Блог им. boing

Сложности с наполнением нефтегазовой части бюджета, желание сберечь накопления Фонда национального благосостояния (ФНБ) и явно не высказываемое чиновниками намерение несколько ослабить крепкий рубль вынудили правительство пойти на новую фактическую приостановку бюджетного правила. Точнее — его части, касающейся операций по купле/продаже валюты и золота в зависимости от наличия или отсутствия у бюджета текущих дополнительных нефтегазовых доходов (вторая часть правила, напомним, направлена на сдерживание трат через обеспечение первичного баланса бюджета, когда доходы равны расходам без учета обслуживания госдолга).
«В связи с планируемыми изменениями параметра базовой цены на нефть в бюджетном законодательстве Минфин России принял решение не проводить операций по покупке/продаже иностранной валюты и золота на внутреннем валютном рынке в рамках бюджетного правила в марте 2026 года,— объявило неожиданную новость ведомство.— При возобновлении операций объем отложенной покупки/продажи будет уточнен с учетом новых параметров базовой цены на нефть».
В соответствии с бюджетным правилом Минфин покупает валюту для ФНБ на рынке, когда фактическая стоимость Urals по итогам месяца оказывается выше установленной базовой цены, минимально необходимой для покрытия госрасходов (проще говоря — при появлении нефтегазовых допдоходов). При уходе цены нефти ниже отметки отсечения, наоборот, Минфин объявляет о продаже части резервов в предстоящем месяце.
Начальный смысл этой конструкции, запущенной еще в «сытом» 2017 году,— изъятие из экономики «лишних» нефтегазовых денег. Правило должно было сократить зависимость курса рубля от колебаний нефтяных цен (это удалось), сдержать расходы бюджета при появлении допдоходов («делить» их всегда находилось немало желающих среди бюджетополучателей), а также поставить «на поток» пополнение ФНБ.
Изначально цена отсечения была определена в $40 за баррель. Далее этот базовый уровень индексировался на 2% в год (на примерный размер инфляции в США тех времен). В 2020 году «база» была равна $42,4, в 2021-м — $43,3 за баррель. В 2022 году она должна была подрасти до $44,2, но с началом военной операции действие бюджетного правила было приостановлено и нефтегазовые допдоходы временно пошли на текущие расходы. В 2023 году бюджетное правило возродилось, но в существенно более мягком варианте. Вместо цены отсечения Минфин установил номинальный объем нефтегазовых доходов, который необходим для покрытия расходов (8 трлн руб. на год, что на деле соответствовало уже $60 за баррель). В 2024 году от 8 трлн руб. доходов власти ушли, вернув те же $60 за баррель. В 2025-м цена отсечения осталась прежней, а в 2026-м была снижена до $59 с намерением сокращать ее на $1 в год — вплоть до $55 в 2030 году. И вот теперь эти темпы снижения, судя по информации от Минфина, планируется ускорить.
Принятие решения, по всей видимости, затягивается, поскольку экономическому блоку правительства, Центробанку и, видимо, администрации президента предстоит найти компромисс между желанием сберечь и пополнить ФНБ (в среду Минфин сообщил, что в феврале на закрытие дефицита из фонда было изъято еще 244 млрд руб. после 155 млрд в январе — на 1 марта в его ликвидной части осталось 4 трлн руб.), необходимостью профинансировать заявленный уровень расходов и при этом как-то удержать дефицит бюджета-2026 в условиях падения нефтегазовых доходов в рамках заложенных 1,6% ВВП.
Сокращение поступлений бюджета от продажи нефти и газа в январе к уровню такого же месяца 2025 года составило 50% (февральская статистика должна была быть обнародована тоже 4 марта, но Минфин этого не сделал). «Недобор» таких доходов фиксировался весь 2025 год и составил 24% к предыдущему году. Очевидные причины — сокращение мировых цен на нефть на фоне санкций и крепкого рубля. Определяемая для налоговых целей стоимость барреля Urals, по данным Минэкономики, в январе составляла $41 при заложенных в бюджете $59 за баррель. Сейчас на фоне событий вокруг Ирана стоимость Brent подскочила до $80 за баррель, но стоит учесть, что к российской нефти из-за санкций применяется существенный дисконт, достигающий в зависимости от условий поставок $30 за баррель. Кроме того, в бюджетных расчетах речь идет о среднегодовой цене нефти, а вызванные конфликтами взлеты цен на сырье, как правило, скоротечны.
