия, Турция, Тайвань, Япония, Вьетнам, Филиппины, Малайзия, Таиланд имеют богатый выбор поставщиков и могут фактически им диктовать цены (помимо проводимого на Тайване, в КНР, Японии и Южной Кореи курса по декарбонизации энергетики).

В подобной ситуации «Мечел», по сути, зажат на слабом внутреннем рынке, его доходы сокращаются, зато долги-то расширяются. Принадлежащий ему Белорецкий металлургический комбинат хочет обанкротить мало кому известный в масштабах нашей страны индивидуальный предприниматель — это очень показательная ситуация.

И если положение дел не изменится, то финансовое состояние «Мечела» будет ухудшаться до критического уровня, откуда до распада рукой подать. Впрочем, будем надеяться на таланты его управленческого корпуса и улучшение конъюнктуры.