Третье письмо моему юному другу о здоровье

Итак, продолжим о здоровье.
Начало: Письмо моему юному другу о здоровье.
Продолжение: Второе письмо моему юному другу о здоровье

Всех утомил, наверное, текст коротким не получается. Но продолжим, и сначала расставим точки над i. Из предыдущего материала могло создаться ошибочное впечатление, что я к медицине отношусь крайне отрицательно. Это не так.

Медицина достигла больших успехов в лечении острых состояний с точно поставленным диагнозом. Инфаркты, инсульты, инфекционные болезни, которые в недалеком прошлом представляли смертельную угрозу, в большинстве случаев хорошо излечимы при современной медикаментозной поддержке. Хирургия и микрохирургия на современном этапе развития вообще делают чудеса.

Но все это при ясной картине заболевания и точно поставленном диагнозе. Возрастные же изменения приводят к общим функциональным расстройствам, невозможно разобрать, в чем причина, где источник проблем, где вторичный симптом, а где фантазии пациента. И тут узкие специалисты бессильны, ибо нужно лечить не болезнь, а больного.

Вернемся к проблемам физиологии и, в частности, к моим проблемам…

7. Возможный диагноз.

Как я уже говорил выше, что делать с системным нарушением функций организма и нервно-психической деятельности было мне совершенно непонятно. Непонятно ни что происходит, ни с какого конца браться за этот клубок проблем.

Решение по возможному диагнозу пришло совершенно случайно и вовсе не от терапевтов и узких профильных специалистов, консультациями с которыми я отнюдь не брезговал. Каждый из этих специалистов решал свою проблему и за своим деревом не видел леса. Почти как у Жванецкого: — «К пуговицам претензии есть? К пуговицам нет».

Первый проблеск понимания появился после визита к стоматологу. В разговоре со своей помощницей доктор обмолвилась о цианозных деснах. После приема мы немного поговорили, и я узнал, что речь идет о недостаточном кровоснабжении и кислородном голодании  тканей организма. Из-за этого десны имели легкий синюшный оттенок.

Цианоз – синюшная окраска кожи и/или слизистых оболочек. Цианоз является симптомом понижения концентрации кислорода в крови и сопровождает многие болезни. Он может развиваться вследствие острых заболеваний, или может быть симптомом хронических состояний и болезней. Но общее во всех этих состояниях – недостаток кислорода в тканях организма из-за недостаточности системы кровоснабжения. Кровь — основная рабочая жидкость организма, не выполняет свои функции надлежащим образом.

Но организм не автомобиль, его на новый не поменяешь. Да и замена рабочих жидкостей тоже проблема не из простых. Поэтому приходится пользоваться тем, что есть, используя профилактику и текущий ремонт без отключения силовой установки.

Цианоз дал зацепку, раскручивая которую я вышел на возможный комплекс проблем, который ожидает почти каждого с возрастом:
— проницаемость сосудов, в первую очередь капилляров;
— изменение агрегатных свойств крови.

И первый, и второй фактор приводят к недостатку кислорода и питательных веществ в тканях и, как следствие,  к нарушению нормальной работы всех органов организма. Частных причин, вызвавших это состояние, может быть великое множество, но как выяснилось впоследствии, в корне их тоже лежат одна-две проблемы. 

Итак, если на первое место поставить не конкретные болячки, а организм в целом, и учесть фактор цианоза, то уже становится более-менее ясно, где можно искать корень всех проблем и их решение – в  недостаточности системы кровообращения на капиллярном уровне.

8. Немного деталей.

Я начал вспоминать постепенно возникающие симптомы.
На здоровье никогда особо не жаловался.

Гипертония, которая была у меня еще со школы, была привычной болячкой, которая не ограничивала мои возможности ни в занятиях спортом (для себя, а не для рекордов), ни с некоторыми излишествами нездорового образа жизни.
В общем, несмотря на эту привычную проблему, я вел гораздо более спортивный образ жизни, чем мои одногодки, не обремененные никакими записями в амбулаторной карте. Бегал, плавал, периодически занимался еще кое-какими другими видами спортивных нагрузок и упражнений.

