Блог им. Koleso

Мировое правительство. Часть 2. Война в Заливе и в Косово, теракт 11 сентября 2001 и кризис 2008 года.

Мировое правительство.
Электронная книга https://t.me/kudaidem/1355
Текстовый конспект https://smart-lab.ru/blog/659960.php




Рассмотрим политику ФРС с 1991 года по 2008 год.

Разберем войну в Заливе и в Косово, терракт 11 сентября 2001 года и кризис 2008 года.

(Глава 15. Замки из песка).

Перенесемся в 1985 год в  Саудовскую Аравию.

Главной государственной задачей монархии было регулировать мировой рынок нефти, увеличивая либо снижая уровень добычи как собственной, так и стран – членов ОПЕК, организации крупнейших экспортеров нефти.

В октябре 1973‑го, произошло беспрецедентное событие: Саудовской Аравии временно остановил весь экспорт нефти.

Цена нефти сразу взметнулась с трех до двадцати долларов за баррель (фантастических для того времени), спровоцировав глобальный энергетический кризис, перешедший в глубокий кризис всей мировой экономики.

Но королевству в пустыне он пошел только на пользу: менее чем через год саудовская нефть вернулась на рынки, но цена на нее при этом не опустилась: к этому времени мир полностью изменил отношение к черному золоту, осознав его ценность и невосполнимость никакими другими источниками энергии.

Полученные многомиллиардные сверхприбыли король Фейсал вкладывал в развитие страны: строил в пустыне новые города, закупал оборудование.

Если песчаная буря застанет посреди пустыни, от нее есть лишь одно спасение: лечь на песок, закрыв ладонями лицо и уши, и время от времени отряхиваться, чтобы над тобой не выросла новая песчаная дюна. Чтобы выжить, надо было ждать – минуты, часы, а порой и дни. Горячий нрав бедуина всегда удивительно уживался с его умением ждать – иногда без воды и еды приходилось лежать на песке двое‑трое суток, пока буря не стихала.

Цикл рекордно высоких цен на нефть окончился в 1982 году. Развитые страны к этому моменту успешно внедрили энергосберегающие технологии, а большинство их граждан пересели на малолитражные автомобили.

Саудовская Аравия ответила на это единственным, чем могла, – снизила добычу. Вместо семи миллионов баррелей в день она теперь добывала меньше двух. Это позволило еще три года поддерживать цены, но главные барыши с рынка теперь снимали другие производители нефти – прежде всего Советский Союз.

Даже Израиль, ненавистный многим арабам, никогда не вызывал в Аравии такой беспредельной ярости, как шиитский Иран, главный противник Саудитов в мусульманском мире.

Почему Советская армия осталась в Афганистане после ликвидации Амина – один из главных открытых вопросов новейшей истории.

В 1983‑м президент Рейган с помпой принял лидеров афганского сопротивления в Белом доме. Уже в следующем году боевики получили новейшее оружие, а их ряды пополнили добровольцы из всех арабских стран.

Пол Волкер поднял учетную ставку резервной Системы в конце 1970‑х до рекордных в истории значений.

Сверхвысокая ставка Системы могла мгновенно парализовать всю американскую промышленность, сделав кредиты для нее слишком дорогими. Но произошло другое – казначейские облигации правительства с таким высоким и при этом надежным процентом начали поспешно скупать чуть ли не все страны мира, вплоть до нищих африканских диктаторских режимов. Огромный приток иностранных денег в США стал той живительной силой, которая всего за какую‑то пару лет чудесно преобразила их экономику.

В 1985 году Глава ФРС внимательно изучал цифры по СССР. Ровно половина национального продукта приходится на военно‑промышленный комплекс или тесно связанные с ним производства. Реальная средняя зарплата, по покупательной способности, в пять раз ниже средней американской.

Почти весь доход СССР в твердой валюте приносит продажа нефти.

Нефть Сибири – вязкая, высокосернистая, добывать ее в разы дороже, чем на Ближнем Востоке. К тому же они должны снабжать нефтью страны социализма почти бесплатно. Резко увеличить добычу они не могут: их оборудование отстает от западного лет на двадцать.

Весь доход Советского Союза от экспорта в валюте в год составил всего около тридцати миллиардов долларов.

Из‑за неэффективного сельского хозяйства Союзу на немалую часть этой выручки приходится покупать у США пшеницу! На все остальное денег почти не остается.

По подсчетам ФРС золото у Союза закончится максимум через восемь лет.

Если бы Советский Союз был биржевым активом, глава ФРС на все свои деньги стал бы играть на резкое понижение его рыночного курса в ближайшем будущем.

Снижение цены на доллар за баррель – минус миллиард долларов доходов СССР.

Снизьте цену на десять долларов за баррель, для Союза настанут поистине темные времена.

Колосс зашатался, и теперь Система решила сильно толкнуть извне. Для этого была нужна Саудовская Аравия.

В течение всего трех месяцев 1985 года Саудовская Аравия «внезапно» нарастила объем добычи своей нефти в пять раз, после чего цены на нее рухнули с тридцати пяти до двенадцати долларов за баррель.

Многолетний приток нефтедолларов в социалистические страны почти иссяк, и деградация их экономик приняла, как показало будущее, уже необратимый характер.

Афганские моджахеды получили первые «Стингеры» через год. Советские войска стали терять так много авиации, что им пришлось отказаться от контроля над всеми горными районами страны, а еще через три года – бесславно уйти из Афганистана.

В том же 1989 году рухнула Берлинская стена. Не только в Польше, как планировали в ЦРУ, но и во всех остальных странах Восточной Европы коммунистические режимы сошли со сцены.

В 1991 году произошел и распад СССР.

На карте мира теперь не осталось буквально ни одного важного места, которое осталось бы вне контроля со стороны американской финансовой элиты.

Власть Федеральной резервной системы и ее сателлитов впервые в истории стала поистине всемирной и абсолютно ничем не ограниченной.

(Глава 17. Соединённые Штаты планеты)

Перенесемся в июнь 1991 года.

Война в заливе была самой короткой из крупных военных кампаний в истории, продлившись лишь чуть более месяца, а решающая, наземная фаза операции заняла всего 100 часов.

