Минфин впервые сам отказался исполнять бюджетное правило (БП).

Раньше это делал Банк России, приостанавливая или возобновляя покупки валюты из-за повышенной волатильности.

Одна плохая новость — мы опять свидетели несогласованности (или недоговороспособности) действий Правительства и Банка России. Об этом чуть ниже — сначала оценим прочность валютного рынка.

Хорошая новость — словесные интервенции от Минфина не привели к оптически видимому ослаблению рубля (см. график за 5 лет). Неделю назад Минфин заявил о планах уменьшить цену отсечения в БП, а сегодня — о приостановке операций по продаже валюты из ФНБ в ожидании такого решения Правительства. USDRUB немного вырос тогда и сейчас, но по совокупности вместе с другими валютами после начала СМО («специальной мировой операции»).

Аналитики соревнуются в оценке того, на сколько и в течение какого периода должен упасть рубль. Этот гэмблинг ничего не стоит. Доллар-рубль или будет относительно стабильным близко к 80 руб. за USD, или быстро уйдет на более высокие уровни, если рынок все-таки сломают и все в моменте побегут в валюту. Плавные ослабления на 10-20% очень редки в мировой практике свободно плавающих курсов, и касаются разве что управляемых валют.

Что за напасть с несогласованностью ДКП и бюджетной политики?

Позволю немного правдоподобных домыслов. Банк России был против изменения БП без уменьшения расходов бюджета, поэтому отказался сам приостанавливать операции по БП. Не зря пресс-служба БР сделала срочное заявление о том, что параметры БП и неснижение расходов будут ограничивать скорость снижения ставки. На этом опять припали ОФЗ.

Здесь не прав больше Банк России. Изменение параметров БП не влияет на общий дефицит бюджета — оно влияет только на структуру активов, которую получит частный сектор из дефицита — больше рублей или ОФЗ, или больше валюты. Если больше ОФЗ, то как замечает регулятор, это приведет к увеличению премии, что само по себе означает ужесточение ДКП — для компенсации ставка должна быть ниже, а не выше. Кроме того, мы опять забываем сколько дефицита создается финансовыми расходами бюджета от высокой КС.

Минфин прав, что взял функции Банка России на валютном рынке. И как опытный маркет-мейкер приостановил продажи валюты, когда цены на нефть полетели вверх. Дополнительные продажи валюты могли бы переукрепить рубль в моменте. Минфину хорошо бы так и сказать, но он прямолинейно заявил, что будет уменьшение цены отсечения, несмотря ни на что.

Плохо, что каждый тянет одеяло на себя, оголяя слабые места в риторике, логике и подвергая риску доверие к национальной валюте.

Что будет с ценой отсечения нефти?

Снижение на $5 сейчас и ещё на $4 в перспективе 2028-2030 до $50/bbl не повлияет на рынки в принципе. Примерно на 1 трлн уменьшится использование ФНБ и увеличится размещение ОФЗ в 2026 при стабильных расходах (~$13 млрд). На эту сумму Банк России сейчас продает то, что используется из ФНБ на инвестиции.

Теоретически Минфин может пуститься во все тяжкие и сразу опустить цену до $48-50/bbl. Такая цена соответствует первоначальному БП ($40 в 2017 +2% индексации в год). В моменте это тоже не повлияет на валютный рынок, потому что сейчас такая цена на споте. Но дальше все будет зависеть от динамики цен на нефть и фактических объемов продаж или покупок валюты.

Как должно быть...

Чтобы не подрывать доверие ко всей макрополитике нельзя допустить значимого ослабления рубля из-за этих действий. Поэтому нужно действовать осторожно и всем видом показывать, что у нас все под контролем и согласовано.

ИДЕАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ПРАВИЛО

В начале о своих прогнозах журналу Эксперт в начале года #сми

В 2026 г. останутся вопросы с этого года: какой курс рубля нужен экономике/бюджету и, что важнее для инфляции, принять дефицит бюджета как есть или стремиться его уменьшить за счет повышения налогов.

Курс рубля может остаться относительно стабильным, если не будут приняты решения, специально ослабляющие его.

