Федеральная резервная система США (ФРС), выполняющая функции центрального банка страны, по итогам заседания 16–17 июня сохранила ставку на уровне 3,5–3,75% годовых. Об этом говорится в пресс-релизе регулятора. Таким образом, ФРС оставила ставку без изменений в четвертый раз подряд. Это первое заседание без Джерома Пауэлла в должности главы ФРС — с конца мая этот пост занимает Кевин Уорш.

В пресс-релизе регулятор указал, что экономическая активность продолжает расти уверенными темпами, несмотря на сохраняющуюся высокую неопределенность, частично связанную с конфликтом на Ближнем Востоке.

Инфляция остается повышенной по сравнению с целевым уровнем в 2%. Это частично отражает шок предложения, вызвавший рост цен в отдельных секторах, включая энергетику.

ФРС также представила новые макропрогнозы на ближайшие годы. Примечательно, что только 18 из 19 представителей ФРС представили свои прогнозы по ставке на конец 2026 года. Отсутствие одного прогноза, как обращает внимание Bloomberg, может означать, что Кевин Уорш, критиковавший ранее политику предварительных ориентиров, отказался публиковать собственный прогноз по ставке.

     Предисловие

Во времена холодной войны западные спецслужбы и аналитические центры сталкивались с очевидной проблемой: происходившие внутри Советского Союза политические процессы были во многом закрыты для внешнего наблюдения. В условиях ограниченного доступа к информации зарубежным аналитикам приходилось искать косвенные признаки, позволяющие судить о реальном положении дел внутри советской политической системы.

Так возникло направление политического анализа, получившее название «кремленология». Аналитики ЦРУ и западных исследовательских центров внимательно изучали порядок расположения советских руководителей на трибуне Мавзолея Ленина во время первомайских и ноябрьских демонстраций, последовательность упоминания партийных руководителей в официальной прессе, порядок подписей под некрологами и множество других деталей, которые на первый взгляд могли показаться малозначительными. Однако именно эти внешние признаки нередко использовались западными спецслужбами для оценки влияния отдельных фигур и возможных изменений внутри советского руководства.