Войска Саддама Хусейна, оккупировавшие Кувейт, сдались и покинули территорию страны даже быстрее, чем на то рассчитывало командование армии США.

Преимущество США над советскими вооружениями стало очевидным всему миру за одну‑единственную ночь.

Саддам сосредоточил на оборонительных позициях вокруг столицы Кувейта, а также в пустыне более тысячи советских танков «Т‑72», которые отлично себя зарекомендовали в ходе ирано‑иракской войны: только благодаря им этот конфликт, в котором общий военный перевес был на стороне Ирана, Ираку в конце удалось‑таки свести «вничью», сохранив свою территорию.

Исход всей этой войны был, по сути, решен в ходе одной атаки в течение всего нескольких часов.

Подразделение, состоящее из примерно ста пятидесяти новейших танков «М1A1 «Абрамс», специально для Войны в Заливе усиленных дальнобойными немецкими пушками, вело прицельный огонь по иракским позициям с самой вершины холма, находясь в полной темноте на расстоянии двух с половиной километров. Почти мгновенная переброска тяжелой бронетехники к намеченной цели в труднопроходимой местности оказалась возможной благодаря неизвестной до этого в мире спутниковой системе навигации GPS, исправно работавшей даже в самую сильную песчаную бурю. Наносить точнейшие удары с такого расстояния в кромешной тьме позволяли новейшие ночные тепловизоры, распознававшие цели‑объекты по следу тепла, исходящего от них.

Наконец, даже если бы танки коалиции каким‑то образом были обнаружены противником, им бы совершенно ничто не угрожало – дальнобойность пушек советских «Т‑72» не превышала полутора километров.

Большая часть всей техники иракской дивизии была уничтожена. Потери иракцев в живой силе в этой битве исчислялись несколькими сотнями человек. У американцев были серьезно повреждены четыре танка, но, как и все остальные, они оставались на ходу.

Погиб один военнослужащий коалиции: в ходе боя он потерял ориентировку, высунулся из люка, и ему в голову угодил осколок снаряда другого американского танка. Ни один танкист, находившийся в танке, не был даже ранен.

Последняя великая битва новейшего американского и (несколько устаревшего к тому времени) советского оружия закончилась так, что ни у кого в мире больше не осталось сомнений в том, что и в военном смысле паритета между этими двумя державами больше нет.

В войне погибло более сорока тысяч иракских солдат и сто пятьдесят военнослужащих коалиции: соотношение потерь – двести пятьдесят к одному. Еще удивительнее был баланс потерь техники: на полтысячи подбитых иракских танков пришелся всего один вышедший из строя американский. По этим цифрам казалось, что на средневековых людей напали почти неуязвимые инопланетяне.

 

Вернемся к ФРС.

Алан Гринспен был преемником Пола Волкера на посту председателя Федеральной резервной системы.

Почти сразу после того, как он возглавил Систему, случился «черный понедельник» – одно из самых загадочных до сих пор событий за всю историю Нью‑Йоркской фондовой биржи.

Американская экономика после очередной фазы бурного роста, происшедшего благодаря резкому снижению налогов в период правления Рейгана, входила в стадию стагнации, но очень мягкую и, по общим прогнозам, непродолжительную.

Начинавшаяся неделя в зоктябрьскую осень 1987 годане принесла никаких новостей и обещала быть спокойной. Однако, как только в понедельник торги открылись, стало происходить что‑то совершенно непонятное: котировки всех акций не просто снижались: они камнем, безостановочно летели вниз. По итогам одного‑единственного торгового дня национальный биржевый индекс упал на 23 %, то есть ни с того ни с сего превратилась в дым четверть стоимости американской экономики, ее «потери» составили полтора триллиона долларов.

Это было похоже на начало новой Великой депрессии, но уже на следующий день и всю оставшуюся неделю торги шли ровно, как ни в чем не бывало, а еще через два года индекс роста вернулся к своим прежним значениям.

Героем этой истории стал Алан Гринспен, уверенно заявивший прессе на той неделе, что у ФРС все под контролем и новая депрессия Америке не грозит. Система предоставила неограниченные кредиты под минимальную процентную ставку синдикату из нескольких крупнейших банков Нью‑Йорка, которые быстро скупили самые лакомые из резко и без причины подешевевших акций ведущих национальных компаний.

Дальновидные рыночные аналитики предрекали, что Алан Гринспен, провернувший столь блестящую операцию, принесшую Системе триллионы новых долларов, теперь останется на посту ее руководителя пожизненно. Хотя это оказалось и не так, но Гринспен в итоге находился у руля ФРС почти двадцать лет.

Япония, еще недавно заявлявшая о себе как о главном мировом экономическом конкуренте США,  переживала страшный финансовый кризис, ее хозяйство и банки были почти парализованы и зависели от кредитов ФРС.

Китай был готов производить для Америки почти бесплатно и в неограниченном количестве.

Африка была не способна управлять даже сама собой и поэтому на многие годы вперед оставалась лишь источником дешевого сырья.

Американские военные задались вопросом новой повестки после Кувейта.

Дэвид Рокфеллер считал, что для дальнейшего роста необходимо продвигать технологические изменения.

Силиконовая долина уже произвела на свет несколько молодых миллиардеров.

Система пестует их, иногда помогаем сохранять монопольное положение на рынке, чтобы их бизнес продолжал расти, а не испытывал давление зарубежных конкурентов. Но это только начало. Через двадцать лет мир благодаря новым кремниевым технологиям изменится до неузнаваемости. Задача Америки – держать весь этот процесс под своим контролем.

Когда, новый руководитель IBM хотел расторгнуть долгосрочный контракт с «Майкрософт», чтобы перейти на бесплатную европейскую операционную систему с открытым кодом, его пригласили в органы безопасности, где ему доходчиво объяснили последствия такого предательства национальных интересов и для концерна, и для него лично. Контракт с «Майкрософт» был продлен сразу на пять лет вперед.

