Глава Федерального резервного банка Миннеаполиса Нараяна Кочерлакота сказал, что политика низких процентных ставок ФРС, неизбежно будет создавать признаки финансовой нестабильности. «Рекордно низкие реальные процентные ставки будут связаны с повышением цен на активы, ростом волатильности и повышением активности в сфере соглашений по слиянию», — говорит Кочерлакота. – «Все эти финансовые факторы часто трактуются как нестабильность финансовых рынков».
Я могу назвать лишь несколько моментов за всю историю моей торговли валютами, когда в поведении рынка не было девиаций, к которым бы я не был готов. Всё остальное время он преподносит сюрпризы. Не помогает ни опыт, ни рытьё под фундаментом в глубину и ширину. Сейчас лично у меня один из таких моментов.
На этой неделе многие инвесторы, в том числе миллиардер Джон Полсон, столкнулись с большими потерями, связанными с крупнейшим за последние три десятилетия снижением золота. Уоррен Баффет сказал, обращаясь к инвесторам, что нужно было лучшие выбирать, куда вкладывать свои деньги.
В интервью агентству Bloomberg, бывший член управляющего совета Европейского центрального банка Бини Смаги заявил: «Европа слабее, чем Япония и США, поэтому и евро должен быть слабее, но фактически он укрепляется. Сильный евро — вызов для ЕЦБ, им придется что-то с этим сделать». Он прав, слова Смаги соотносятся с моими более ранними мыслями во время быстрого роста евро где-то в январе. В принципе, конкурентная девальвация, о которой сейчас все говорят, не оставляет ЕЦБ выбора.
«В последние дни золото стало гораздо более доступным, поскольку цена на него рухнула. Конечно, такой коллапс неприятен, но и не должен являться поводом для беспокойства», — заявил Дилан Грайс, стратег банка Societe Generale, в интервью для Finanz und Wirtschaft. – «Золото остается устойчивым, поскольку является источником защиты от потери доверия к системе. Сейчас рынок золота, наконец-то, стал здоровым».
Логика — красивое слово. Только вот для того, чтобы логика начала работать, нужны идеальные исходные, иначе, как только применяются допуски, домыслы и всякого рода отступления, логическая конструкция рушится. С рынками сейчас именно такое и творится. Логические цепочки, работавшие в прошлом, сейчас уже не работают и работать не могут. Причина простая: рынки накачали ликвидностью и продолжают накачивать такими темпами, что всякие ориентиры просто теряются.
Было желание написать большой обзор с рассмотрением нескольких переменных рынка, но в очередной раз оказалось, что переменных не просто несколько, их не счесть, поэтому как обычно отделаюсь общими фразами. Продолжаю следить за высказываниями представителей ФРС, активизировались они не на шутку, как и ожидалось, что ни день, то выступление какого либо члена чего-то там. В этот раз почитал речи Розенгрена и Эванса. Напомню, что Розенгрен голосует в FOMC, поэтому его мнение интересней, чем заявления тех же Фишера и Плоссера, прозвучавшие на днях и не сулящие продолжению стимулирования ничего хорошего.
«Кризис еще не закончился», — предупреждает экономист Гарвардского университета Кармен Рейнхарт в интервью Der Spiegel. — «Ни в США, ни в Европе». Правительства не в состоянии сократить свои долги, поэтому в настоящее время центральные банки подходят к выходу из кризиса самостоятельно. Она утверждает, что вкладчики будут каждый день платить за всё происходящее.
Как и собирался, продолжаю следить за суммой мнений членов FOMC по поводу окончания или уменьшения объёмов «бесконечного QE». На днях я озвучил несколько выступлений, сегодня было ещё одно, менее важное, чем все остальные, но актуальное в любом случае. Чарльз Плоссер, президент ФРБ Филадельфии, не голосует в комиссии, но почти всегда имеет особое мнение.
Коротко прокомментирую ситуацию в евро. Уже не в первый раз слышу мнение о том, что евро востребована на рынке по той причине, что вкладчики массово изымают вклады из банков. Сразу скажу, что заявления голословны и выводы сделаны на пустом месте. Я бы не был столь категоричен, если бы у меня не было доступа к сведениям по нескольким крупным банкам. Сведения неофициальные, документально подтверждать я их не собираюсь, поэтому можно верить на слово или не верить вовсе.