Сложность принятия решения по новой цене отсечения объясняется тем, что при ее существенном снижении властям предстоит определиться, готовы ли они сократить уже заложенные в бюджет расходы (что подразумевает бюджетное правило с его нулевым первичным балансом) и чем при отсутствии или сокращении продаж валюты из ФНБ они будут закрывать расходы (очевидный вариант — наращивание предложения ОФЗ).
В связи с этим Центробанк после сообщения Минфина счел необходимым выступить с предостерегающим заявлением.
Регулятор отметил: «Если изменение параметров бюджетного правила, в частности снижение базовой цены, не сопровождается корректировкой расходов, а приводит лишь к увеличению заимствований, то это при прочих равных требует более сдержанного роста кредита экономике, то есть более медленного снижения ключевой ставки, более жесткой ДКП».
(на этом месте читателям надо проверить свои карманы. Рост инфляции, о котором намекали большевики, становится реальным. Выбор у правительства тяжелый. Военные расходы обрезать в условиях затяжной компании им никто не даст. Значит под нож пойдут традиционно здравоохранение /она уже и так без средств/ и образование/его заменит ИИ/. Предположительно летом начнется свистопляска. Народ узнает своих властителей в лицо)*
Первые итоги повышения НДС
ВВП РОССИИ В ЯНВАРЕ СНИЗИЛСЯ НА 2,1% В ГОДОВОМ ВЫРАЖЕНИИ
Рекордная недельная инфляция в 1.26% первой недели января сменилась на 0.08% в середине февраля
ВВП растет инфляция отрицательная — это Дефляция. Иными словами «живем мы бедно, но спим на чистом»
ВВП падает инфляция падает — это Стагфляция. Иными словами «жить будем плохо, но не долго»
Если в январе я считал недельную Дефляцию плохим сценарием, сейчас это скорее базовый сценарий, а плохой — это недельная Стагфляция.
Центральныц банк за счет долгого периода жесткой ДКП победил инфляцию.
Минфин за счет повышения НДС, роста цен на нефть и ослабления рубля победил дефицит бюджета.
Министерство экономического развития, пока не нашло выхода из ситуации, созданной коллегами из других министерств. Рост ВВП и так был за счет ОПК/ВПК.
Объективно, сохранить в этом году капитал — это уже достижение. Хотя и заработать можно:
— Длинные ОФЗ. Рост по телу. Инфляцию сдерживать уже не надо. Экономика загибается. ЦБ РФ может спокойно снижать ключевую ставку.
— Ключевая ставка вниз, тиски разжимаются, экономика снова задышит и ВВП вырастет. По долгу платить заемщики смогут. Число дефолтов начнет падать.
Перспектива хорошая. Жаль, что это только один из сценариев. В плохом сценарии смотрите в сторону защитных активов.
Артем Тузов
Москва. 5 марта. ИНТЕРФАКС — Нефтегазовые доходы федерального бюджета РФ в феврале 2026 года составили 432,3 млрд руб. против 393,3 млрд руб. в январе, следует из данных, опубликованных на сайте Минфина.
Таким образом, за январь-февраль 2026 года нефтегазовые доходы составили 825,6 млрд руб., что в 1,9 раза ниже этих доходов за январь-февраль 2025 года (до пересчета — 1,560 трлн рублей).
Нефтегазовые доходы в феврале 2026 года также оказались ниже их базового объема (585,5 млрд рублей). Таким образом, недопоступление доходов за месяц составило 153,2 млрд рублей.
В соответствии с бюджетным правилом средства Фонда национального благосостояния в объеме недополученных нефтегазовых доходов используются для финансирования дефицита бюджета.