Но, системе постоянно нужен приток новых ресурсов. Проблема лишь в том, что американские биржевые индексы и так находятся на историческом максимуме, и жилье прибавляет в стоимости стабильно уже несколько лет. А любой трейдер знает, что деревья не растут до небес. Доу – Джонс пробил уровень три тысячи и, по мнению аналитиков, сильно переоценен. Многие ожидают очередной обвал через пару‑тройку лет.

Но, Система решила, что сейчас идеальная геополитическая ситуация для безостановочного роста рынка. Забудьте о рассуждениях, что он якобы переоценен. Вливайте в него все топливо, которое только можете, придумывайте что угодно, ваша задача – чтобы рынок рос. Сегодня пятьсот крупнейших компаний Америки стоят семь триллионов долларов? Пустяки, разговор ни о чем.

Силиконовая долина находится на пороге взрывного роста. Мы живем в мире информации, и ее с каждым годом будет все больше. А еще через какое‑то время весь мир станет одним большим сгустком информации. Тот, кто владеет ею, владеет всем.

Девяностые – удивительная эпоха, ознаменовавшаяся невероятным прогрессом в технологиях, прежде всего информационных, – по‑настоящему все только что начались.

 

Перенесемся в сентябрь 1994 года в офис J.P. Morgan Bank.

Где возник новый инвестинструмент — CDS– Кредитный дефолтный своп.

По сути, это гарантия за заемщика, которую можно продать или купить.

В случае банкротства (дефолта) заемщика тот, кто выпустил эту гарантию, не обязательно должен платить за него сам. Он может, заплатив лишь часть, передать это обязательство другой заинтересованной стороне, например страховой компании (то есть сделать своп) или должникам банкрота, или просто продать на открытом финансовом рынке и так далее. При этом весь этот круг не подпадает ни под какие регулятивные требования, банкам не нужно по закону создавать для таких операций дополнительные резервы капитала.

Уже в 1995 году вопросу выпуска и обращения CDS на мировых финансовых рынках было посвящено специальное, внеочередное совещание директоров Федеральной резервной системы. Глава ФРС Алан Гринспен публичноназвал CDS «изумительным инструментом управления рисками». Каждый год объем мировой торговли такими страховками рос в несколько раз.

К 2007 году мировой рынок оборота кредитных дефолтных свопов превысил 60 триллионов долларов, с большим отрывом став самым обращаемым в истории производным финансовым инструментом.

 В 2008 году, в разгар ипотечного кризиса, по многим CDS наступил дефолт, сделав их продавцов неплатежеспособными, многократно усугубив общую плачевную в тот момент ситуацию. В прессе эксперты называли CDS «страшным финансовым оружием массового поражения». Впрочем, как и любое другое новейшее оружие, оно сделало Америку еще могущественнее, а неуловимых владельцев ФРС – богатыми, как еще никогда ранее в истории.

 

Отцом публичного Интернета стал британский ученый Тим Бернерс‑Ли.

Именно он в 1989‑м придумал понятие и структуру веб‑страницы (сайта), разработал принципиально новые программы – протоколы передачи данных и визуального отображения информации (в том числе «гипертекст»).

Возможно, если бы британец запатентовал свое великое изобретение, именно он бы стал самым богатым человеком в мире.

Он же дал ему называние World Wide Web – Всемирная паутина.

Yahoo стал главным поисковиком конца девяностых.

Это был старт настоящей гонки вложений денег в интернет‑компании. На рынке быстро надулся огромный пузырь, с треском лопнувший в 2001 году. После этого бренд Yahoo в основном ушел в прошлое, его место занял Google, создавший несравнимо более мощный и совершенный поисковик.

 Перенесемся в Белград, Югославия, 24 марта 1999 года.

К концу девяностых все спорные вопросы на Балканах были уже практически разрешены. Разделились навсегда главные державы бывшей Югославии: Сербия, Хорватия и Босния; получили заодно независимость маленькие Словения, Черногория и Македония.

Все были уже почти счастливы, понемногу зализывая военные раны, – оставался лишь один нерешенный локальный вопрос.

Косово, крошечная область на юге Сербии, заселенная большей частью этническими албанцами, также требовала независимости.

Там же жило немало этнических сербов. Действия партизан Косово были похожи на тактику террористов – они убивали мирных сербов только за их национальность, и президент Сербии Милошевич решил бороться с ними так, как весь мир борется с терроризмом: военной силовой операцией против повстанцев.

У США не было мандата ООН, а страна‑мишень не представляла уже никакой угрозы ни для соседей, ни даже для мирных жителей Косово.

На головы ни в чем не повинных белградцев посыпались бомбы и ракеты. Главными целями НАТО в городе были правительственные объекты и коммуникации, но разрушениям также подверглись и жилые районы.

Всего по Белграду было нанесено свыше двухсот авиаударов, в которых погибли сотни людей.

В самой Америке кампания НАТО в Югославии была преподнесена как борьба за свободу и жизни.

 Перенесемся в Нью‑Йорк, Уолл‑стрит, 30 марта 1999 года.

Впервые в истории США значение индекса Доу – Джонса превысило магическую отметку 10 000 пунктов.

За восемь лет, со времени операции «Буря в пустыне», рынок акций американских компаний вырос в три с половиной раза – немыслимый рост для развитой, зрелой страны.

Все факторы девяностых сложились в один, сделав это возможным:

 и огромный приток денег иностранных инвесторов со всего мира, впечатленных блистательной победой Америки в Кувейте в сочетании с крахом коммунизма;

сумасшедший взлет бизнеса инвестиционных банков, достигнутый благодаря торговле новыми финансовыми инструментами (такими, как кредитные дефолтные свопы),

бурный рост с нуля интернет‑компаний, быстро осваивавших ранее неведомую территорию.

И на десерт, как небольшая вишенка на торте, кампания в Югославии, продемонстрировавшая наглядно, что все живут теперь в однополярном мире, в котором у страны‑гегемона нет и не может быть соперников.

(Глава 19. Мистерия XXI века)

Перенесемся в Вашингтон, округ Лэнгли, март 2001 года, офис директора ЦРУ.

Никогда в истории авиации террорист сам не пытался сесть за штурвал. В сороковых годах в Эмпайер в тумане врезался небольшой военный бомбардировщик. Несколько людей в здании погибли, а пожар на этаже тушили сорок минут.

