В марте 2025 года Еврокомиссия признала стратегическим французский проект Viridian Lithium. В Эльзасе планировали построить завод по переработке лития стоимостью €295 млн.

Собственное сырьё для европейских аккумуляторов, снижение зависимости от китайских поставщиков, рабочие места. Проект вполне соответствовал промышленным интересам Евросоюза.

9 марта 2026 года компания оказалась в судебной ликвидации. Завод так и не построили. Не удалось собрать необходимое финансирование.

А 9 октября Еврокомиссия объявила следующую программу: 46 новых стратегических проектов в 16 странах ЕС с потребностью в инвестициях около €21,1 млрд.

Интересно другое. Французский проект ведь тоже был нужен Европе. Более того, для него предусматривались существенные меры государственной поддержки.

Так почему он не состоялся?

И главное, как инвестору отличить перспективное предприятие от проекта, который десятилетиями может оставаться перспективным исключительно на бумаге?

Когда государственная необходимость не совпадает с экономической выгодой

( Читать дальше )

14 октября отчитается ASML, 15 октября — TSMC. Обе компании стоят в центре производства микросхем для искусственного интеллекта, но рынок оценивает их прибыль совершенно по-разному. И ещё интереснее на этом фоне смотрится Samsung, которая уже объявила предварительные результаты третьего квартала.

На закрытии 9 октября американские расписки TSMC стоили $453,31, а акции ASML в Амстердаме — €1601,60. По данным StockAnalysis, использующего сведения S&P Global Market Intelligence, их форвардные коэффициенты P/E составляли примерно 20,3 и 32,7 соответственно. Это отношение рыночной цены к ожидаемой годовой чистой прибыли, а не к выручке или операционной прибыли. Reuters Breakingviews 8 октября оценивало Samsung примерно в четыре будущие годовые прибыли. Для Samsung используется другой источник прогнозов, поэтому сравнение 4, 20 и 33 — округлённый ориентир, а не три значения из одной идеально однородной модели.

Получается почти девятикратная разница между самым дешёвым и самым дорогим производителем. И возникает соблазн выбрать TSMC: она растёт быстрее ASML, но стоит существенно меньше по отношению к будущей прибыли. Я тоже сначала склонялся к такому выводу. Однако проверка денежных потоков обнаружила деталь, из-за которой простая картина перестала работать.

( Читать дальше )

 

9 октября США разрешили операции с российским дизельным топливом. Дональд Трамп объявил, что Россия поставит американским и другим покупателям до 4,8 млн тонн дизеля.

Нефтяные акции отреагировали заметным ростом. «Роснефть» прибавила почти 10%, ЛУКОЙЛ — 8,4%.

Новость действительно важная. Но прежде чем покупать акции, хочется разобраться в трёх вопросах.

Есть ли у России свободные объёмы? Насколько российский дизель способен повлиять на американский и мировой рынок? И главное — сколько дополнительных денег от новых поставок получат акционеры?

Я решил начать с самого простого. С количества топлива.

Зачем американцам российский дизель, если они сами его экспортируют?

В сентябре США экспортировали около 45,9 млн баррелей дизеля. Это примерно 1,53 млн баррелей в сутки.

На первый взгляд ситуация странная: страна сама продаёт огромные объёмы топлива за границу и одновременно договаривается о дополнительных поставках.

Но нефтепереработка и доставка готового топлива — разные задачи.

( Читать дальше )

 

На российском фондовом рынке складывается интересная ситуация. Одни компании увеличивают производство, но теряют прибыль. Другие зарабатывают рекордные суммы, однако их акции не обязательно выглядят дешёвыми.

Торговля с Китаем растёт, спрос на российское сырьё сохраняется, а предприятия продолжают инвестировать в производство и инфраструктуру.

Казалось бы, возможностей для инвестора достаточно.

Но есть одна тонкость: рост отрасли, прибыль компании и доходность её акций — три совершенно разные вещи.

Попробуем разобраться, кто действительно способен выиграть в 2027 году, какие компании находятся под финансовым давлением и где рыночная цена пока не соответствует привлекательной инвестиционной идее.

Для этого посмотрим не только на отчётную прибыль, но и на реальные поставки, капитальные затраты, долги и деньги, остающиеся акционерам.

Китай: новые возможности и новая конкуренция

За январь–август 2026 года товарооборот России и Китая вырос на 28,4%, превысив 185 млрд долларов.

( Читать дальше )

Допустим, у человека есть накопления, инвестиционный портфель или удалённый доход. Он хочет переехать, получить законный статус, пользоваться банковскими услугами и сохранить доступ к мировым рынкам. Желательно не потратить на это половину капитала.

Европа подходит не всем. Покупать недвижимость только ради вида на жительство тоже не хочется. А перемена адреса в пределах ближайших стран далеко не всегда решает вопрос финансовой независимости.

Я бы посмотрел на четыре страны Латинской Америки: Парагвай, Аргентину, Уругвай и Панаму. Страны СНГ сознательно оставлю за рамками: задача не просто сменить адрес, а создать самостоятельную жизненную и финансовую базу в другой юрисдикции.

Самая дешёвая страна не обязательно окажется самой выгодной для инвестора. А развитая банковская система не означает, что иностранцу легко получить счёт и резиденцию. Попробуем разобрать это на конкретных примерах.

У разных читателей разные цели. Кому-то важна цена аренды и возможность быстро начать новую жизнь. Другому нужен второй паспорт. Третьему необходимы долларовые счета, брокер и понятные налоги. Одной страны, лучшей по всем этим критериям, здесь нет.

