Пока рынок штормит, «Газпром нефть» доказывает, что это самый эффективный и понятный бизнес в секторе. Бумага обязана быть в долгосрочном портфеле, и вот почему:
1. Лучшая переработка в странеГПН сделала ставку на глубокую переработку. Омский и Московский НПЗ — самые технологичные в СНГ. Они выдают максимум дорогих светлых нефтепродуктов (бензин, авиакеросин) с тонны сырья. Сейчас, когда маржинальные спреды на дизель бьют рекорды, эта ставка приносит компании сверхприбыль. По технологичности заводов ГПН объективно обходит Лукойл, у которого доля сырого экспорта выше.
2. Железобетонные дивиденды: Интересы миноритариев защищены мажоритариемСД рекомендовал финальные дивиденды за 2025 год в размере 28,11 рублей на акцию. С учетом уже выплаченных за первое полугодие 17,30 руб., суммарный дивиденд за год составит 45,41 руб. На выплаты направили 88% чистой прибыли по МСФО.Схема простая: материнскому «Газпрому» (который свои дивиденды отменил) критически нужен кэш на гашение долгов. Газ будет регулярно и много доить дочку. Для сравнения: Лукойл платит от свободного денежного потока (FCF), который подвержен капексам, а ГПН будет платить максимум от прибыли в любой ситуации.
3. Иммунитет к высоким ставкамВ эпоху жесткой ДКП у ГПН минимальный долг. Компания не сжигает операционную прибыль на обслуживание кредитов, а генерирует чистый кэш, который идет на развитие и дивиденды. При этом Лукойл копит огромную «кубышку» под выкуп у нерезидентов, которая лежит мертвым грузом, а у ГПН деньги сразу идут в дело.
4. Высокая нефть против крепкого рубляДа, отчет за 2025 год вышел слабым из-за укрепления национальной валюты (прибыль упала вдвое). Текущий курс в районе 71 рубля за доллар продолжает оказывать давление на рублевую выручку всех экспортеров. Однако весенний взлет мировых цен на нефть из-за геополитики и резкое сокращение дисконта Urals к Brent полностью компенсируют этот эффект. ГПН продает сырье по высоким долларовым ценам, что гарантирует сильный финансовый результат в отчетах за первую половину 2026 года даже при крепком рубле.
5. Баженовская свита: Сланцевый туз в рукавеПока добыча Лукойла стагнирует на зрелых месторождениях, ГПН совершила технологический прорыв на Бажене (российский аналог американского сланца из-за схожих технологий добычи). Западные технологии полностью заменили своими и укатали себестоимость добычи с 30 тыс. до коммерческих 8.5–13 тыс. рублей за тонну. Компания активно масштабирует добычу в ХМАО. Это гигантская ресурсная база с уже готовой инфраструктурой.
Вывод: Лукойл — это хорошая, надежная, но уже классическая «компания стоимости» без явных триггеров роста объемов. ГПН — редкое сочетание защитного актива и истории роста с аномально высоким payout. Последний день для покупки под финальный див — 3 июля 2026 года (отсечка 6 июля).
Данная публикация является личным мнением автора. Мнение владельца сайта может не совпадать с мнением автора.
Риск Роснефти: Главный дамоклов меч Лукойла. После ухода Алекперова компания потеряла высшую политическую защиту. Для Роснефти эффективный Лукойл — идеальная цель для огосударствления. Историю Башнефти все помнят.
Итог: ГПН защищена тем, что она уже в госсистеме, и голодный «Газпром» гарантирует высокие дивиденды (88% payout) ради своего выживания.
Лукойл — крутой частник, но с риском однажды уйти под крыло Сечина.
1-«Лукойл» официально получал одобрение правительственной комиссии и выкупал именно пакеты акций у нерезидентов из недружественных стран с дисконтом в 50%. Рост казначейского пакета на балансе дочки в свежем МСФО [2026 года] — это прямое следствие выкупа у иностранцев.
2-Юридически Вагит Юсуфович больше не числится контролирующим мажоритарием. Чтобы спасти компанию от жестких персональных санкций Великобритании и ЕС, его доля была юридически размыта и переведена в закрытые ПИФы и трасты без права прямого голоса. «На бумаге» у Лукойла сейчас нет защищенного контролирующего бенефициара, что как раз и открывает окно возможностей для поглощения госсистемой.
3-Про фри-флоат 4,7% и «нафиг платить». Вы считаете, что низкий фри-флоат — это повод для «кидка», но упускаете экономику «Газпрома».
Во-первых, у голодного Газпрома, который режет свои косты ради выживания, физически нет лишних десятков миллиардов рублей на принудительный выкуп.
Во-вторых, Газпрому выгодно платить огромные дивиденды ГПН, потому что 95,3% этих выплат он забирает сам в свой пустой карман. Нам, миноритариям, уходят сущие копейки со стола. Лишать себя легального способа качать кэш из дочки и устраивать делистинг — это для Газпрома выстрел себе в ногу.
На странице 9 (Отчет о движении денежных средств) в разделе финансовой деятельности зафиксирована транзакция: «Приобретение акций Компании: 654 279 млн руб.». При средней цене выкупа около 7200 руб. это математически дает 90,7 млн акций, то есть как раз 13,1% капитала. То, что лимит правкомиссии изначально был до 25%, правда, но по факту выкупили именно 13%, и СД уже рекомендовал пустить их под погашение.
Вы радуетесь первому кварталу по РСБУ — внутри России операционно всё действительно отлично. Но в консолидированном МСФО на странице 24 (Примечание 6) Лукойл прямо пишет: из-за блокировки и потери контроля над швейцарской LUKOIL International GmbH инвестиция полностью списана в ноль, а убытки от обесценения составили 1 667 011 млн руб. (1,66 трлн). На российский кэш это бумажное списание не влияет, но международный контур с баланса исчез.
На счетах компании действительно висит огромный остаток, но это не классическая оборотная подушка. На странице 35 в Примечании 21 («Прочие краткосрочные обязательства») раскрыта строка: «Задолженность по дивидендам на 31 декабря 2025: 509 100 млн руб.» (в 2024 году было 270 784 млн). Это замороженные дивиденды нерезидентов на счетах типа «С», которые холдинг пока не может распределить.
Мы движемся в сторону жесткой централизации экономики, где частный статус крупного бизнеса — понятие очень условное. Слухам про Сечина действительно 20 лет, но контекст изменился радикально. Прецеденты с СМЗ или ЗОС — это лишь верхушка. Лукойл остался без институциональной защиты основателей, его добыча на плато, а потребности госсектора в эффективных донорах только растут. В условиях усиления роли государства риск поглощения крупного независимого игрока существенно усиливается.
За I квартал 2026 года МСФО еще нет, они его не выпускали. Но все эти цифры (и 654 млрд рублей на выкуп, и 509 млрд рублей замороженных дивов нерезидентов) официально зафиксированы в годовом аудите по МСФО за 2025 год.
Сделка по Федуну действительно была, но её объем физически не мог составить все 654 млрд рублей. По открытым данным, доля Федуна исторически оценивалась примерно в 9–10%. Суть в том, что в годовом МСФО в строке движения капитала эта сумма (654 млрд рублей) официально проведена как «Приобретение акций Компании». Рост казначейского пакета на балансе до 90,7 млн штук (13,1% капитала) — это факт. Был ли это Федун, нерезиденты через дружественные прослойки или комбо — Лукойл юридически упаковал всё в один этот пакет, который СД теперь и рекомендует пустить под погашение.