Гражданский самолет, даже огромный, – совсем неподходящее орудие для тарана. Ширина башен ВТЦ Всемирного торгового центра – чуть больше размаха крыльев «Боинга»; Пентагон – такой низкий, что авиалайнеру нужно было бы упасть на его крышу сверху.

Кривая мировых цен на энергоносители только начинала свой бурный рост. США были их крупнейшим в мире импортером, поэтому такой рост цен мог крайне негативно сказаться на экономике. Китай развивался так быстро, что из безропотной фабрики дешевых товаров с каждым днем становился все более опасным конкурентом американских корпораций уже и в среднем ценовом сегменте. Фондовый рынок Уолл‑стрит, переживавший непрерывный рост в девяностые, после избрания Буша нерешительно затоптался на месте, а затем устремился вниз: с одиннадцати к девяти тысячам пунктов.

Колин Пауэлл считал, что Перл‑Харборе – исходная точка американского триумфа.

Чтобы мобилизоваться и выйти на новый уровень, Америке нужен был новый Перл‑Харбор. Атака на Америку на глазах всего мира. Которая, разумеется, не останется неотмщенной. Отталкиваясь от нее, Америка и будем формировать новый век истории.

Система хотела, чтобы произошло что‑то короткое, но такое, что в прямом эфире наблюдал бы весь мир.

Эффект должен быть сногсшибательным. Могут погибнуть какие‑нибудь жирные коты, которых не любят избиратели: банкиры, биржевые торгаши, но не из высшей элиты.

 

Ларри Сильверстайн собственник ВТЦ,  хотел застраховать башни от террористических актов на сумму 3,6 миллиарда долларов.

Эта сделка казалась страховщикам странной по нескольким причинам.

Во‑первых, рыночная стоимость зданий оценивалась на тот момент в два раза меньше, а любое имущество крайне редко страховалось на стоимость выше его оценки.

Во‑вторых, страховщики хотели получить первоначальный взнос по этой сделке в размере ста пятидесяти миллионов долларов. Ларри предлагал заплатить сразу пятнадцать миллионов, а все остальное перенести на октябрь текущего года.

В разгар нефтяного кризиса семидесятых, офисы башен вообще были не заняты, их тогда называли «всемирный пустой центр».

Было вероятно, что через несколько лет их просто снесут. Их стены были покрыты канцерогенным асбестом. Если дышать им в офисе каждый день, через несколько лет вероятность рака легких становится на порядок выше, чем даже у заядлого курильщика.

Собственник обязался ы 2002 году провести капитальный ремонт зданий, заменив в стенах асбест чем‑то безвредным. Это заявление было сенсацией.

Замена асбеста в башнях ВТЦ стоила сотни миллионов долларов и была крайне трудной технически. Но в то же время это значило, что их владелец настроен очень серьезно.

Уже утром 12 сентября, на следующий день после трагедии, полный, объемистый пакет документов на возмещение семи миллиардов долларов (Ларри трактовал атаку двух башен как два разных страховых случая) уже лежал в офисах страховых компаний. Мало кто задумывался в суматохе тех дней, как его сотрудники успели столь оперативно подготовить все необходимые документы.

Накануне, 11 сентября, в половине девятого утра, в первый раз за многие месяцы Ларри и его дочь не пришли завтракать в ресторан наверху северной башни. Ларри внезапно почувствовал недомогание и с утра отправился к врачу, а его дочь уехала на раннюю деловую встречу в другой части города. Слепая судьба «чудом» спасла семью владельца ВТЦ от неминуемой гибели.

Различные места, конец августа –начало сентября 2001 года.

11 сентября (9/11) – была созвучна с телефоном экстренного вызова 911, известным каждому жителю страны с раннего детства.

Эта дата была идеальна и по другим причинам: будний день, а также – утро выборов нового мэра Нью‑Йорка. Многие горожане с восьми до полдесятого утра были не на работе, а на избирательных участках; все бригады телевизионных компаний также развернулись на Манхэттене с самого утра, освещая ход выборов. Перенаправить их камеры и внимание на горящие высотки ВТЦ заняло бы лишь мгновение.

Огромные усилия были приложены для того, чтобы минимизировать количество человеческих жертв. Продажа билетов на все четыре авиарейса проводилась лишь в течение нескольких часов, после чего была прервана по техническим причинам. В итоге места на всех четырех рейсах (которые обычно каждый день в среднем заполнялись на две трети от вместимости самолетов) на это утро были выкуплены лишь на четверть. На деле пассажиров в салонах было еще меньше, так как часть билетов забронировали на фиктивные имена людей, на рейсы, конечно, не явившихся.

Первый таран небоскреба должен был произойти в 8.45 утра. Рабочий день в компаниях башни начинался в девять. Большинство сотрудников должны были остановиться от изумления на подходах к работе.

В разгар рабочего дня в высотках ВТЦ обычно находилось 50 тысяч человек, но в это утро из‑за выборов, а также раннего времени первой атаки, в них было не более 15 тысяч человек.

11 сентября были назначены национальные военно‑воздушные учения NORAD под кодовым названием «Бдительный гражданин», посвященные отработке действий ВВС в случае угона террористами авиалайнеров.

Все вылеты перехватчиков могли осуществляться только по личному разрешению вице‑президента Дика Чейни, контролировавшего ход учений. Фактически все это утро Дик Чейни был командующим американскими ВВС.

Единственной вещественной уликой, подтверждающей участие арабских террористов в событиях 11 сентября, стал «чемодан с вещами Мохаммеда Атты», который «по ошибке» не загрузили на борт рейса AA11 (что, по статистике аэропорта, на прямых рейсах происходит с одним чемоданом из тысячи).

Внутри был голливудский набор вещей террориста: инструкция по работе со взрывчаткой, план аэропорта и трогательное письмо невесте, в котором он объясняет ей, что идет на верную смерть как истинный мученик ислама. Зачем он собирался провезти это письмо в багаже на борту самолета, который должен был сгореть дотла, вместо того чтобы отправить по почте.