( Читать дальше )

 

Под моими статьями периодически появляются разоблачители. «Это же ИИ написал!» — сообщают они с таким видом, будто нашли в тексте отпечатки пальцев преступника.

Да, я использую искусственный интеллект. И не скрываю этого. Тему придумываю сам, выбираю, куда копать, задаю вопросы, спорю с ответами, выкидываю лишнее и решаю, что в итоге хочу сказать. А искать источники, переводить иностранные страницы, собирать данные и приводить текст в порядок поручаю машине. Почему? Потому что мне лень. Если я знаю, что именно нужно искать и где, не вижу особой доблести в том, чтобы собственноручно нажимать каждую кнопку.

Но сами обвинения меня заинтересовали. Человека порой раздражает уже не ошибка в материале и не содержание мысли, а сам факт, что тексту помогал ИИ. Возможно, это первый признак будущего перенасыщения. Когда одинаково гладкие тексты, картинки и советы начнут лезть из каждой щели, люди станут искать не того, кто освоил нейросеть, а того, кому действительно есть что сказать.

( Читать дальше )

Контракты на $36 миллиардов. Почему прибыль может достаться не акционерам

Вчера американская Applied Digital (NASDAQ: APLD) отчиталась о росте квартальной выручки на 322%. Компания строит центры обработки данных для искусственного интеллекта. Заказчики готовы арендовать мощности на пятнадцать лет, а стоимость уже подписанных арендных договоров приближается к 36 миллиардам долларов. На таком фоне её биржевая капитализация около 7 миллиардов выглядит почти скромно.

Но я решил посмотреть не на красивые миллиарды будущей выручки, а на то, кому достанутся деньги после строительства. Здесь обнаружилась совсем другая история.

По итогам квартала, завершившегося 31 августа, Applied Digital получила 341,9 млн долларов выручки против 80,9 млн годом ранее. Впечатляет. Однако 262,8 млн пришлось на услуги и прочие продажи. Основной причиной их роста стали работы по обустройству площадей для арендаторов: прирост такой выручки составил около 157 млн. Ещё 23 млн принесли продажи вычислительного оборудования в дочернем направлении ChronoScale.

( Читать дальше )

 

Я пытался понять, почему нормальный инвестиционный разбор, на который потрачены часы, источники и расчёты, может собрать несколько сотен просмотров, а рассказ молодого человека о красном дипломе — несколько тысяч и десятки комментариев.

Попросил ИИ посмотреть на Smart-Lab не как на биржевой сайт, а просто как на среду: что здесь реально читают, что обсуждают и что выходит наверх.

Картина получилась забавная. Среди самых популярных материалов спокойно соседствуют акции, футбол, образование, личные дневники, политика, бытовые истории, выяснение отношений между авторами, рассказы о зарплатах, квартирах и жизни вообще.

Сначала напрашивается простой вывод: Smart-Lab превратился в социальную сеть, где инвестиции стали лишь одной из тем.

Но, думаю, причина глубже.

Изменился не только Smart-Lab. Изменилась сама среда, в которой живёт его аудитория.

Раньше здесь было естественно обсуждать, какую иностранную компанию купить, какой рынок недооценён, где интересное IPO, что будет с валютой, куда вложить деньги на пять или десять лет.

( Читать дальше )

 

Сегодня, 7 октября, у Минфина довольно занятный день.

С одной стороны, он выходит на рынок занимать рубли через ОФЗ 26252 с погашением в 2033 году. Это первый из 11 аукционных дней четвёртого квартала. Всего до конца года Минфин рассчитывает привлечь через ОФЗ около 2,45 трлн рублей.

С другой стороны, именно с сегодняшнего дня резко увеличиваются покупки иностранной валюты и золота по бюджетному правилу. С 7 октября по 6 ноября — на 279,42 млрд рублей, или по 12,7 млрд в день. С учётом встречных операций Банка России чистая покупка валюты денежными властями составит около 12,12 млрд рублей в день против 1,92 млрд месяцем ранее.

Получается красивая картинка для заголовка: одной рукой государство занимает рубли, другой покупает валюту.

Сразу оговорка, чтобы не устраивать дешёвую сенсацию. Это не значит, что Минфин сегодня продаст ОФЗ и на полученные деньги побежит покупать юани. Это разные механизмы. ОФЗ финансируют потребности бюджета, а операции с валютой и золотом идут по бюджетному правилу и связаны с дополнительными нефтегазовыми доходами.

( Читать дальше )

5 октября глава немецкой внешней разведки BND Мартин Йегер заявил в Бундестаге, что риск прямого конфликта с Россией вырос, а Москва уже ведёт против Европы действия ниже порога обычной войны.

Политическую часть здесь можно оставить политикам. Для инвестора интереснее то, что происходит после подобных заявлений. Государство начинает считать деньги, проверять инфраструктуру и выяснять, что именно придётся менять, если плохой сценарий перестанет быть теоретическим.

В Германии этот процесс уже идёт.

В 2026 году оборонный бюджет вырос до €82,7 млрд. Ещё €25,5 млрд предусмотрено через специальный фонд Бундесвера. На 2027 год бюджет Министерства обороны планируется увеличить до €109,7 млрд, а к 2029 году Германия намерена довести расходы на оборону до 3,5% ВВП.

Сама по себе эта цифра мало что говорит об инвестиционной идее. Можно купить производителя танков — и обнаружить, что рынок давно всё посчитал за тебя.

Гораздо интереснее посмотреть, куда потянутся деньги дальше.

( Читать дальше )