Репортаж с Кипра

На Кипре уже не паникуют и не встают в очереди — потому что закрыто большинство магазинов. Уже неделю не работают банки. А в банкоматах не осталось наличных. На узких улочках Пафоса и Лимасола почти нет людей.
Весь остров, кажется, залип у экранов. Телевизоры с греческими и местными новостями нон-стоп работают в автобусах, спорт-барах, отелях, на террасах. Последние новости такие: депозиты до 100 тыс. евро не тронут, зато крупные вкладчики должны будут отдать 20—25% своих сбережений — для спасения экономики острова. (Сначала кипрские депутаты хотели обложить единовременным налогом всех, а также национализировать пенсионные накопления.) Кипрского обывателя такая новость поначалу даже обнадежила. Зато напрягла российскую элиту. По примерным расчетам, ей в местных банках принадлежит до трети всех вкладов (19 миллиардов). Нервозность русских «форбсов» заставляет суетиться не только первых лиц нашего государства, но и огромную армию кипрских бухгалтеров, юристов, риелторов и гувернанток. Тех самых обывателей, обслуживающих на острове русские миллионы и миллиарды. Если Кипр выполнит свой план, то уже во вторник — когда возобновят работу банки — на острове ожидают неконтролируемое бегство «русских денег».
Замер в ожидании самый русский город острова — Лимасол. Волнуется усатый юрист Александрис Зервас. Над витриной его маленького офиса в центре Лимасола неоновая кириллическая вывеска: «Бизнес на Кипре. Создание и ликвидация фирм. Налоговое сопровождение». Волнуются также Мариана и Лидия, их витрины по соседству — риелторская компания «Недвижимость у моря» и кадровое агентство Russian Spirit — «Русский дух» («Русскоязычные уборщицы, садовники, водители…»). На общей террасе соседи пьют перед телевизором вечерний чай. Журчание диктора новостей иногда сменяют греческие возгласы Александриса. Он в белой рубашке, в руках у него ложка и миска с медом.
— Мой хороший клиент с Алтая каждый месяц возит мне вот такую банку, — Александрис показывает мне руками. — Трехлитровую! Русский мед — это великолепно.
— Но русские деньги, конечно, лучше, — вставляет риелтор Мариана.
— Лучше — это когда деньги вместе с медом, — захохотал Александрис и затем добавил: — Все, это конец. Всем конец. Кипр обречен!
— Не надо так драматизировать, — запричитала Мариана. — Кто-то обязательно должен нам помочь! Вот вы скажите, — обратилась ко мне Мариана. — Это же логично: россияне здесь имеют компании, деньги, отдыхают, живут. Они ведь должны помочь!
— А в обмен они хотят военную базу, разработку шельфа и чтобы всюду висели русские флаги, — ответил за меня усатый юрист Александрис. — Ты сама-то согласна? Это конец стране.
— Триста лет под турками, сто лет под англичанами, теперь будем с русскими, — заключила кадровичка Лидия из «Русского духа».
Но Москва спасать остров пока не торопится. Что только добавляет нервозности. Истерика вкладчиков перекинулась на собственников недвижимости.
— Весь мой день уходит на телефонные переговоры. Звонят из Москвы, хотят срочно продать дом или квартиру, — говорит Мариана. — У меня одной таких паникеров уже набралось почти полсотни. Еще столько же я смогла успокоить и разубедить.
Зато Александрис говорит, что его российские клиенты выводить деньги с острова пока не думают. «Они уверены, что Путин не даст их в обиду и защитит в случае чего». Ну ладно бы офшорные дельцы, на защиту Путина рассчитывают и сами киприоты.
Местные новости отслеживают каждый чих Москвы в сторону Кипра. На балконах тут и там взаправду появляется даже родимый триколор. И наоборот — почти каждый день демонстранты сжигают перед зданием парламента в Никосии звездно-синий флаг Евросоюза. А словарь ругательств пополнился новым — хоть и русским — словом «тройка»*…
«Тройка» требует от Кипра налога на депозиты и не желает присутствия в переговорах России. Так что «тройка» на Кипре — это нынче синоним зла и жестокости. «Тройкой» теперь здесь называют предателей, обманщиков, воров-карманников и неверных жен. «Тройку» рисуют на заборах (вместе с какими-то другими греческими словами). На «тройку» здесь разве что только не посылают. — Но это мы еще не видели русских, — вздыхает, ковыряя алтайский мед, Александрис.
www.novayagazeta.ru/economy/57371.html