
Мост в Крым пытались построить и цари, и Сталин.
Время Путина началось со средних зарплат по стране в 57 долларов, а пенсий — в 17 долларов, которые еще и задерживали на месяцы.
Огромная Россия только что с позором подписала хасавюртовский мир со своим же небольшим регионом, проиграв ему войну — первую чеченскую. Мало того, банды из Чечни пошли на захват Дагестана.
Да и многие другие республики играли в сепаратизм на грани выхода из страны, не веря, что она может их усмирить.
В городах цвели рынки-барахолки, в деревнях — пьянство, а по дорогам в яминах страшно было ездить.
Так что изменил Путин?
Огромная Россия только что с позором подписала хасавюртовский мир со своим же небольшим регионом, проиграв ему войну — первую чеченскую. Мало того, банды из Чечни пошли на захват Дагестана.
Да и многие другие республики играли в сепаратизм на грани выхода из страны, не веря, что она может их усмирить.
В городах цвели рынки-барахолки, в деревнях — пьянство, а по дорогам в яминах страшно было ездить.

Руководство «Газпрома» решило объединить его подразделения в единую вертикально интегрированную компанию, в том числе ужесточить контроль над «Газпром нефтью», пишет Financial Times со ссылкой на документы «Газпрома». Таким образом газовый монополист, который используется Кремлем как геополитическое оружие, намерен оправиться от крупнейших убытков в истории. Курировать реформу назначена замгендиректора «Газпрома» Елена Илюхина — малоизвестный менеджер, которая в июне 2023 года вместе с Владимиром Путиным наблюдала за церемонией подъема флагов Российской Федерации, СССР и Российской империи в акватории Финского залива.
Газета ознакомилась с 42-страничным документом под названием «Трансформация «Газпрома»», подготовленном в прошлом году. В презентации обозначены основные проблемы компании: от нарушенных цепочек поставок до ограниченного доступа к европейскому рынку, на котором «Газпром» доминировал до начала войны в Украине.



Передел собственности в России стартовал после значимых событий в 2022 году после ухода западных компаний и необходимость консолидации военно-промышленного комплекса. На этом этапе были отработаны квазилегальные механизмы отъема собственности, в частности схема отмены приватизационных сделок 1990-х годов на том основании, что предприятия признаются теперь стратегически значимыми.
Параллельно передел собственности начал мыслиться как политический инструмент наказания нелояльности и поощрения преданности, а затем и как инструмент дальнейшей «национализации элиты».
У российской деприватизации сохраняется большой потенциал: новые конфигурации определяют политическое ослабление целого ряда влиятельных прежде промышленных и финансовых групп. И хотя реприватизация в интересах близких и доверенных представителей элиты происходит, как правило, существенно ниже рынка, тот факт, что государство ренационализирует активы без каких-либо компенсаций, позволяет правительству надеяться на ее фискальный эффект.

