Внебиржевой рынок для валютных операций – является общемировым стандартом.

Хотя такие биржи, как CME, ICE, TFX, Six Swiss Exchange и другие имеют функционал для спотового валютного рынка, основная ликвидность в торговле валютой концентрируется на межбанке чуть менее, чем полностью – стандартная практика торговли в формате Over-The-Counter (OTC) или Direct Dealing.

В России несколько иначе, что обусловлено генезисом валютного рынка, сформированный переходом от плановой к рыночной экономике еще в 90-х.

Фундаментально низкое доверие между контрагентами выдвигало требования к наличию центрального контрагента, способного гарантировать исполнение сделок в рамках понятных и непротиворечивых процедур, устраивающих всех контрагентов.

Наличие ЦК было одно из требований для внешнеторговых операций с Россией, которое в 90-х, начале нулевых выдвигали нерезиденты для концентрации ликвидности и гарантии исполнения конверсионных операций.

На Западе уровень развития финансовой системы был совершенно иным, поэтому и метод функционирования валютного рынка другой.

Резкий рост внебиржевого рынка в России начался с 2022 года после введения полномасштабных санкций – в начале 2024 доля внебиржевого рынка выросла до 50-60% в структуре совокупного валютного оборота, тогда как раньше доминировала биржевая торговля.

Это связано с двумя обстоятельствами.

Первое. В 2019-2021 средняя доля нерезидентов в биржевых торгах на валютном рынке была 36-40% и в пределах точности счетах на внебиржевом рынке РФ, т.к. исторически так сложилось, что нерезиденты использовали Мосбиржу, как основной шлюз для любых внешнеторговых и инвестиционных операций в России.

После введения санкций доля нерезидентов упала до 4-5% на биржевых торгах, — почти на порядок, т.к. свыше 90% в объеме операций среди нерезидентов совершали недружественные страны.

Уход значимого поставщика ликвидности изменил структуру валютного рынка России, а уровень развития финансовой системы РФ достиг такого уровня, что внебиржевой рынок перестал нести системные риски. В итоге обороты стали перемещаться на внебиржевой рынок, но почему?

Второе. Одно из главных преимуществ биржи в виде строгого регулирования и жесткой стандартизации продуктов, инструментов и условий торговли выступает недостатком в условиях санкций, где требуется избирательный и нестандартный подход. Дефицит доллара и евро и особенности внебиржевого рынка, позволяющего использовать большую гибкость и индивидуальный подход в заключении сделок позволили быстро нарастить этот сегмент рынка.

Первый день торгов прошел штатно, но это и неудивительно, т.к. регулятор, Мосбиржа и участники рынка к этому готовились, а в чем уязвимость в контексте принудительного перехода к внебиржевому рынку? Подвожу к главному … Ликвидность.

Валютный рынок на Мосбирже отличался тем, что доступ имели все: физлица, валютные спекулянты, предприниматели, мелкие и средние компании, нерезиденты, помимо финсектора и крупного бизнеса.

Все это сообщество концентрировало собственные валютные средства и создавало ликвидность. Банк России заявил, что «данные внебиржевого рынка являются репрезентативными для определения текущего обменного курса, т.к. с начала 2023 по 11.06.2024 выявлено незначительно отклонение курсов внебиржевого рынка от официального курсов валют, формируемых на биржевом рынке».

Не соглашусь, причинно-следственная связь иная – внебиржевой рынок является производной от биржевого валютного рынка в России.

Теперь внебиржевой рынок представлен банками, брокерами и крупными компаниями, которые практически все отсечены от международного рынка капитала и располагают ограниченными средствами. Это снизит ликвидность, приведет к расширению спрэдов, росту издержек и снижению эффективности рынка.

Важное отличие международного межбанка от российского заключается в том, что в России ключевые участники практически полностью изолированы от глобальной финансовой системы – сравнение не равнозначное.

Соответственно, это может способствовать обострению кризиса ликвидности и падению общей эффективности определения валютного курса.

t.me/spydell_finance/5530