Оказывается, ковидников не надо было....

Больше всего меня поражают наши ученые и профессора!
Как такие интервью публикуют — для меня загадка!

Вот один профессор недавно заявил, что оказывается, ковидников не надо было поголовно класть на ИВЛ, они на ИВЛ помирают из-за залечивания.
«Главное, что мы поняли — пациента с очень низким насыщением крови кислородом, 75% и меньше, не надо немедленно интубировать и переводить на ИВЛ. Для начала достаточно дать ему высокий поток кислорода, положить на живот, и сразу картина может совершенно измениться: например, сатурация поднимется до 95%. Этот момент мы стали понимать четко.»

Но это еще цветочки:
"-Фраза о том, что «ИВЛ убивает», искажает логику. Просто на инвазивную вентиляцию (через трубку) переводят пациентов, которые настолько тяжелы, что общий процент их выживаемости не может быть высоким. Представьте типовой сценарий: у пациента нарастает клиника «цитокинового шторма» (это неконтролируемое воспаление, которое приводит к повреждению собственных тканей организма, — ред.), лихорадка, в анализах растут маркёры воспаления, несмотря на средства подавления иммунного ответа, в какой-то момент сатурация (насыщение крови кислородом) не нормализуется и в прон-позиции (на животе), на высоком потоке кислорода, не помогает неинвазивная вентиляция через маску, его все-таки переводят на ИВЛ. А вот дальше на фоне иммунодефицита, в том числе нами созданного, присоединяются внутрибольничные инфекции — самые обычные, бактериальные. Ведь пациент, переживший серьезную вирусную атаку, оказывается в реанимации, где всегда есть внутрибольничная флора, с эндотрахеальной трубкой, а потом трахеостомой, внутривенным и мочевым катетерами, желудочным зондом. Это все каналы для входа и перетока инфекции, и высок риск погибнуть от сепсиса. Поэтому очень соблазнительно гасить цитокиновый шторм способами, которые бы не подавляли иммунитет так надолго."

Вот так вот:
«Что касается выживших на ИВЛ, итоги подводить рано, а текущие цифры очень разные: главврач «Коммунарки», реаниматолог Денис Проценко называл цифру порядка 15%, близкие данные дают нью-йоркские врачи. Мой одноклассник Константин Балонов, профессор Университета Тафтса в Бостоне, говорит о примерно половине выживших, реанимационные отделения клиники «Шарите» в Берлине показывают 75-80%… Это зависит от многих факторов: и от критериев перевода на ИВЛ (если интубировать только умирающих – процент переведенных будет маленьким, но зато их выживаемость – близкой к нулю), и от «технологической дисциплины» в отделении реанимации, и от доступности современных антибиотиков.»

 Кстати, Вот профессор дает интервью, которое будут читать обычные люди — нахрена он сыплет терминами вроде «прон-позиция», «сатурация» (слово забыли перевести), цитокиновый шторм, криз, матовое стекло… ну и «Профилактировал тромбозы клексаном»?
Для чего профессор рекламирует недоступный в России ремдесвир и хает дешевый и эффективный на ранней стадии плаквенил?

В общем статья огонь:
doctorpiter.ru/articles/25758/