Копипаст | Статья Нуриэля Рубини о будущей динамике доллара США и монетарной политики разных стран мира.

Копипаст: http://www.vestifinance.ru/articles/56899

Рубини: доллар вышел на тропу войны.

Слабеющий внутренний спрос во многих странах с развитой и развивающейся экономикой вынуждает политиков стимулировать рост ВВП и занятость населения за счет наращивания экспорта. 

Для реализации этой идеи необходимо ослабить валюту, чего можно добиться с помощью традиционных и нетрадиционных стимулирующих монетарных мер. 

С начала года более 20 центральных банков по всему миру ослабили денежно-кредитную политику, следуя примеру Европейского центрального банка и Банка Японии, в результате чего началась глобальная «валютная война», и, как отмечает профессор экономики университета Нью-Йорка и глава Roubini Global Economics LLC Нуриэль Рубини в своей статье на Project Syndicate, рано или поздно США будут вынуждены принять в ней участие

Профессор экономики Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини считает, что «наступление роботов» может подорвать глобальную экономику.

«Периферийные страны еврозоны нуждались в ослаблении валюты, чтобы снизить свои внешние дефициты и подтолкнуть рост, но слабость евро, вызванная количественным смягчением, еще сильнее дала новый толчок профициту текущего счета Германии, который уже составлял колоссальные 8% ВВП, в прошлом году. С ростом внешних избытков в других центральных странах еврозоны общий дисбаланс валютного союза является большим и продолжает расти.

В Японии количественное смягчение было первой „стрелой“ абэномики — программы реформ, предложенных премьер-министром Синдзо Абэ. Ее запуск резко ослабил иену и теперь привел к росту положительного сальдо торгового баланса.

Давление на доллар США в результате запуска программ количественного смягчения ЕЦБ и Банком Японии было довольно значительным. Доллар также укрепился по отношению к валютам экспортеров сырьевых товаров развитых стран, таких как Австралия и Канада, и многих развивающихся рынков. Для этих стран падение цен на нефть и сырьевые товары вызвало понижение валютного курса, который помогает защитить экономический рост и рынок труда от последствий снижения экспорта.

Доллар также вырос по отношению к валютам развивающихся рынков, экономически и финансово слабых: двойные дефициты бюджетных и текущих счетов, рост инфляции и замедление роста, большие запасы внутреннего и внешнего долга, а также политическая нестабильность. Даже Китай на короткое время позволил своей валюте ослабнуть против доллара в прошлом году, причем текущее замедление роста производства может соблазнить правительство прибегнуть к еще большему ослаблению юаня. Между тем, положительное сальдо торгового баланса снова растет, отчасти потому, что Китай выбрасывает свои избыточные товары — такие как сталь — на мировые рынки по демпинговым ценам.

До недавнего времени американские политики не были чрезмерно обеспокоены силой доллара, потому что перспективы роста экономики США были сильнее, чем в Европе и Японии. Действительно, в начале года была надежда, что в этом году спрос на внутреннем рынке США будет достаточно сильным, чтобы поддержать рост ВВП до около 3%, несмотря на укрепление доллара. Считалось, что снижение цен на нефть и создание рабочих мест будут стимулировать доступный доход и потребление. Расходы капитала (за исключением энергетического сектора) и инвестиции в жилищное строительство укрепятся, поскольку ускорится экономический рост.

Но сегодня все выглядит иначе, и испуг американских чиновников по поводу обменного курса становится все более выраженным. Доллар вырос гораздо быстрее, чем кто-либо ожидал, и, как показывают данные за I квартал 2015 года, влияние на чистый экспорт, инфляция и рост были больше и более быстрыми, чем следует из статистических моделей директивных органов. Кроме того, высокий внутренний спрос не оправдался: потребительский рост в I квартале был слабым, а расходы капитала и инвестиции в жилье были еще слабее.

В результате США фактически присоединились к „валютной войне“, чтобы предотвратить дальнейшее укрепление доллара. ФРС начала говорить о долларе как о факторе, который влияет на чистый экспорт, инфляцию и рост. И американские власти стали более критически относится к Германии и еврозоне за принятые ими политики, которые ослабляют евро, избегая, например, такие меры, как временное налогово-бюджетное стимулирование и более быстрый рост заработной платы, что стимулирует внутренний спрос.

Кроме того, словесная интервенция будет сопровождаться политическим действием, потому что более медленный рост и низкая инфляция, отчасти вызванные сильным долларом, вынудят ФРС выйти из политики нулевой процентной ставки позже и медленнее, чем ожидалось. Это обратит вспять некоторые из недавних достижений доллара и защитит рост и инфляцию от рисков снижения.

Валютные разногласия могут привести в конечном итоге к разногласиям торговым, и валютные войны могут привести к торговым войнам. И что может означать неприятности для США, которые пытаются заключить мегарегиональное Транс-Тихоокеанское партнерство. Неуверенность в том, что администрация Обамы сможет набрать достаточное количество голосов в конгрессе, для того чтобы ратифицировать ТТП, в настоящее время усугубляется законодательными предложениями, которые предлагают накладывать таможенные пошлины на страны, участвующие в „валютных манипуляциях“. Если такая связь между торговой и валютной политикой будет навязана ТТП, азиатские участники откажутся присоединиться.

Мир был бы лучше, если бы большинство правительств проводили политику, которая стимулирует рост внутреннего спроса, а не „экспортные меры“, нацеленные на разорение соседа. Но это потребовало бы от них меньше полагаться на денежно-кредитную политику и больше на соответствующие налогово-бюджетные меры (например, увеличение расходов на производственную инфраструктуру). Даже политика доходов, которая повышает зарплату и, следовательно, трудовые доходы и потребление, является лучшим источником внутреннего роста, чем понижение курса национальной валюты, которое подавляет реальную заработную плату.

Сумма всех торговых балансов в мире равна нулю, что означает, что не все страны могут быть чистыми экспортерами и что валютные войны в конечном итоге – это игры с нулевой суммой. Именно поэтому вступление Америки в борьбу — это только вопрос времени».