Есть интересный парадокс мировой финансовой системы.
Центральные банки постепенно сокращают долю доллара в резервах, но международные расчеты при этом становятся еще более доллароцентричными.
На первый взгляд — противоречие. На самом деле всё гораздо интереснее.
💵
Три разных доллара
Я бы разделил роль американской валюты на три части.
Первая —
резервная: в чем государства хранят свои накопления.
Вторая —
расчетная: чем компании оплачивают международную торговлю.
Третья —
посредническая: через какую валюту проходят операции между двумя другими валютами.
И вот здесь начинается самое важное. Доля доллара в раскрытых мировых резервах снизилась примерно с
61% в 2019 году до 57,13% в I квартале 2026-го.
Россия и Китай действительно сокращают зависимость от американских активов. Причины понятны: после замораживания российских резервов стало очевидно, что иностранные финансовые активы несут не только рыночный, но и политический риск.
Но расчеты показывают совершенно другую картину. По данным SWIFT, доля доллара в международных платежах за пределами еврозоны выросла с
46,06% в январе 2020 года до 59,58% в июле 2026-го.
Почему? Потому что главный конкурент доллара сейчас — вовсе не юань.
🇨🇳
Почему Китай пока не может просто заменить доллар
Юань развивается: его доля в международных платежах выросла с
1,11% до 2,34% за тот же период. Но разрыв всё еще огромный.
Главная проблема Китая — не масштаб экономики.
Проблема в финансовой инфраструктуре.
Мировой резервной валюте нужны свободное движение капитала, огромный рынок ликвидных активов, понятные правила, возможность быстро купить или продать большие объемы и надежно захеджировать риски.
Китай пока сохраняет серьезный контроль над капиталом и курсом юаня. Для внутренней финансовой стабильности это удобно. Для превращения юаня в полноценную глобальную резервную валюту — ограничение.
Есть и еще более любопытный момент. Представьте индийскую компанию, которая хочет заплатить китайскому поставщику в юанях. Если прямой рынок рупия–юань недостаточно ликвиден, банк может сначала обменять рупии на доллары, а уже потом доллары на юани.
Формально торговля идет без американской валюты. Фактически доллар участвует в операции дважды.
Именно поэтому рост расчетов в национальных валютах еще не означает автоматического падения роли доллара.
🏗
Где находится настоящая битва
На мой взгляд, самое интересное начинается здесь. БРИКС необязательно создавать новую общую валюту. Гораздо важнее построить
собственную финансовую инфраструктуру.
Платежные каналы. Прямые валютные пары. Межгосударственные свопы. Расчетные и депозитарные механизмы. Страхование рисков. Инвестиционные инструменты.
То есть создать систему, в которой рупию можно превратить в юань, реал — в рубль, а полученную валюту затем вложить или использовать в торговле с третьей страной
без обязательной пересадки в доллар.
И вот это уже потенциально меняет правила игры.
Я не жду быстрого исчезновения доллара из мировой экономики. Слишком велика его ликвидность, слишком глубоки американские финансовые рынки и слишком много мировой инфраструктуры уже построено вокруг него.
Но я вполне допускаю другое развитие событий:
доллар может постепенно перестать быть обязательным посредником.
Это намного реалистичнее, чем появление «новой мировой валюты БРИКС».
Если страны создадут собственный финансовый контур, мир может перейти от системы
«один главный финансовый хаб» к системе нескольких конкурирующих хабов.
И тогда доллар останется крупнейшей мировой валютой, но потеряет то, что сегодня делает его по-настоящему уникальным.
💡
Самая сильная дедолларизация — это не запрет доллара. Это ситуация, когда для международной сделки он просто больше не нужен.
🎁 Подарок для роста капитала
Друзья, благодарю всех за поддержку и дарю каждому подписчику моего Телеграм канала свою авторскую книгу «Культура финансов».
Подписывайтесь и забирайте подарок!
Мой сайт
Данная публикация является личным мнением автора. Мнение владельца сайта может не совпадать с мнением автора.