На рынке есть два типа гениев.

Первые годами строят модели, читают отчёты, считают спреды, следят за ставками, нефтью, фрахтом, инфляцией, запасами и опционами — всем тем, что обычно превращает человека в ходячий терминал Bloomberg.

Вторые открывают позицию за несколько минут до того, как Дональд Трамп напишет пост в Truth Social или объявит (торговую) войну // пошлины // удары или передумает и отправит рынок в противоположную сторону.

И последние полтора года вторые выглядят получше первых. Кажется, что материала уже накопилось достаточно, поэтому соберём известные кейсы и попробуем оценить со стороны, есть ли в сделках инсайд или все просто завидуют.

Крупные сделки

9 апреля 2025. Тарифная пауза и опционы, которые внезапно ожили

Классика жанра: сначала Трамп пишет в Truth Social «THIS IS A GREAT TIME TO BUY!!! DJT», а через несколько часов объявляет 90-дневную паузу по части тарифов. S&P 500 взлетает на +9,5% — один из крупнейших дневных рывков со времён Второй мировой.

Почему нельзя оптимизировать по чистой доходности

Вопрос: Какую метрику выбирать для оптимизации? Доходность же очевидно хочется максимальную.

Ответ: Чистая доходность — это засада. Метрика оценки должна включать и доходность, и риск.

Например, одна стратегия дает 10% годовых при просадке 5%, а другая дает 20% при просадке 20%, ты какую выберешь? [Первую] Верно, ведь у неё лучше отношение доходности к риску, её можно масштабировать с плечом до нужного риск-профиля и получить более интересный результат, то есть на риск 20% её доходность будет уже не 10, а 40% с сохранением соотношения риск/прибыль один к двум, как в начале.

Поэтому мы используем для анализа метрики Calmar, MAR, Sortino. На Sharpe смотрим в меньшей степени из-за специфики стратегий, ведь этот коэффициент учитывает общую волатильность, и как следствие, большие прибыльные сделки его уменьшают. Sortino лишен части этого недостатка, потому что рассчитывается только от отрицательной волатильности.

В алготрейдинге есть простая ловушка: человек берет идею, прогоняет ее по истории, видит красивую доходность и делает вывод, что нашел рабочую стратегию. На графике все выглядит убедительно: equity растет, просадка терпимая, параметры подобраны, комиссии учтены. Кажется, можно запускать.

Проблема в том, что рынок не обязан повторять ту историю, по которой вы оптимизировались. Бэктест может показать не стратегию, а удачно подобранную иллюзию. Особенно если оптимизация шла по всей истории, параметров много, а критерий отбора был из серии «где доходность максимальная».

Сегодня вторая часть интервью с Андреем Ксеневым, партнёром и главным квантом компании Quant Hill:  как в компании смотрят на walk-forward analysis, почему чистая доходность — плохая целевая метрика, зачем нужны кластеры параметров, как из сотен ботов собирается портфель и где в системной торговле остается место человеку.

Это разговор не про «секретный индикатор» или волшебную палочку в тестировании торговых гипотез, а советы и рекомендации человека, который занимается разработкой и управлением портфелями уже больше 10 лет.

17 июня США и Иран поставили электронные подписи под «Исламабадским меморандумом о взаимопонимании», а ночью его и вовсе подписали Трамп и Пезешкиан. 14 пунктов, 60 дней перемирия, открытие Ормузского пролива. Теперь торжественная церемония, которая планировалась на 19 июня в Швейцарии, на курорте Бюргеншток над Люцернским озером, во главе с Вэнсом, очевидно, отменена.

Казалось бы, конец истории: начавшаяся 28 февраля «военная операция» Epic Fury, в которой погиб верховный лидер Ирана, идёт к завершению. Brent откатился с пиковых $120 к $80, танкеры уже идут через пролив, а аналитики BBG говорят о восстановлении нефтедобычи в Заливе к октябрю. 

Есть нюанс. Если открыть, что про этот меморандум пишет иранский Tasnim (агентство, аффилированное с КСИР), и что про него пишет американский Axios (издание, которое первым слило черновик со ссылкой на двух чиновников Белого дома), то складывается ощущение, что речь о двух разных документах, хотя и там, и там по 14 пунктов, только вот смысл противоположный.

Есть числа, которые мозг еще как-то переваривает. Миллион долларов — квартира в центре, миллиард — яхты, острова, заводы-параходы. А триллион... 
Если тратить по миллиону долларов в день, триллиона хватит на 2739 лет. Если раздать его всем людям на Земле, каждому достанется примерно по $120. Если сложить триллион долларов стодолларовыми купюрами, получится башня выше орбиты МКС в 2 раза. Вроде понимаешь цифру, но осознание как-то не появляется.
И вот теперь у этой цифры есть лицо: Илон Маск официально стал первым триллионером после IPO SpaceX.

Да, тот самый Маск. После выхода SpaceX на Nasdaq под тикером SPCX рынок сам поставил печать: человек, который начинал с PayPal, потом обещал электромобили, ракеты, тоннели, роботов, мозговые чипы, интернет со спутников, город на Марсе и AI без тормозов, теперь стоит дороже, чем многие экономики.
И самое смешное: рынок посмотрел на компанию с убытком $4,9 млрд за прошлый год и сказал: «Берем».

День, когда ракета стала акцией

SpaceX разместила 555,6 млн акций по $135 и привлекла $75 млрд при оценке $1,77 трлн. Дальше начались торги. И, честно признаюсь, ждал американских горок и волатильности, но нет, всё было достаточно скучно. Наверное, главным «стрессом» стала задержка старта почти на 2 часа.

Откройте любой новостной канал про крипту. Лента будет выглядеть примерно так:

«Усилились оттоки из спотовых BTC ETF».