Оставим вопрос, почему Правительство решило поменять цену отсечения в БП, когда курс относительно стабильный почти год и нет видимых рисков, кроме выдуманных (как дефицит бюджета или исчерпание ФНБ).

Дальше мои предложения, раз решение объявлено и обратного пути нет. Хотя лучше пока ничего не делать, а к изменению БП подойти более основательно.

💡Бюджетное правило как якорь всей макроэкономической политики необходимо трансформировать в более широкую тему управления всеми государственными финансами. Сейчас БП касается узкоспециальной темы сокращающейся части экономики и бюджета. Что такое 9 трлн руб. базовых нефтегазовых доходов? Это лишь 4% ВВП и 10% расходов консолидированного бюджета.

В БП следовало бы увязать три вещи:

1️⃣ Ограничение расходов бюджета. Уже реализовано в части нефтегазовых доходов, но есть большой пласт других нестабильных элементов бюджета, зависимых от делового цикла и ключевой ставки. Так, часть финансовых расходов, связанная с льготным кредитованием, уменьшает другие расходы при росте КС, а другая, связанная с процентами по госдолгу, финансируется автоматически из дополнительного дефицита. Нужно договориться, чтобы не считать проинфляционными финансовые расходы из-за высокой КС.

Сейчас ограничение расходов реализовано через структурный дефицит федерального бюджета. К нему можно подходить творчески — часть из ФНБ, часть из других бюджетов или льготных кредитов. В идеале темп роста расходов за вычетом финансовых не должен превышать целевой рост экономики с учетом инфляции.

Если не менять подход, то можно определить целевой дефицит всего госбюджета с ФНБ и регионами. Я бы его установил 2% ВВП за вычетом финансовых расходов.

2️⃣ Влияние на валютный рынок. Уже реализовано, но слишком механистично и независимо от ситуации на рынке. Накопление средств в ФНБ на сумму ~13 трлн руб. с 2018 по факту ушло в акции Сбера и разные инвестпроекты, то есть обратно в экономику. Не все зеркалировано продажами валюты, что вызывало избыточную волатильность на рынке в прошлом. Спрашивается, в чем эффект этого кругооборота валюты и рублей для валютного рынка?

Предложение формировать ФНБ из микса разных активов с определенной целевой структурой: юани, золото, рубли в банках и ОФЗ, неликвидные инвестиции. Что покупать или продавать в моменте могут решать в Банке России и/или нанятые профессиональные управляющие. Цели для управляющих должны подразумевать ограничение колебаний на валютном рынке и рынке длинных ОФЗ (п.3)

ФНБ можно разово пополнить из золотовалютных резервов Банка России на ~$100 млрд. Вопросы с исчерпанием ФНБ будут сняты. ЗВР сейчас избыточны: $400 млрд в золоте, до $100 млрд в юанях, до $60 млрд наличных USD.

3️⃣ Влияние на рынок и стоимость госдолга. Мы одновременно размещаем 10-15 трлн средств бюджета под 16% в банки и пытаемся разместить 3-5 трлн в год длинных ОФЗ под фикс 15% на 10+ лет при инфляции, близкой к 4%. Дисбаланс спроса и предложения на таком горизонте приводит к ускоренному накоплению госдолга и будущих процентных расходов. ФНБ частично в ОФЗ может быть якорным покупателем на рынке и формировать кривую госдолга с учетом прогнозов по инфляции и премии за временной риск.

🔔 Поучаствую и попытаюсь задать вопросы по БП Владимиру Колычеву:

«Эксперт.Медиа» запускает первый сезон закрытых встреч представителей власти, бизнеса и аналитического сообщества.

Первая встреча пройдет 18 марта в Москве. Гость — Владимир Колычев, заместитель министра финансов. В фокусе главное: какие приоритеты заложены в бюджетную политику на ближайшие годы — и что это означает на практике для бизнеса и экономики.

Подробности — по ссылке.

📍18 марта, 17:00
Москва, Городские лаборатории ВЭБ.РФ

@truevalue