Минфин в среду сообщил, что в феврале 13,277 млрд юаней и 7,897 тонны золота в обезличенной форме из ФНБ были реализованы за 244,417 млрд рублей. Вырученные средства зачислены на единый счет федерального бюджета в целях финансирования его дефицита.
Москва. 5 марта. ИНТЕРФАКС — Нефтяные компании в феврале заплатили в казну по топливному демпферу 18,8 млрд рублей, сообщается в материалах о формировании и использовании дополнительных нефтегазовых доходов федерального бюджета, размещенных на сайте Минфина.
В соответствии с налоговым законодательством расчеты по демпферу осуществляются за предшествующий месяц, то есть в феврале исполнены выплаты за январь.
Последний раз нефтяники платили, а не получали из бюджета демпфер, в феврале 2021 года, тогда компании перечислили в казну 2,8 млрд рублей.
Топливный демпфер стал для нефтяников отрицательным на фоне изменения рыночной и экономической конъюнктуры. Так, за декабрь (выплаты произведены в январе) компании должны были уплатить в бюджет РФ порядка 13 млрд рублей, но вместо этого получили из бюджета 16,9 млрд руб. демпферных выплат. Такая ситуация сложилась в связи с перерасчетом демпфера по бензинам за сентябрь 2025 года, для выплат по которому осенью вносились изменения в Налоговый кодекс.
Основное движение произошло на нефтяном рынке: цены выросли на фоне рисков перебоев поставок через Ормузский пролив. Другие активы отреагировали спокойно: основные фондовые индексы снизились в диапазоне обычных колебаний. Похоже, что инвесторы не воспринимают этот конфликт как критически важный для глобальной экономики или рынков развитых стран.
Наибольшее влияние рост цен на нефть оказывает на регионы, зависящие от импорта энергоресурсов. В первую очередь, это Китай, Европа и Япония.
На валютном рынке доллар укрепился по отношению к большинству валют, при этом более заметной была реакция в паре евро–доллар. По оценке Goldman Sachs, даже в случае полного закрытия Ормузского пролива и отсутствия альтернативных маршрутов поставок рост цен на нефть может составить около $15 за баррель.
Риски также связаны с поставками тяжелой нефти, важной для китайской экономики. После сокращения поставок из Венесуэлы одним из основных источников такой нефти оставался Иран. Тяжелая нефть используется, в частности, для производства асфальта и дизельного топлива, которое необходимо для инфраструктурных проектов.
------
Из обзора
С начала 1990-х гг. в США наметился тренд на снижение процентных ставок и налогов относительно корпоративных прибылей. У крупнейших технологических компаний прибыли продолжают расти существенно быстрее, чем у остального рынка. Это связано не только с текущей фазой цикла, но и с фундаментальными факторами:
● Опережающим ростом маржинальности технологических компаний (им проще расти без больших капиталовложений);
● Высокой долей расходов на R&D, которые являются драйвером роста.
В отличие от бума доткомов, когда рынок был переполнен убыточными компаниями, сейчас драйверами роста выступают крупные и устойчиво прибыльные корпорации — такие как Microsoft, Alphabet и Amazon. Некоторые из них являются монополиями в своих сферах. Это принципиальное отличие от 1990-х гг.: концентрация прибыли в технологическом секторе сама по себе не является сигналом скорого обвала.
---------------
из обзора
Облигации развивающихся рынков сейчас выглядят дорогими. Снижение доходностей объясняется не только падением ставок по долларовым бумагам в целом — как в США, так и у стран, занимающих в долларах, — но и заметным сужением кредитных спредов. Премия за риск приблизилась к минимумам за последние десятилетия.
Рост интереса к развивающимся рынкам во многом был связан с опасениями по поводу дефицита бюджета США и инфляции, однако фактически инфляция замедлилась, а реальные ставки в США остаются одними из самых высоких среди развитых стран.
В то же время фундаментально ситуация в развивающихся экономиках существенно не улучшилась. Сложно обосновать, почему их облигации должны приносить меньшую премию за риск, чем в предыдущие годы. Инвестировать в этот сегмент можно, но только с высокой избирательностью и пониманием, что уровень риска здесь остается повышенным.
------
из обзора