Когда Башни вводили в эксплуатацию, то в фундаменте обеих башен ВТЦ, сформировали специальные полости для небольших ядерных зарядов гражданского назначения: в то время это был единственно возможный способ их сноса в случае необходимости.

Эксперты компании Controlled Demolition, мирового лидера сноса зданий и промышленных объектов, нанятые для этого проекта под грифом Top Secret, предложили использовать сверхмощный армейский взрывчатый состав «Термит».

«Термит» буквально сжирал любую самую стойкую сталь за мгновения, образуя потоки, по внешнему виду, цвету и консистенции похожие на вулканическую лаву. Для того чтобы осуществить снос башен‑близнецов, требовалось незаметно разложить упаковки данной смеси на каждом этаже.

Каждая упаковка смеси снабжалась радиоуправляемым детонатором. В выходные, 8 и 9 сентября, все офисы ВТЦ были закрыты на 36 часов на ремонтно‑технические работы. Мэрия Нью‑Йорка согласовала отключение сигнализации и видеонаблюдения внутри зданий в ходе этих работ, чтобы избежать ошибочных вызовов тревоги.

В южной башне было объявлено, что ситуация в ней безопасна, ей ничто не угрожает и всем можно вернуться на свои рабочие места. Это дурацкое объявление в итоге убило больше людей, чем все четыре самолета, вместе взятые.

Второй самолет‑истребитель, выпустивший управляемую ракету с поистине ювелирной точностью: идеально попав в то единственное крыло огромного здания, где шел ремонт и почти не было людей. Из 18 тысяч находившихся в Пентагоне в момент атаки сотрудников погибло чуть более ста – в основном бухгалтеры.

Совершенно неправдоподобная картина атаки на Пентагон была той ценой, которую заплатили организаторы терактов за спасенные жизни сотен, а может быть, и тысяч американских военных, находившихся в здании.

Пепел сгоревших башен, осевший на оконных рамах соседних зданий, в нескольких случаях был собран добровольцами и отправлен в независимые лаборатории. Каждый анализ показал высокую концентрацию в пепле оксида алюминия и бария – основных компонентов армейской взрывчатки «Термит».

Президент Джордж Буш‑младший обьявил, что за терактами стоит преступный талибский режим и

– «Мы не будем делать различий между террористами и всеми теми, кто их укрывает».

Это фраза, сказанная президентом с такой сталью в голосе, что у простых американцев пошли по спине мурашки от восторга, чувства защищенности и предстоящей сладкой мести.

Рейтинг одобрения деятельности Джорджа Буша‑младшего в Америке взлетел с жалких 30 % весной до космических 84 % осенью 2001 года. За всю историю США такой высокий текущий рейтинг имел только Франклин Рузвельт – сразу после Перл‑Харбора.

В конце октября армия США вторглась в Афганистан. И осталась там на многие последующие годы. Производство и экспорт героина в Афганистане за эти годы, по статистике ООН, по сравнению со временем правления талибов выросли в десять раз.

В 2004 году в рамках той же концепции борьбы со всемирным терроризмом США вторглись в Ирак – страну со вторым в мире объемом доказанных запасов качественной, низкосернистой нефти.

В ходе войны в Ираке, а также за несколько последующих лет его восстановления доходы крупнейших американских нефтяных, нефтесервисных, оружейных и строительных компаний, практически каждая из которых была тем или иным образом связана с правительством и администрацией Джорджа Буша, составили около трех триллионов долларов.

Иными словами, миллиард долларов за каждого погибшего в страшных терактах 11 сентября.

(Глава 21. Большая игра на ваши деньги).

Перенесемся в Белый дом, Вашингтон, 19 сентября 2008 года, 17.00.

Обсуждали Спасение крупнейших банков страны государством, за деньги налогоплательщиков.

Если не сделать этого, то тогда очень скоро наступит конец. Весь частный сектор американской экономики – банкрот. В стране вообще нет денег. У всех висят только долги и обязательства. До национального суверенного дефолта США и крушения доллара как мировой валюты осталось две недели.

Положение дел в стране казалось не просто тревожным. Оно было катастрофическим, несравнимым по возможным последствиям ни с 11 сентября, ни с бедствиями от урагана «Катрина» в 2005‑м, разрушившего Новый Орлеан. Те события уносили человеческие жизни, но все же были объяснимы и локальны по своему характеру. Сейчас же под прямой угрозой находилась вся страна.

Финансовая ситуация, еще в конце августа казавшаяся умеренно плохой, но уж никак не безнадежной, вдруг перешла в стадию катастрофической неуправляемой цепной реакции. Балансы почти всех банков США в одночасье стали убыточными. Америка больше не могла платить кредиторам по своим долгам.

Буш допустил много явных внешнеполитических ошибок, безнадежно завязнув в Ираке и Афганистане, допустил рекордный в истории рост мировых цен на нефть и энергоносители, ставший тяжелым бременем для американских потребителей.

Произошло банкротство банка Lehman Brothers, четвертого по величине банка Америки, он слишком увлекся играми с ипотечными облигациями. В понедельник всем скопом потребовали от Lehman Brothers в 24 часа погасить все их кредиты. Не хватало семидесяти миллиардов долларов.

Дыра осталась, Lehman рухнул, уже вечером в понедельник объявив о своем банкротстве, после чего на мировых рынках началась форменная паника.

кто следующий?

– Вероятно, банк «Мерилл Линч». Они почти вдвое больше «Лемана», и их запаса ликвидности хватит максимум на неделю. Потом – под угрозой «Морган Стэнли». Они в пять раз больше, и у них тоже сейчас беда с ликвидностью. Правда, им может помочь JP Morgan, единственный сейчас банк из большой пятерки, который еще уверенно держится на плаву.

AIG, главная страховая компания США, сейчас вынуждена выплачивать покрытия всем пострадавшим в кризисе. Разумеется, при таких масштабах бедствия очень скоро у нее закончатся деньги. Если рухнет страховая система страны, вся деловая жизнь Америки, да и Европы будет парализована.

Бернанке когда‑то написал книгу о Великой депрессии. Самым страшным в ней был даже не крах фондового рынка, а полное исчезновение кредита доверия между всеми – банками, людьми, компаниями, правительством.

