Культурные синдромы и фондовый рынок

В 2005 году в Нигерии произошел странный случай — в одной из маршруток пассажир вдруг начал кричать, что его гениталии волшебным образом исчезли, и стал обвинять сидящую рядом женщину в краже.

Вскоре дебошира доставили в полицейских участок, где тот решил написать заявление о краже — однако стоило ему взяться за бумагу, как его мужское достоинство вернулось на свое законное место.



Можно предположить, что этот мужчина сошел с ума или принял что-то запрещенное, но это вовсе не так — с подобным исчезновением столкнулись тысячи людей в Нигерии, Сингапуре и Китае, после чего этот феномен получил название «Коро» или «магическая кража пениса».

При этом «Коро» — это не психическое заболевание, а скорее культурный синдром, потому что он распространен в определенных обществах и культурах. Исследователь Фрэнк Буре объездил Африку и Азию, где тщательно изучил все случаи этой «болезни» — оказывается, все пострадавшие слышали о «краже» перед тем, как пережить ее лично.

Позже он написал книгу «География безумия», в которой объяснил механику этого феномена:

«Существует своего рода причинно-следственный цикл, в котором психическое и физическое состояния связаны таким образом, что одно в некоторой степени меняет другое. Культурные синдромы — и все синдромы в целом — являются результатом таких циклов.

Каждый из нас существует в водовороте веры, предрассудков и тенденций. Добавьте к этому биологию, и поймете, что каждый из нас представляет из себя очень сложный цикл».

Вот еще один пример — приступы паники случаются у 11% американцев, а у немцев этот показатель равняется 3%; тревожное расстройство встречается у 5% жителей США, а в Китае лишь 0,2% населения жалуется на постоянную тревогу. Фрэнк Буре объясняет и эти различия:

«Все эти состояния можно назвать биокультурными, то есть, они формируются как биологией, так и культурой. Это не то же самое, что сказать, что они нереальны. Это говорит о том, что в этой биологической цепи есть и другие звенья».

Различные культурные синдромы влияют и на фондовый рынок, например, через склонность к риску — так американцы считаются наиболее рискованной нацией, в то время как японцы меньше всего любят рисковать.

Вот уже более столетия фондовый рынок США является наиболее сильным в мире — экономисты привыкли объяснять это низкими процентными ставками, которые вынуждают людей вкладываться в акции, а не в облигации и казначейские векселя.

Но дело не только в этом, ведь в Японии ключевая ставка еще ниже, а доходность ее государственных облигаций с 2010 года не превышает 1% годовых — и на японском рынке нет и намека на спекуляции или на бурное ралли.

После того, как в Японии лопнул величайший в истории пузырь активов, простые японцы стараются избегать любого риска — они держат свои деньги в безопасных инструментах и не спекулируют. За это же самое время на рынке США успело надуться три пузыря — технологический, ипотечный и спекулятивный бум IPO, SPAC и биотехов.

Склонность к риску и авантюрам проявляется и в бизнесе — сейчас в Японии насчитывается около 33 тысяч компаний, которые существуют уже более 100 лет; в США же такое долголетие невозможно, потому что ее предприниматели чаще рискуют и идут ва-банк.

Американцам не нужны низкие процентные ставки, чтобы спровоцировать их на риск — так в конце 1990-х ключевая ставка была в районе 6%, но это не помешало надуться гигантскому Пузырю доткомов.

Процентные ставки не вызывают массовых спекуляций, но в сочетании с культурой риска и азартных игр они могут стать сильным спекулятивным эликсиром.

И судя по тому, что происходит с российским рынком, наши инвесторы тоже не прочь рискнуть и испытать свою судьбу — отсюда и безумные полеты в третьем эшелоне, и покупка акций несмотря ни на что. А как вы относитесь к риску? :)