Но, как я уже писал выше, ближе к 50 здоровье начало портиться. Причем портиться неприятно. 

Во-первых, я начал зябнуть, руки зимой без перчаток быстро замерзали. Меняя пробитое колесо зимой на небольшом морозе чуть не получил обморожение рук.
Для меня это было очень непривычно, поскольку ранее к холоду я был очень устойчив, и не понимал коллег, которые чтобы перейти зимой в рядом стоящий факультетский корпус, надевали пальто. Мне это было непонятно, за 2 минуты ведь даже труп не успеет остыть, не то, что живой человек. Оказывается, живой человек остывает быстрее.

Во-вторых, начались проблемы со зрением, эпизодическое выпадение полей зрения — это когда ты смотришь на что-либо, но не видишь объект. Вообще ничего не видишь в этом месте, как будто там и нет ничего, да и места этого для тебя не существует.  Примерно, как то, что ты не видишь за спиной, пока не повернул голову.
Особенно неприятно было, когда такой эффект возникал за рулем и терялись из поля зрения машины, движущиеся в параллельных рядах потока. Почувствовать в каком-то приближении это можно, если убрать все зеркала заднего вида. Но тогда перестаешь видеть то, что сзади, а тут не всегда видишь и то, что сбоку, да и впереди не всё. Т.е. для тебя машины там нет, есть пустое место, которое показал мозг, привычный к тому, что нет сигнала – нет объекта. А на самом деле она есть. У каждого в глазу есть слепое пятно, но мы его не замечаем, мозг достраивает картинку до целой.
Врачи никакой патологии не находили и ничего сказать не могли.

В-третьих, начало расти давление и медикаментозные средства хоть и давали эффект, но ограниченный.

В-четвертых, стали давать о себе знать соединительные ткани, суставы и связки, особенно при физических нагрузках.

О прочем упоминать не буду, чтобы не размениваться на мелочи.

Как я уже говорил выше, что со всем этим делать я не знал, консультации с врачами тоже ничего не давали. Все кончалось невнятными рекомендациями и назначением ничего не решающих препаратов, которые были направлены на устранение или облегчение симптомов, но по большому счету только травили организм и ничего не решали и даже симптомы не всегда устраняли. Особенно меня шокировали попытки решить проблему функциональных расстройств методом «большой кувалды», т.е. назначением медикаментов в предельных, или даже выше предельных,  ударных дозах. Я прекрасно понимал, что так можно делать только от большой тупости и некомпетентности.

В общем, после беседы со стоматологом, я прикинул, что все перечисленные выше  проблемы вполне могут быть объяснены недостаточностью системы кровообращения, а именно: недостатком кислорода и питания (глюкоза или кетоновые тела) в крови и/или с нарушением механизма их доставки и удаления продуктов обмена.

Не поступает кровь в достаточном количестве к кожным покровам – чувствительность к холоду.
Не поступает в некоторые зоны сетчатки глаза – эти зоны перестают работать, и возникает выпадение полей зрения.
Не поступает к критически важным органам – организм начинает повышать давление, чтобы выжить.
Не поступает в зону суставов и связок – нарушаются обменные процессы, идет деградация и недержание нагрузок.
И т.п.

Организм – динамическая система, в которой все течет и все изменяется. И если нет доставки расходных материалов в зоны этих изменений, то наступает деградация.
Что такое воспалительный процесс? Это в первую очередь усиление кровотока в больном месте. Организм борется с проблемами,  доставляя в проблемную область бойцов и боеприпасы.
А если тыловая служба не работает, боеприпасы и пополнение в зону боевых действий не доставляются, то остается только одно: сдаваться или погибнуть в неравном бою с превосходящими силами противника.

Отталкиваясь от этой идеи и начал искать решение проблем. Во всяком случае, эта гипотеза позволяла с единых позиций объяснить почти всё.

На этом прервемся, текст уже великоват. Но в следующей публикации надеюсь закончить.