Но тогда американская экономика еще не была глобальной, поэтому вначале кризис охватил только американскую финансовую систему. Сейчас окажутся парализованными банки всего мира. Остановятся все долларовые платежи.

 

Закон Грэма‑Лича строго разграничивавшего области деятельности коммерческих и инвестиционных банков. Какие бы убытки ни несла Уолл‑стрит в самые тяжелые для нее моменты, деньгам простых американцев, лежавшим в обычных коммерческих банках, ничто не могло угрожать.

В декабре 1999‑го новый закон вступил в силу. Примерно восемьдесят процентов денежных сбережений простых американцев (несколько триллионов долларов), лежавшие до этого хоть и под низкий процент доходности, но очень надежно «на отдельной полочке» – на счетах тысяч небольших и средних старомодных коммерческих банков, – теперь стали ресурсом, который могли использовать в своих операциях десять крупнейших банков Уолл‑стрит.

Новой глобальной идеей акционеров Системы был быстрый разогрев национального рынка недвижимости и последующее снятие сливок с него через ипотечное кредитование.

Для того чтобы все население бросилось в банки в очередь за ипотекой, нужно было проводить политику максимально дешевых денег.

Процентная ставка ФРС в начале 2004 года впервые в истории США упала с обычных 4–5 до 1 %. Теперь банки могли занимать деньги у ФРС почти бесплатно, раздавать кредиты населению под покупку новых домов на десятки лет под смешные 5 % и легко класть разницу между этими ставками в свой карман.

Каждый выданный ипотечный кредит превращался ими в ценную бумагу под названием «ипотечная облигация». Имея реальных активов, скажем, всего на десять миллионов долларов, банк «Голдман Сакс», пользуясь своей репутацией, брал у государства кредит на десять миллиардов, покупал у мелких и средних банков 5 %‑ные кредиты тысяч заемщиков, превращая их в «ипотечные облигации», но уже c 7 %‑ным купоном, которые от своего всемирно известного имени перепродавал кому‑нибудь дальше, по цепочке.

Таким образом, всего лишь за одну простую операцию актив банка в десять миллионов долларов приносил ему прибыль в двести миллионов. Это была банальная пирамида ипотечных долгов, но настолько солидно «упакованная», что мало кто во время ее безудержного роста мог заподозрить подвох. Масштабы этой азартной игры измерялись триллионами долларов на Уолл‑стрит и десятками триллионов по всему миру. Как и в любой денежной пирамиде, главное было – обеспечить постоянный приток все новых игроков: в данном случае – американских покупателей нового жилья. Задачей Алана Гринспена было убедить сенат в том, что бешеная игра на повышение стоимости недвижимости в масштабе всей страны была на самом деле полезным, позитивным явлением.

Банк, выдавший кредит, фиксирует прибыль и сразу же продает его более крупному банку. В конце этой цепочки стоят два главных американских ипотечных гиганта – «Фанни Мэй» и «Фредди Мэк». Их деятельность гарантируется государством, и, кроме того, они сами страхуют свои риски в самых надежных в мире страховых конгломератах. Таким образом, само понятие риска мы выносим за скобки.

Гринспен лгал. Государство в этой пирамиде по закону никому ничего не гарантировало.

Завершил речь Гринспен своей любимой шуткой:

– Джентльмены, спасибо за внимание. Если вы поняли все, что я хотел сказать, – значит, я неудачно выразил свои мысли.

После этого американцы помчались наперегонки в офисы банков за почти дармовой ипотекой.

 Перенесемся вОфис ипотечного бюро, Джексонвилл, штат Флорида, март 2006 года.

Мы можем увидеть беседу сотрудника ипотечного отдела и получателя ипотеки.

Сотрудник банка: -Учитывая рост рыночной цены вашего дома, благодаря которому вы получите дополнительный кредит от нашего бюро, график платежей для вас будет вполне посильным.

Хотя у вас небольшой годовой доход, 15 тысяч. Немного, конечно. Но это не страшно. Вам повезло, сейчас очень правильное время для инвестиций в недвижимость. Цена этого дома –320 тысяч долларов. Если вы будете выплачивать двенадцать тысяч в год, то рассчитаетесь с банком за 25 лет.

Я могу вам предложить план, по которому в первый год вы не платите вообще ничего. Во второй год – лишь девятьсот долларов в месяц. Основная нагрузка платежей наступит только через пятнадцать лет. К тому времени дом, скорее всего, вырастет в цене в несколько раз, и, если у вас не будет достаточно денег, вы сможете его продать с большой прибылью для себя.

Получатель ипотеки: — – Н, ведь ничто в жизни не возникает ниоткуда.

 Перенесемся в Финансовый квартал, Вест‑стрит,30 декабря 2006 года.

«Работой мечты» в начале двухтысячных вне всякой конкуренции были нью‑йоркские отделения пяти ведущих инвестиционных банков мира. Все дело было в бонусах – порой космических, сказочных, запредельных.

Инвестбанки занимались упаковкой ипотечных бумаг.

Вот как это выглядело. Берем лучшие кредиты, самых надежных заемщиков, с высшим рейтингом AAA. Затем добавляем кредиты второго уровня – 3B, тоже в целом нормальные, но уже похуже. А потом заливаем все сверху субстандартными займами. Так, для объема портфеля. Вообще‑то субстандарт – это полное дерьмо, если называть вещи своими именами. Почти никакие из них не будут возвращены. Но в данном случае это неважно. Потом инвестбанк покупает в страховой компании CDS (гарантии от дефолта) на весь долговой портфель. После чего инвестбанк за отличные деньги продает его куда‑нибудь в Лондон или Азию.

Это как смешивать в пропорции один к трем дорогое вино, подкисшую брагу и сливную воду из унитаза и потом продавать все вместе кому‑то, как будто все это – дорогое вино.

С весны 2007‑го, стоимость недвижимости во Флориде полетела вниз, словно снежный ком! Теперь точно такой же дом стоил бы минимум в полтора раза дешевле.

Перенесемся в Кризисный 2008 год, Нью‑Йорк, Вашингтон.