«Крупные кошельки активно накапливают XRP — данные Santiment».

«Объем нереализованных убытков долгосрочных держателей BTC на нынешней коррекции очень мал по сравнению с размером убытков, при которых формировалось дно в предыдущих циклах — данные Glassnode».

И так каждый день. Притоки и оттоки из ETF, киты и долгосрочные держатели, капитуляции и ликвидации, резервы бирж и фандинг, эмиссия стейблкоинов и продажи майнеров. Поставщики аналитики продают подписки задорого. Каналы пересказывают куски отчетов или их превью, чтобы не платить полный прайс. В комментариях люди спорят, кто там «накапливает», кто «сливает», а кто «готовит памп» и «кого выдавливают из монеты».

И ты сидишь перед терминалом и думаешь: вот оно. Раньше меня ликвидировали, потому что от меня всё было скрыто. Я не видел стакан нормально, не понимал ленту, не знал, куда идут монеты, не отслеживал китов. А теперь у меня Glassnode // CryptoQuant // Santiment // Arkham // Dune (нужное подчеркнуть) и еще 100500 графиков и отчётов. Теперь рынок меня не обманет!

Токенизированные активы (RWA, Real-World Assets) больше не выглядят крипто-игрушкой или одним из сравнительно честных способов отъёма денег у населения. Кажется, что мы наблюдаем онлайн за попыткой отправить старую финансовую инфраструктуру с её бюрократией, неповоротливостью и расчётами Т+2 в небытие. Ну и заработать на этом очень большие деньги, конечно.

Крипта всегда манила мечтой, что однажды все реальные активы окажутся on-chain. Недвижимость, ценные бумаги, драгметаллы, счета к оплате или целые компании — всё то, что десятилетиями лежало в реестрах, депозитариях, Excel-файлах и юридических папках, внезапно станет строчкой кода.

Согласитесь, что звучит красиво, модно и молодёжно. Проблема в том, что большую часть времени это выглядело как презентация с курсов личностного роста и успешного успеха: много слов про демократизацию и анонимность доступа, ничтожные реальные объёмы, зияющая дыра в юридической связи между токеном в кошельке и активом в реальном мире.

В 2025-2026 гг.

Бьюрри, на самом деле, написал немного про другое: он сравнил будущие размещения SpaceX, Anthropic и OpenAI с рынком 2000 года. С учетом инфляции эти три IPO могут привлечь столько же или больше, чем примерно 300 интернет- и телекоммуникационных размещений на пике доткомов. К посту он приложил старую статистику по рынку IPO 2000 года. Но из этого не следует, что он назвал эти IPO причиной будущего краха. В пересказе его чата несколькими днями ранее Бьюрри как раз говорил, что не считает сами размещения вершиной текущего бычьего рынка. Его аргумент таков: на рынок обычно выпускают небольшую долю акций, поэтому прямое давление предложения ограничено; куда важнее ожидания инвесторов. Риск не в том, что три компании физически заберут с рынка все деньги. Риск в том, что рынок уже настолько зависит от темы ИИ, что обязан покупать эти размещения почти по любым ценам.

Краткая матчасть

В 2000 году в США прошло 446 IPO, которые привлекли $108,15 млрд. В первом квартале среднее размещение почти удваивалось в первый день торгов. Nasdaq достиг пика 10 марта, а к четвертому кварталу рынок резко остыл: 58 размещений, $17,45 млрд сборов и средний рост в первый день всего 14%.

Лучший способ проследить трек карьеры Джерома Пауэлла на посту председателя ФРС – обратиться к тому, как его называл Трамп или СМИ. Сначала просто Джей, удобный назначенец Трампа; потом «гольфист без последнего удара» и почти «враг» Белого дома; в ковид — JPow, покровитель святого печатного станка; в период роста инфляции — человек слова «временно»; а под конец — Пауэлл-Опоздун, главный тормоз трампономики.

Итак, Джером Пауэлл 15 мая покинул пост председателя Федеральной резервной системы (по сути, ЦБ в США) и его место занял Кевин Уорш. Для всех нас, кто торгует или просто интересуется фондовым рынком, будет справедливой фраза «ушла эпоха». Предлагаю вспомнить наиболее значимые события этих 8 лет, подвести некие итоги и погадать на кофейной гуще, что будет дальше.

Просто Джей

Пауэлл вообще не похож на человека, которому хотелось попасть в историю. Не Волкер с сигарой и ставкой 20%. Не Гринспен с туманными формулировками, после которых рынки гадали, что именно имели в виду главные банкиры Америки. Не Бернанке, профессор Великой депрессии, которому судьба подкинула кризис 2008 года.

Только утром опубликовали большой разбор ормузского кризиса: что перевозилось через пролив, что разрушено, кто проигрывает, кто зарабатывает. А сейчас вдруг выяснилось, что основная интрига вовсе не в переговорах между США и Ираном в Исламабаде, не в новостях про открытие или закрытие пролива и не в том, в какую сторону качнётся нефть на очередном заявлении Трампа.

Reuters выкатил новость, которая меняет весь ландшафт нефтяного рынка на долгие годы.

ОАЭ выходят из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая.

Трамп хотел победить картели, что ж, первый пошёл.

Почему именно сейчас

ОАЭ — четвёртый по объёмам производитель в ОПЕК+ (после Саудовской Аравии, России и Ирака). Квота на апрель составляла 3,43 млн баррелей в сутки, а установленная мощность движется к 5 млн б/д к 2027 году. Плюс резервная мощность в районе 1 млн б/д, вторая после саудовской. ADNOC (государственная национальная нефтяная компания эмирата Абу-Даби) инвестировала десятки миллиардов в расширение и последние три года наблюдала, как эти мощности простаивают, потому что квота не позволяет их использовать.