Ползучий финансовый кризис в США длился уже почти год. После более чем двукратного роста за предыдущие три года цены на недвижимость рухнули вниз, причем со скоростью, казавшейся удивительной. Всего за два‑три месяца индекс стоимости жилья упал в полтора раза по сравнению с недавним пиком.

А затем произошло нечто еще худшее. Домовладельцы отказывались продавать свои дома по внезапно снизившимся ценам, полагая, что вскоре они вырастут обратно. У покупателей домов не было ни достаточно денег, ни желания платить за дома больше, чем они фактически стоили на рынке. Объем сделок купли‑продажи недвижимости сократился в несколько раз. Рынок жилья США впал в настоящую кому, потеряв всякую ликвидность – большие деньги разом ушли из него.

В 2007‑м владельцы ФРС решили, что они сняли уже сливки с раздувшихся пузырей недвижимости и акций и теперь самое время для еще более сказочно доходной игры на понижение их стоимости.

Учетная ставка ФРС за год поднялась в шесть раз, чего никогда не было за всю столетнюю историю Системы: с одного до шести процентов.

Аттракцион невиданной щедрости раздачи бесплатных денег закончился, хотя мало кто в эйфории того времени вовремя обратил на это внимание.

Второй величайший рукотворный «кризис века» после Великой депрессии начался.

Первой крупной жертвой кризиса в марте 2008‑го стал мощный инвестиционный банк Bear Sterns, особенно усердствовавший в операциях по купле‑продаже ипотечных облигаций.

В августе 2008‑го акции двух главных ипотечных компаний Америки, «Фредди Мэк» и «Фанни Мэй», на балансах которых осела основная часть «мусорных», субстандартных ипотечных облигаций, названных банкирами «токсичными активами», упали в цене на 80 %.

Парадоксально, но главными пострадавшими от этого падения стали Китай и Россия, незадолго до этого вложившие в акции этих компаний немалую часть своих золотовалютных резервов.

Дефицит средств Фредди» и «Фанни» составлял 130 миллиардов. В первую неделю сентября правительство национализировало их. Быстро придумали особый юридический термин – «опекунство» государства.

Банкротство гигантского инвестиционного банка Lehman Brothers с долгами на сумму свыше 600 миллиардов долларов 15 сентября даже на таком штормовом фоне стало оглушительным громом.

Организаторам этого кризиса, в том числе и для того, чтобы в суматохе под шумок проглотить самые лакомые куски в мире финансов США, Lehman Brothers как актив был неинтересен.  Такая «помойка» никому не была нужна.

«Даже не вздумайте банкротить AIG. Иначе завтра утром ляжет вся Европа. А вечером – вы. Все связаны со всеми», – железным тоном проговорила Полсону в трубку обаятельная и стильная Кристин Лагард, министр финансов Франции, от имени всех банкиров Старого Света.

Буш из объяснений Бернанке и Полсона по поводу причин кризиса не узнал ничего нового. Недостаток регулирования… Субстандартная ипотека… Чрезмерная закредитованность банков… Из этих словосочетаний уже можно было писать буддистскую мантру.

– Алан, как же могло все это случиться? Ведь ты стоял у истоков этого?

Бернанке оправдывалс: – Я просто хотел разогреть экономику, застывшую от страха после терактов 2001‑го. Все было под полным контролем ФРС, когда я уходил. Но я не мог и представить себе того, что эти идиоты из инвестиционных банков заиграются настолько, что быстрые легкие деньги замутят их разум, и они все вместе, наперегонки, будут так азартно пилить сук, на котором сидят. Я полагал, что хотя бы у опытнейших директоров этих банков есть здравый смысл. Я ошибался.

Нельзя спасать частные банки за счет госбюджета.

Сделав паузу и пару мгновений пошамкав губами, 82‑летний финансовый гуру произнес:

–  Но раз в сто лет – можно. И сейчас как раз тот случай.

 

Предлагаемый пакет финансовой помощи банкам и другим важнейшим кредитным структурам составлял 700 миллиардов долларов.

AIG была спасена кредитом в размере 180 миллиардов долларов напрямую от федерального правительства США.

Обама неожиданно полностью и горячо поддержал план Буша по выкупу проблемных банковских активов, сказав, что «это надо было делать еще вчера».

Фондовый рынок еще полгода оставался на самых низких значениях, крупные компании банкротились, люди массово теряли работу, полностью «встал» рынок недвижимости Америки.

Метко сказал один из руководителей ФРС, «я встал на цыпочки, заглянул через край стены вниз и увидел там бездонную пропасть». Прописанных в законе семисот миллиардов хватило лишь на первое время. Общий объем почти бесплатных вливаний в банки и компании из бюджета США – и особенно из бездонной бочки Федеральной резервной системы – к концу весны 2009‑го, когда экономика США и других стран мира стала показывать признаки выздоровления, составили за это время не менее трех триллионов долларов. Часть таких данных была попросту засекречена.

Последствия мирового кризиса. 2008 года.

В наилучшем положении, разумеется, в новом цикле роста оказались те самые спасенные на «народные» деньги крупнейшие банки Уолл‑стрит. Вернув правительству кредиты, они тут же бросились надувать новые «пузыри», кладя в карман баснословные прибыли.

В 2011 году общий объем премий сотрудникам банков Уолл‑стрит составил почти 200 миллиардов долларов – намного больше, чем было даже до кризиса. Фондовый рынок стал месяц за месяцем бить новые рекорды. С запозданием, но зато опять очень быстро начал новый взлет индекс цен на недвижимость.

Однако средний класс в Америке и Европе оживления экономики не почувствовал. Наоборот, его положение стало хуже. Корпорации, имеющие много средств, стали активно вкладывать их в автоматизацию труда, чтобы выйти «на новый технологический уровень», означающий прежде всего снижение потребности в «живых» сотрудниках, и затем с гордостью сокращали их.

Испания, имела немыслимые даже в кризис 30 % реальной безработицы. В Греции без работы фактически осталась половина населения.

В США никто не запрещал снижать зарплаты или как минимум по десять лет не повышать их, несмотря на выросшую инфляцию.

В конце девяностых высококвалифицированный бухгалтер в Америке зарабатывал сорок тысяч долларов в год, которых вполне хватало тогда на выплату кредитов за приличный дом и два автомобиля для семьи.

Спустя двадцать лет тот же бухгалтер стал получать от силы тридцать тысяч в год, которых с учетом инфляции уже почти ни на что не хватало, и при этом делал в два раза больше работы, каждый день боясь быть уволенным.

«Люди до сих пор ведут себя так, как будто тяжелые времена теперь уже никогда не закончатся».

Постоянный, ежегодно растущий разрыв в благосостоянии бедных и богатых стал одной из главных движущих причин внезапной волны «цветных революций» во многих арабских странах в 2011 году, радикально изменивших расстановку сил и акценты во всей мировой политике.

Однако тревожный предупредительный звонок из доведенных до отчаяния бедных стран так и не был услышан в богатых. В следующие несколько лет тенденция имущественного расслоения общества в Америке и Европе не приостановилась, а, напротив, даже усилилась.

Масонство в Америке и в самом деле имело старинные, глубокие корни. Масоны играли важную роль в ее жизни уже тогда, когда первые крупные поселения европейцев только начали возникать на Восточном побережье.

Всего открытыми масонами значились шестнадцать президентов США, включая Франклина Рузвельта, Гарри Трумена и Линдона Джонсона.

Вероятно, мировое правительство существует. И уже не одно столетие.

На доллары приходится 60 процентов всех денег в мире.

Синдикату принадлежат прямо или косвенно почти все крупнейшие в мире банки. На данный момент всего‑навсего семьсот международных корпораций и банков владеют 80 процентами мирового богатства.

Каждый всемирный финансовый кризис только увеличивает степень концентрации капитала. На свете есть люди, которые без лишней огласки распоряжаются движением триллионов долларов, хотя формально доказать личное владение ими этими деньгами весьма сложно. Синдикату должны почти все страны мира, причем у большинства государств их внешний долг в несколько раз больше их же валового годового производства.

 Любая система в этом мире, по определению, крайне неустойчива. Просто из‑за течения времени как такового. Единственный способ не потерять власть – каждый день стремиться ее еще больше усилить. Как говорил один из персонажей бессмертной «Алисы», нужно все время бежать, чтобы хотя бы оставаться на месте.

ЛЮДИ НЕ ХОТЯТ, ЧТОБЫ ИХ СПАСАЛИ. Больше всего на свете им нравится ПОДЧИНЯТЬСЯ. Свобода выбора – слишком тяжелое бремя и ответственность, которые они ни за что не хотят сами нести.

Остаться одному в неизвестности, без помощи, в окружении хищников, холода и темноты куда страшнее, чем жить в стае, даже если ею управляет жестокий деспотичный альфа‑самец. Вскакивая каждое утро, человек просто бежит к своей стае и чувствует удовлетворение от того, что кто‑то решает, что нужно делать вместо него.

Знаете, даже великий Вольтер, гений и воплощение духа независимости, какое‑то время сидел в Бастилии, писал там книги, принимал посетителей каждый день. Когда ему сообщили о досрочном освобождении, он буквально упросил тюремщиков разрешить ему провести в камере еще один день. Сказал им, что отвык сам решать, что ему делать, и что ему надо сначала обдумать свою последующую жизнь, чтобы сразу же не совершить в ней массы новых ошибок.

Законы стаи, членом которой ты, несмотря ни на что, обязан оставаться до последнего вздоха. Эта врожденная слабость человека перед властью была темой и многих великих произведений литературы.

 Существует версия, что Биткойн – это тоже изобретение Синдиката. В АНБ работают одни из лучших в мире программистов, специализирующихся на криптографии. Группа из нескольких самых талантливых сотрудников ведомства создала этот код, вначале только в качестве эксперимента. Технология «блокчейн» пока вызывает много вопросов, но в ней есть перспективы. Пока эта технология находится в чрезвычайно ранней стадии, а объем денег, который в ней реально вращается, не настолько уж и существенный.

Куда деть пять миллиардов ненужных Системе «лишних» рабочих рук?

Это проблема, которая горячо и подробно обсуждается на каждом заседании Бильдербергского клуба.

Высказывались мнения, что население бедных стран надо почти поголовно стерилизовать, в Африке организовать страшную засуху или, что еще хуже, срочно разжечь несколько локальных войн – например, между Индией и Пакистаном. Но у этих стран есть ядерное оружие, а наша планета и так слишком хрупка, чтобы выносить глобальные катаклизмы.

Поэтому взяли верх голоса за другой, умеренный, постепенный путь. Все большая часть населения Земли будет добровольно самоустраняться из реальных общественных процессов. Сутками будут висеть в социальных сетях, с утра до вечера читать всякий бред в мессенджерах, думая, что это и есть жизнь, которая на самом деле будет проходить полностью мимо них. Детей и подростков будут интересовать только все более мощные и красочные с каждым годом компьютерные игры. А вскоре их место займет полномасштабная виртуальная реальность.

Соответственно, все реальные технологические достижения цивилизации – прогресс медицины, существенно продлевающий потенциальный срок человеческой жизни, научные открытия, возможность учиться в лучших университетах и производить потомство от других таких же генетически и интеллектуально качественных представителей элиты противоположного пола – окажутся только в руках «избранных». Того самого «золотого миллиарда».

 

Кто мы? Куда мы идем? Что такое человечность? Эти вечные библейские вопросы в прогрессивном высокотехнологическом обществе XXI‑го века стали актуальны, пожалуй, как никогда раньше.

Часть 1. 

★3
1 комментарий
На свете есть люди, которые без лишней огласки распоряжаются движением триллионов долларов,
Опять кривой перевод с английского...  Как и тексты Навальнера.  Ясно, что штаты хотят завалить теперь. Сами то они где живут, эти люди?  Нити тянутся в Антарктиду, а значит кроме денег и власти  у них там есть термоядерный источник энергии и прочие достижения.  Не боятся, что голодранцы всего мира встанут на лыжи и отправятся туда?

теги блога Андрей Колесников

....все тэги



UPDONW